Режиссер Даррен Аронофски называет фильм «Фонтан» «психоделической историей любви». Это амбициозная повесть о любви, смерти, Древе жизни и прочих важных философских материях.

Сцена, где герой, выпив сока Древа жизни, покрывается цветами и листьями, снимали так. Над лежащим на наклонной доске актером располагали слепок его тела, в который были вставлены надувные шарики с цветами и листьями. Линия соединения проходила в районе шеи. Для крупных планов цветов, растущих изо рта, использовали копию головы. Цифровыми были лишь извивающиеся корни и распускающиеся на глазах цветы
Для съемки космического корабля, летящего к далеким туманностям, была придумана чашевидная установка с возвышающимся в центре двенадцатиметровым Древом жизни. На New Deal Studios была изготовлена модель дерева на стальном каркасе в масштабе 1:10
В какой-то момент корабль пролетает сквозь поле расплавленных обломков, выброшенных умирающей звездой. Для этой сцены был применен эффект под названием «ядерный дождь», созданный на студии Image Quest (слева). Для передачи состояния невесомости Луис Крейг, ответственный за спецэффекты, предложил использовать страховку наподобие альпинистской. С ее помощью герой поднимается к вершине дерева, стремясь как можно скорее достичь туманности Ксибалба

Фильм был задуман как звездный проект с участием Брэда Питта и Кейт Бланшетт с приличным бюджетом в $70 млн. В сценарии фигурировали эпические сражения с тысячами статистов, и на побережье Австралии была построена многоуровневая пирамида. Аронофски уже собирался выписать очередную сотню статистов из Гватемалы, как начались трения со студией; вскоре от участия в съемках отказался Брэд Питт, и проект был положен на полку.

Режиссеру пришлось кардинально пересмотреть свой замысел и переписать сценарий с расчетом на новый, более экономный бюджет в $35 млн. Первыми ушли батальные сцены. «Я пришел к выводу, что после «Трои» и «Властелина колец» батальными сценами никого не удивишь, сколько бы народа в них ни участвовало», — комментирует он. Брэда Питта и Кейт Бланшетт заменили Хью Джекман и Рейчел Уайс, а натурные съемки были отброшены в пользу павильонов в Монреале. Пришлось пересмотреть и подход к созданию спецэффектов. «Должен существовать дешевый способ снять этот фильм!» — эта фраза стала девизом съемочной группы.

Дерево доктора Франкенштейна

Герои картины встречаются в трех мирах, отстоящих на сотни лет друг от друга, — средневековая Испания, современная Америка и далекое будущее. Каждое из трех времен требовало своих декораций и соответствующего реквизита. Художник-постановщик Джеймс Чинлунд придумал, как будут выглядеть тронный зал королевы Изабеллы в Испании и дворец Майя в Мексике. Однако самой трудной и сложной декорацией оказалось Древо жизни — символ бессмертия, которого так жаждет герой фильма.

Проблема была в том, что таинственное дерево должно было выглядеть совсем как настоящее. «Сделать дерево очень сложно, — сокрушается Чинлунд. — Все знают, как выглядят деревья, и поэтому любая неточность сразу бросается в глаза!» К тому же Древо жизни — это центральный элемент фильма, и оно определяет дизайн множества других декораций.

Ни одну из существующих пород деревьев за основу решили не брать. Однако древесина для создания Древа жизни использовалась самая настоящая — сотрудники съемочной группы отправились в Северный Квебек и привезли оттуда куски дерева, ветви и корни. Со всего этого были сняты слепки, в которых были отлиты пластиковые древесные детали. Из деталей и был собран макет, держащийся на стальных каркасах. «Деревьев» на съемках использовалось два — собственно макет высотой около полутора метров и «настоящее дерево», собранное из искусственных и настоящих деталей и покрытое корой и краской. Гибрид, приводящий на память опыты доктора Франкенштейна, — так характеризовали его создатели фильма.

По следам Стэнли Кубрика

В далеком будущем герой Хью Джекмана везет Древо жизни к далекой туманности Ксибалба в прозрачном космическом корабле сферической формы. У корабля нет ни кнопок, ни панели управления. Честно говоря, больше всего этот корабль похож на мыльный пузырь, но создателей фильма это не смущает. «Я хотел сделать то, что до меня никто не делал», — говорит Даррен Аронофски.

«Через пятьсот лет технология будет совсем другой, — считает продюсер Эрик Уотсон. — Мы не можем знать, как этот корабль управляется или как туда попало дерево. Остается просто расслабиться и получать удовольствие от путешествия». Однако за зрительское удовольствие приходится платить. Оператор Мэтью Либатик многие часы провел, пытаясь решить, как наилучшим образом осветить загадочную сферу, чтобы хоть что-то напоминало о том, что действие происходит на космическом корабле. В результате он придумал разместить источники света по кругу под потолком студии. Лампы вспыхивали одна за другой, давая полную иллюзию далекого высокотехнологичного будущего.

Была и еще одна причина, по которой корабль должен был быть прозрачным. Режиссер хотел показать космос во всей его красе, дать зрителям возможность полюбоваться изумительными космическими пейзажами, пролетающими мимо путешественника. «Как бы хорошо ни выглядели спецэффекты при первом просмотре, они быстро устаревают, — говорит Даррен Аронофски. — Я хотел, чтобы наш фильм и через двадцать лет производил сильное впечатление». Вдохновением для него послужила лента Стэнли Кубрика «2001: Космическая одиссея», снятая в 1968 году. Невероятные, фантастические видения космоса стали фирменным знаком этого фильма. В те годы их снимали на камеру, которую быстро продвигали вдоль подсвеченных картин и постеров; затвор объектива при этом оставался открытым, так что в результате получались восхитительные и бесформенные цветовые пятна, дающие зрителям фантастическое ощущение погружения в бесконечность.

Взгляд в бесконечность

Для фильма «Фонтан» решение оказалось столь же неожиданным. Режиссер мечтал об «органичном», не оцифрованном, космосе. В какой-то момент он даже собирался нанять художников, чтобы они вручную расписывали звездные пути. Но в итоге на помощь пришел британский фотограф Питер Паркс.

В капельках воды под микроскопом он растворял разнообразные химикаты, краску, дрожжи или косметическое масло для ухода за младенцами. Были и другие ингредиенты, которые он предпочитает держать в секрете. Создатели фильма восхищенно называли Паркса алхимиком. Эффект от его трудов вышел поразительный. То, что получается после того, как в воду попадает щепотка порошка карри, выглядит на экране словно вихрь пылающих метеоритов.

Благодаря этой технологии во вселенной «Фонтана» поселился самый настоящий первобытный хаос. «Парни, которые делают компьютерные спецэффекты, обладают полным контролем надо всем, что они делают, — объясняет Питер Паркс. — Они могут повторять кадры снова и снова и получать в результате именно то, что хотят видеть. Но они вечно ищут кнопку «рэндом», чтобы вырваться за рамки собственного воображения. Я же не способен ничего воспроизвести, но могу создавать хаос до бесконечности».

Кстати, именно работа Паркса убедила киностудию Warner Brothers в том, что фильм состоится — даже несмотря на шокировавшее весь Голливуд отсутствие цифровых эффектов. Окончательно решил дело вопрос о стоимости этих «микроскопических» спецэффектов. Одна сцена с космическими эффектами от ILM обошлась бы в миллионы. Вся работа Паркса для фильма уложилась в два месяца и стоила всего $140 тысяч.

Однако просто снять вихри разлетающихся частиц в капле воды было недостаточно. На студии Intelligent Creatures из Торонто весь отснятый Парксом материал был перемонтирован, разъят и собран заново — так, чтобы получилась серия естественным образом сменяющих друг друга космических пейзажей, всего 234 фрагмента. Получилось что-то вроде собранного на компьютере коллажа, в котором все элементы тем не менее были строго «органическими», рожденными в чашке Петри. Оригинальные же съемки Паркса в их первозданном виде, вероятно, можно будет увидеть на DVD.

Пусть цветут все цветы

Даррен Аронофски говорит, что 98% «Фонтана» сделано без участия компьютерных эффектов. В оставшиеся два процента входит работа студии Look Effects, которая занималась зрительным увеличением декораций и тому подобной коррекцией отснятого материала. Компьютерная графика использовалась также для кадров со взрывом звезды — этой сценой занималась студия Giant Killer Robots. Но съемочная группа при любом удобном случае вспоминала старые добрые кинематографические трюки.

В одном из ключевых эпизодов картины герой Хью Джекмана пьет сок из Древа жизни, и из него начинают буйно расти трава, листья и цветы. Работа над этой сценой заняла пять месяцев. Главный гример картины Адриен Моро воспользовался старым кинематографическим фокусом. Он взял 60 надувных шариков разных размеров, к которым были приклеены цветы и листья. В надутом состоянии каждый из этих шариков выглядел как букет. Шары стратегически расположили на теле актера; к каждому из них была подведена трубка, для того чтобы в условный момент начать подачу воздуха. Один из «букетов» скрывался прямо во рту у Хью Джекмана, а трубочка, через которую надувался шар, была упрятана под его бородой. В съемках этой сцены был задействован не только сам актер, но и его «копии» — макеты тела и головы.

Несмотря на то, что сборы «Фонтана» в прокате пока выглядят не слишком радужно, режиссер Даррен Аронофски доволен своим детищем. «Братья Вачовски в ‘Матрице' взяли все великие научно-фантастические идеи ХХ века и свернули их в аппетитный поп-культурный сэндвич, который радостно поглощали зрители по всей планете», — говорит он. Что остается делать после этого? Разве что заново изобретать космос. «Фонтану» это очень даже удалось.

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№4, Апрель 2007).