РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Панцирь для гидрокосмоса: От гнева Нептуна

Подводный скафандр подгоняется по размеру, как хороший костюм, выковывается, как меч, и передвигается под водой, как вертолет.
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

На переднем крае освоения глубин — батискафы и подводные роботы. Это разведчики, они предназначены в основном для наблюдения, хотя их манипуляторы позволяют брать пробы и образцы (вспомните, как Джеймс Кэмерон снимал свой знаменитый «Титаник» при помощи российских глубоководных аппаратов «Мир»). Однако все чаще возникает необходимость в работе на глубинах в сотни метров, а ее способен выполнить только человек. Основные заказчики — нефтяные компании, которым необходимо строить подводные буровые платформы, и военные, которым нужно иметь планы на случай спасательных или подъемных работ (случай с «Курском» весьма показателен).

Под водой

При работе на больших глубинах (от 60 м) применяются два основных метода подводных работ. Первый — это метод длительного пребывания (saturation dive). В этом случае водолазы погружаются в мягких скафандрах, но дышат не воздухом (он на таких глубинах токсичен), а специальными газовыми смесями (гелий + кислород + азот). Перед погружением водолазы несколько суток проводят в барокамере, чтобы адаптироваться к давлению на нужной глубине, там же они живут в перерывах, а опускают их под воду и поднимают на судно в водолазном колоколе. После окончания работ требуется длительная декомпрессия (десятки суток). Эксплуатация сложных барокомплексов (барокамера, водолазный колокол, спускоподъемное устройство, система подготовки дыхательной смеси) стоит дорого и требует многочисленного технического и медицинского персонала. Поэтому такие системы трудно использовать, например, для спасательных работ: их нельзя оперативно развернуть.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Более современный метод подводных работ — погружения в нормобарических скафандрах. Слово «нормобарический» означает, что внутри такого скафандра нормальное атмосферное давление и водолаз дышит обычным воздухом. Компрессия и декомпрессия при таких погружениях не нужны, не требуется барокамера, не ограничена декомпрессионными рамками скорость погружения и всплытия. Набор из скафандра, подъемного устройства и палубного оборудования весит немного и может быть быстро переброшен к месту работ по воздуху. Время развертывания исчисляется часами, что критично для спасательных работ, где скорость означает грань между жизнью и смертью людей.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Броня крепка

По сути, нормобарический скафандр — это большая консервная банка, только человек находится не снаружи, а внутри, как килька в томате. Стенки этой «консервы» имеют толщину больше сантиметра и отлиты из алюминия (у модели HS1200), а у более глубоководной версии HS2000 — выкованы (и отфрезерованы), как латы у средневековых рыцарей — только толще.

Поскольку оболочка принимает на себя чудовищное давление на больших глубинах (от 30 до 60 атмосфер), она совершенно жесткая. А водолазу, чтобы не просто рассматривать рыбок сквозь полусферический иллюминатор, но и выполнять, например, резку, сварку, дефектоскопию или спасательные работы, нужно иметь возможность сгибать руки и ноги. Для этого конечности сделаны «суставными» — они разделены на сегменты герметичными подшипниками специальной конструкции, расположенными друг относительно друга под строго рассчитанными углами: руки и ноги сгибаются за счет поворота сегментов. Такая схема обеспечивает подвижность жесткой «скорлупы» при огромном внешнем давлении.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ
РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Чтобы не усложнять конструкцию многочисленными пальцевыми суставами, вместо перчаток используются манипуляторы со сменными схватами, напоминающие щипцы или клешни. Рядом с манипулятором могут быть установлены различные инструменты (например, гайковерт, дрель или приборы дефектоскопии).

Подводный вертолет

Понятно, что при такой конструкции скафандра ходьба — не лучший способ передвижения (хотя опытные пилоты используют подвижность «ног» для удобства работы). Поэтому Newtsuit оснащен двумя двигателями, каждый из которых вращает два гребных винта. Управляются они педалями — левая педаль контролирует движение по вертикали, правая — по горизонтали и поворот. «По способу передвижения Newtsuit больше напоминает вертолет, а не пешехода. Когда проводилось обучение специалистов ВМФ России, водолазам пришлось отучаться от привычки передвигаться привычным способом. Не зря же этих людей называют пилотами», — смеется Борис Гайкович, инженер по эксплуатации скафандров Newtsuit компании «Дайвтехносервис». Как и у вертолета, винты скафандра вращаются во время всего погружения с постоянной скоростью, а меняется лишь их шаг (угол атаки лопастей). Такой способ позволяет быстрее и точнее управлять движением (при наличии подводных течений это очень важно). А вот «кресло» пилота совсем не вертолетное — оно скорее напоминает велосипедное седло.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Нам сверху видно все

Скафандр Newsuit — это фактически маленькая субмарина. Но, несмотря на свою автономность, она привязана к кораблю обеспечения прочным «поводком» — кабель-тросом. И совсем не для того, чтобы не потеряться — с поверхности по кабель-тросу подается электропитание на двигатели, освещение и систему газоочистки. Оборвать кабель-трос практически нереально: он рассчитан на рабочую нагрузку 907 кг (в модификации HS1200 для ВМФ России — 1200 кг) и на разрыв при нагрузке более 6 т. Единственный, кто может сделать это, — сам пилот. В случае запутывания троса его можно перерезать при помощи специального механизма (после этого пилот сбрасывает двигатели, всплывает на поверхность и ждет, когда его подберут, обнаружив сигналы УКВ, проблескового или гидроакустического маяка). Кабель-трос служит не только для подачи электропитания, но и для двухсторонней связи. Оператор на судне обеспечения слышит пилота и видит обстановку благодаря цветной видеокамере (управлять ей он может самостоятельно). Для навигации (особенно в мутной воде) используется гидролокатор, его экран расположен перед оператором, который и «наводит» пилота. Все данные (видео с камеры, переговоры, данные гидролокатора и системы жизнеобеспечения) записываются для дальнейшего использования (например, для Морского регистра Ллойда). Оператор (как и пилот) контролирует еще один жизненно важный аспект: показания системы жизнеобеспечения (содержание кислорода, углекислого газа, давление, температура, глубина, давление в баллонах). И, наконец, подобно инспектору ГАИ, останавливающему нарушителя взмахом жезла, при опасности столкновения оператор может вмешаться и со своего пульта нажатием одной кнопки отключить питание на двигатели. Пилот также может сделать это, но включить питание вновь можно только с поверхности — таков алгоритм обеспечения безопасности работ.

РЕКЛАМА – ПРОДОЛЖЕНИЕ НИЖЕ

Лифт-кондиционер

Если зимой, в мороз, вам приходилось сидеть час-другой в машине с заглохшим мотором, вы примерно можете себе представить, как обстоит дело с климатом внутри цельнометаллического скафандра. Вода на тех глубинах, где производятся работы (в особенности в российских морях) довольно прохладная, поэтому пилоты надевают теплые комбинезоны и даже берут с собой каталитические грелки. Газоочиститель при поглощении углекислого газа тоже выделяет тепло, что обеспечивает дополнительный обогрев.

А вот кондиционера в скафандре, увы, нет: если вода теплая, приходится изобретать способы охладиться. Например, американские пилоты, работающие в Мексиканском заливе на подводных нефтяных платформах на небольших глубинах (30−40 м), после часа работы просят разрешения «сбегать» на несколько десятков метров глубже, где вода имеет значительно более низкую температуру. А «остудившись», вновь поднимаются и принимаются за работу.

Загрузка статьи...