В новом произведении режиссера-мультипликатора Эндрю Стэнтона почти совсем нет диалогов. Историю об одиноком роботе авторы фильма рассказывают не прибегая к словам — лишь с помощью рисунков

История одинокого робота
Роботы бывают разные Облик главного героя диктовался его рабочими функциями — у Валл-и кубическое туловище и руки на шарнирах. Робот нового поколения Ева — напротив, гладкий и обтекаемый, чем-то похожий на iPod
Вместо слов — рисунки В этом фильме практически нет диалога — поэтому роль художников, рисующих раскадровку, оказалась еще более важной. «Все ключевые моменты в сюжете мы должны были донести до зрителя с помощью рисунка, не прибегая к словам», — объясняет художник Дерек Томпсон. Это потребовало усилий и терпения: в процессе работы над раскадровкой к «Валл-и», которая продолжалась шесть с половиной лет, было создано 120 000 рисунков
Образ нашего будущего Земля, заваленная мусором, — один из главных образов фильма. На его создание ушло больше всего времени и средств
Поиск идеального баланса При создании земного ландшафта приходилось учитывать масштаб объектов: в кадре часто сочетаются разноформатный мусор, построенные Валл-и пирамиды и ветшающие небоскребы. Более того, какой-нибудь предмет мог выглядеть прекрасно на крупных планах, а на расстоянии — превращаться в нечто карикатурное. Технический директор фильма Найджел Хардвидж потратил много времени на поиски идеального баланса

Сценарий фильма «Валл-и» режиссер-мультипликатор Эндрю Стэнтон начал писать во время работы над своей предыдущей картиной, «В поисках Немо». Действие новой истории происходит в далеком будущем. Землю окончательно завалили мусором и токсичными отходами, и человечество покидает планету на гигантском космическом круизном лайнере. На Земле остаются сотни тысяч роботов, которые должны навести порядок к возвращению человечества. Спустя 700 лет люди все еще не вернулись, и только один робот продолжает разгребать авгиевы конюшни — Валл-и (расшифровывается как «Вселенский Аннигилятор Ландшафтный Легкий Интеллектуальный») в компании своего верного друга таракана.

Бессловесные рисунки

Анимационный фильм снимается совершенно не так, как художественный. Художественный фильм начинается со сценария, который актеры на съемочной площадке трактуют по‑своему. В нем есть место случайности и спонтанности, неожиданным жестам и находкам. С анимацией дело обстоит совершенно иначе. «Мы должны придумать каждую мелочь — в отличие от художественного фильма, где актеры берут на себя взаимодействие друг с другом и с камерой», — говорит Джим Моррис, продюсер «Валл-и».

Основой для анимационного фильма становится вовсе не сценарий, а раскадровка — последовательность рисунков, которая показывает содержание и композицию каждого кадра будущей картины. Работа над фильмом начинается с создания раскадровки; она становится тем черновиком, на котором строится все остальное. Сценарий, в свою очередь, отражает изменения в раскадровке, а не наоборот.

Контрасты робототехники

Вопрос о том, как будет выглядеть главный герой, обсуждала вся студия. Сотрудники Pixar изучали настоящих роботов и посещали станции по переработке вторсырья, наблюдая, как сортируют и прессуют мусор гигантские механизмы. Получившимся в результате обликом Валл-и обязан в первую очередь своим рабочим функциям. Он должен прессовать мусор в кубики и складывать их в пирамиды — соответственно, у него кубическое туловище и руки на шарнирах. «Я хотел, чтобы он был компактным и крепким, — говорит режиссер Эндрю Стэнтон. — И чтобы он мог кататься по пересеченной местности».

Больше всего, однако, режиссера занимал вопрос — как показать неодушевленное, по сути, существо, которым является робот, выразительным и эмоциональным? Ответ на этот вопрос ему подсказал обыкновенный бинокль. На радость коллегам, Стэнтон опускал и поднимал окуляры бинокля, отчего тот казался то довольным, то несчастным. «Ни рот, ни нос не нужны, — восхищался режиссер произведенным эффектом. — Все переживания персонажа можно показать, используя только глаза».

Одинокое существование Валл-и прерывает робот нового поколения по имени Ева. Ева — это идеальный футуристический объект, обтекаемый и отполированный; по мнению аниматоров, она чем-то похожа на iPod. «Я хотел, чтобы герои выглядели по‑разному, — объясняет Стэнтон. — Она — это большие деньги, научные разработки, высокие технологии. Он же — простой как трактор; он создан для выполнения простых работ. Сплошные противоположности». Интересно, что обтекаемая форма Евы оказалась крайне сложной для работы. «Изменение в одной детали влекло за собой изменение всего дизайна, — говорит аниматор Алан Барилларо, — в этом облике все взаимосвязано, ничего нельзя скрыть».

Кроме Валл-и и Евы, в фильме появляется еще несколько десятков роботов. Работая над их дизайном, художники студии нарисовали тысячи эскизов и набросков. «Мы все в студии Pixar — фанаты научной фантастики, — говорит режиссер. — Мы неделями сидели вокруг стола и рисовали разных крутых роботов». Говорят, что вдохновение посещает творческих людей везде: например, образец для рук роботов-уборщиков был найден в ручках туалетных кабинок студии.

Миры завтрашнего дня

Образ Земли, заваленной мусором, стал важной составляющей картины. Не случайно именно на «земную» часть фильма ушло больше всего времени и средств.

Важную роль в сюжете играет трепетный зеленый росток, чудом появившийся на Земле. Он должен был выделяться на фоне окружающего пейзажа — и поэтому художник-постановщик Ральф Эгглстон тщательно следил, чтобы кроме него ничего зеленого на планете не было. «Мы должны были использовать этот цвет очень выборочно», — говорит он.

За 700 лет одиночества Валл-и заинтересовался остатками человеческой культуры и даже стал кое-что коллекционировать. Как правило, это очень странные вещи — кубик Рубика, электрическая лампочка, пластиковая ложка с зубчиками, как у вилки, и тому подобное. Создатели картины хотели выбрать объекты, которые передавали бы одновременно очарование и невинность персонажа. Так появился бюстгальтер, который робот напяливает на глаза, словно солнечные очки; бархатная коробочка с обручальным кольцом (Валл-и выкидывает кольцо, оставляя коробочку) и так далее.

Вся эта коллекция, впрочем, остается брошенной, когда Валл-и, следуя за Евой, попадает на борт космического корабля, на котором путешествуют остатки человечества. Дизайн корабля словно повторяет разницу в облике главных героев. «Это комбинация шикарного круизного лайнера и космических кораблей из популярных фантастических фильмов, — говорит Эндрю Стэнтон. — Я хотел, чтобы он был роскошным, элегантным, но в то же время холодным — по контрасту с Землей». Среди образцов для подражания были эскизы, нарисованные полвека назад для так называемого «Мира завтрашнего дня» (Tomorrowland) — тематического парка в Диснейленде.

Поговорите с роботом

Озвучивать «Валл-и» был приглашен Бен Берт, легендарный звукорежиссер, обладатель четырех «Оскаров», который работал над всеми «Звездными войнами» (именно он изобрел дыхание Дарта Вейдера и посвистывания робота R2D2). «Я создал больше звуков для «Валл-и», чем для какого-либо другого фильма в своей профессиональной жизни», — говорит он. По его подсчетам, фильм из цикла «Звездные войны» требовал в среднем около тысячи новых звуков. Для «Валл-и» было создано 2600 звуков — это огромное количество материала.

Герои «Валл-и», пожалуй, ближе всего к R2D2: они не умеют разговаривать в обычном смысле этого слова. «Наша идея состояла в том, что эмоции можно передавать звуками, которые не относятся ни к какому конкретному языку, — рассказывает Бен Берт. — Междометия и неопределенные возгласы являются важной частью нашего общения, и они способны передать множество информации».

Как сделать механические голоса, которые тем не менее смогут передать нужные эмоции? Чтобы добиться этого эффекта в голосе Валл-и, Бен Берт записывал сам себя на магнитофон, а потом обрабатывал свой голос в компьютере. Он придумал специальную программу, которая дает возможность управлять модуляциями любого голоса — человеческого или электронного. Программа работает с планшетом, позволяя управлять голосом с помощью движений ручки: к примеру, линия идет вверх — и голос следует за ней. Похожим образом создавался голос Евы — с той лишь разницей, что записывала ее «реплики» актриса. А некоторые голоса — к примеру, голос Автопилота космического корабля — были просто синтезированы на компьютере.

Когда голоса персонажей были готовы, Бен Берт занялся другими звуками для фильма. К примеру, чтобы передать ощущение одиночества, которое чувствует Валл-и, Берт использовал фоновый звук, который на самом деле был записью шума Ниагарского водопада, сделанной на расстоянии. Звук, сопровождающий полеты Евы, — это переработанное жужжание миниатюрной радиоуправляемой модели самолета. Некоторые звуки, правда, и обрабатывать не пришлось: так, для сцены, в которой несколько магазинных тележек сбиваются в кучу с диким грохотом, Берт отправился ночью в соседний супермаркет, взяв с собой десятилетнюю дочь для прикрытия. «Я положил диктофон в нашу тележку, и мы бегали по магазину, а потом по парковке, врезаясь во все подряд!» — вспоминает он.

Создатели фильма надеются, что их история про одинокого робота понравится и детям, и взрослым. «Мы сделали фильм, который нам самим бы хотелось посмотреть, — говорит Эндрю Стэнтон. — Мы в первую очередь кинозрители и только потом — кинематографисты, и мы очень любим ходить в кино».

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№6, Июнь 2008).