Космонавты — конечно, герои. Они отправляются туда, где жизнь человека невозможна. Их отделяют от враждебной среды лишь стенки тесного аппарата. Для поддержания существования человека в космосе используется сложнейшая система жизнеобеспечения.
«Черная дыра»: боевой корабль проекта 877

Случись что с этой техникой — и спастись будет очень трудно. Впрочем, если говорить не о космонавтах, а о подводниках, не о космосе, а о морских глубинах, все это снова будет правдой.

Подводная лодка «Выборг» стоит у причала в Кронштадте. Вокруг ледяное поле, но если надо, с ним быстро справится стоящий тут же неподалеку военный ледокол. Рядом Морской завод, где год назад субмарина проходила очередной ремонт.

Боевой корабль проекта 877 («Kilo» по классификации НАТО) уже не молод. Его построили в 1982 году в Комсомольске-на-Амуре, но и сейчас «Выборг» по‑прежнему в строю, оберегает безопасность страны в водах Балтики. Это не гигант с ядерным реактором и ракетным вооружением, размеры корабля намного скромнее: подводное водоизмещение составляет 3040 т. Но сравнительно небольшой размер, форма и конструкция этой подводной лодки дают ей очень важное преимущество — малошумность и малозаметность. На Западе 877-й проект прозвали «Черной дырой».

Только электричество

Одной из конструктивных особенностей лодки, позволяющей ей снизить шумность, стало полное электродвижение. Для тех времен, когда «Выборг» строили, решение было весьма новаторским. Дизель-электрические лодки более ранних проектов в надводном положении шли на дизельном ходу, и лишь под водой винты крутились с помощью электродвигателей, запитанных от аккумуляторов. У «Выборга» два тысячекиловаттных дизеля, и с винтом они никак не связаны. Пока лодка идет в надводном положении или на перископной глубине, дизеля вращают валы генераторов, а те заряжают аккумуляторные батареи. Винт приводится в движение либо основным гребным электродвигателем ПГ-142 (4040 кВт), либо электродвигателем экономического хода.

Дизель-электрические субмарины предыдущего поколения имели длинный и тонкий корпус. «Выборг» же обладает утолщенной веретенообразной формой. Это несколько ухудшает мореходные качества корабля во время движения в надводном положении, зато оптимизирует гидродинамические свойства под водой. Малошумности и малозаметности способствуют также вибропоглощающие покрытия на корпусе.

877-й проект оказался настолько удачным, что на его основе с середины 1990-х стали строиться подводные лодки проекта 636 «Варшавянка». Они обладают более высокой скоростью, более мощным гребным электродвигателем и новейшей системой навигации. В отличие от проекта 877, «Варшавянки» несут на борту не только торпедное и минное вооружение, но и противокорабельные крылатые ракеты, запускаемые через торпедные аппараты (экспортное наименование ракетного комплекса Club-S).

Долгий сон в Кронштадте

Но, несмотря на появление «Варшавянок» (на западе их именуют Improved Kilo — усовершенствованные Kilo), лодки 877-го проекта остаются в строю. Примером тому «Выборг». Знакомимся с командиром корабля: Сергей Олейников, капитан 2-го ранга, назначен на должность в декабре 2013 года, как раз тогда, когда на Морском заводе завершался очередной ремонт субмарины. «Хоть «Выборг» и не атомная лодка, назвать ее маленькой нельзя, — говорит Сергей Олейников. — Действующие здесь же, на Балтике, подводные лодки НАТО имеют максимальное подводное водоизмещение 1500 т, но есть и корабли меньшего размера (500−700 т). Тем не менее габариты позволяют «Выборгу» оставаться малошумным, малозаметным и многофункциональным кораблем. Он может бороться с надводными и подводными кораблями противника, осуществлять минные постановки, вести разведку, в том числе высаживать разведгруппы».

«Насколько интенсивна военно-морская активность на Балтике?», — спрашиваем мы у командира «Выборга». «На море у стран НАТО и других соседних государств постоянно ведутся учения и разведывательные мероприятия, и, естественно, мы часто фиксируем присутствие иностранных военных кораблей. Кто-то нас встречает, кто-то сопровождает, кто-то провожает. Но все это в рамках правил, никаких конфликтов здесь нет».

«Выборг» стал «Выборгом» не сразу. После постройки в Комсомольске-на-Амуре подводная лодка Б-227 отправилась на Тихоокеанский флот, а два года спустя своим ходом переправилась на Балтику, где несла службу в рядах Балтийского флота ВМФ СССР. В 1993 году корабль был переведен из тогда уже иностранной Лиепаи в Кронштадт. А затем целое десятилетие подводная лодка простояла без дела. Как бы в длительном ремонте. Лишь к концу прошлого десятилетия после испытаний она вернулась в строй. Тогда же, в 2008 году, над кораблем взяла шефство администрация Выборгского района Ленинградской области, и лодке было присвоено имя «Выборг». После нескольких лет службы «Выборг» вновь отправили ремонтироваться. «Речь не шла о серьезной модернизации, — рассказывает командир корабля, — но аппаратура на борту меняется постоянно, и в основном это касается электроники — радиостанции, средств вывода информации. Плюс текущий ремонт».

Ворота спасения

Нас приглашают осмотреть лодку. И сразу начинаются лингвистические сюрпризы. Надстройку над корпусом подводной лодки обычно в просторечье называют рубкой. На самом деле правильное название этого конструктивного элемента — ограждение выдвижных устройств. Антенн, перископа, шноркеля… Нет, со словом «шноркель» наши подводники тоже не согласны. «Шноркель» — немецкое слово, однако еще во времена Первой мировой подобные устройства были созданы в России. Поэтому правильнее говорить — «шахта для работы дизеля под водой». Что касается «ограждения выдвижных устройств», то кроме этих самых устройств тут у «Выборга» размещен ходовой мостик, и это отчасти оправдывает термин «рубка». Однако существуют подводные лодки, внутри ограждения которых никаких постов управления нет.

Лодка построена по двухкорпусной схеме — внутри прочный корпус, снаружи — легкий. Между ними — система балласта. На бортах лодки видны шпигаты — прорези, через которые из межкорпусного пространства сливается вода.

Еще не спустившись внутрь прочного корпуса, можно увидеть, как много устройств в конструкции лодки связано со спасением в экстренной ситуации. Вот аварийный буй. В случае бедствия специальные механизмы отпускают трос, и буй всплывает над местом аварии. Он не только сигнализирует о местонахождении лодки, но даже позволяет поговорить с экипажем по телефону — аппарат находится в специальном герметичном контейнере. Другое устройство — гидроакустический сигнализатор: он посылает звуковые сигналы, которые помогут спасателям обнаружить местоположение лежащей на дне субмарины.

Над первым и шестым отсеками на корпусе лодки видны два больших, отполированных почти до блеска металлических кольца. Это комингс-площадки. К ним в случае аварии сможет причалить спасательный аппарат. Поверхность колец должна быть гладкой, чтобы обеспечить герметичное соединение с мягкой прокладкой аппарата. После причаливания аппарат откачивает воду из пространства между двумя люками — своим и подводной лодки, давление там становится равным давлению внутри субмарины. Теперь можно открыть люк, и экипаж сможет перебраться в спасательный аппарат.

Перископ — навсегда!

Чтобы попасть внутрь корабля, нужно войти в ограждение выдвижных устройств, подняться вверх на несколько ступеней, а затем опуститься на несколько метров вниз по вертикальной лестнице. Теснота внутри подводных лодок — факт общеизвестный, но тут она ощущается как насыщенность окружающего пространства бесконечным количеством конструктивных элементов. Здесь все на виду. Здесь все выглядит как радость любителя стимпанка и кошмар водопроводчика. Вдоль стен на всех уровнях бегут трубы гидравлических и пневматических систем с огромным количеством гаечных соединений, вентилей, клапанов. «Конечно, на лодках более современных конструкций системы управления, основанные на механике и гидравлике, заменяются электрическими актуаторами, управляемыми по проводам, и это экономит пространство, снижает вес оборудования, — рассказывают нам члены экипажа, — но, с другой стороны, электроника — вещь капризная, особенно в условиях совершенствования методов радиоэлектронной борьбы (РЭБ). Гидравлика устроена проще и более ремонтопригодна в походных условиях».

Только здесь, перебираясь из отсека в отсек через круглые люки, рассматривая крошечные помещения для всего чего угодно — от камбуза до жилых кают, — понимаешь, что в подводной службе о комфорте говорить трудно. Здесь все приспособлено к ограниченному пространству. Даже кают-компания при необходимости превращается в операционную. Интересуемся, есть ли ограничения для подводников по росту и комплекции. Нет, отвечают нам, осваиваются все. Есть более серьезные ограничения по здоровью: надо уметь жить и работать при недостатке кислорода в воздухе.

Подводная лодка представляет собой замкнутый газовый объем, из-за чего и проистекают разного рода проблемы. Например, возможно возникновение взрывоопасных смесей. В случае взрыва или возгорания необходимо немедленно подавить реакцию горения, для чего используется система ЛОХ (лодочная объемная химическая защита), воздействующая на точки горения с помощью инертного газа (хладон). Эта система может спасти жизни, но может оказаться и убийственной: в 2008 году на АПЛ К-152 «Нерпа» несанкционированный запуск ЛОХ привел к гибели 20 подводников.

Подводная лодка — это такой корабль, который всегда должен быть готов бороться за живучесть и спасение экипажа. В первом, втором и шестом отсеках, которые являются отсеками живучести, хранятся плоты и средства связи. В случае аварии подводники могут покинуть лодку, облачившись в гидрокостюмы и дыхательные аппараты через люки комингс-площадок (первый и шестой отсеки) или через декомпрессионную камеру (второй отсек). Также есть возможность выйти из лодки через торпедные аппараты с торпедной палубы первого отсека. В каждом отсеке (который в случае аварии может быть герметично изолирован) есть запасы еды и воды, батареи для регенерации воздуха. Фото

«Мозг» корабля — центральный пост. Он расположен на верхней палубе второго отсека. Под ним — рубки радиста и штурмана. Именно через второй отсек проходят все выдвижные устройства, например перископ. А нужен ли он в наше время? Не отпала ли в нем необходимость при наличии современной гидроакустической и радиолокационной аппаратуры и прочих систем наблюдения за окружающим пространством?

«Нет, — отвечает Сергей Олейников, — перископ никогда не потеряет свою актуальность. Технические средства наблюдения и обнаружения подвержены разным воздействиям — например, средствами РЭБ. А видимый диапазон ими не затрагивается. Кроме того, информация от локаторов — это только отметки на экране, зачастую они малоинформативны. А взгляд в перископ сразу позволяет оценить тип корабля, его водоизмещение, курс, скорость. И все это по отметкам перископа, оперативно, без сложных расчетов».

Отсеки подводной лодки разделяются люками. В случае чрезвычайной ситуации они будут задраены и создадут герметичный заслон между отсеками.
Располагающийся во втором отсеке центральный пост управления, пожалуй, самое просторное помещение на подводном корабле.

Фото Капитан 2-го ранга Сергей Олейников, командир подводной лодки «Выборг»: «Габариты «Выборга» позволяют подводной лодке оставаться малошумным и малозаметным кораблем. Она может бороться с надводными и подводными кораблями противника, осуществлять минные постановки, высаживать разведгруппы». Фото Скорость (надводная): 10 узлов Скорость (подводная): 17−19 узлов Рабочая глубина погружения: 240 м Предельная глубина погружения: 350 м Автономность плавания: 45 суток Экипаж: 57 человек Водоизмещение надводное: 2300 т Водоизмещение подводное: 3040 т Длина наибольшая: 72,6 м Ширина корпуса наибольшая: 9,9 м Средняя осадка: 6,2 м

Родом из Питера

Подводная лодка «Выборг» относится к проекту 877 «Палтус». Первоначально предполагалось, что часть этих кораблей будет поставляться в страны Варшавского договора, поэтому проект получил неофициальное название «Варшавянка». В наши дни «Варшавянками» называют подводные лодки проекта 636 — модернизацию «Палтуса». Лодки проекта 877, относящиеся к третьему поколению, были разработаны ленинградским КБ «Рубин» под руководством Ю.Н. Кормильцина. Первые лодки типа «Палтус» (в том числе Б-227 «Выборг») выпускались в Комсомольске-на-Амуре, затем производство перенесли в Ленинград и Горький. Лодки этого типа имеют традиционную для советского подводного кораблестроения двухкорпусную конструкцию. Корабль разделен на шесть отсеков, на верхней палубе первого отсека размещается торпедное вооружение. В состав вооружения входят шесть торпедных аппаратов калибра 533 мм, до 18 торпед или 24 мины. В надводном положении мог использоваться оборонительный ЗРК «Стрела-3».

Статья «Тихий воин Балтики» опубликована в журнале «Популярная механика» (№4, Апрель 2015).