В авиамодельном спорте существуют десятки, если не сотни видов соревнований — на скорость и дальность, продолжительность полета и мастерство пилотажа. Но трудно вообразить более захватывающее зрелище, чем бескомпромиссный воздушный бой. И в этой области у моделей уникального российского класса RC Combat RUS (RCCR) просто нет конкурентов — они быстрее, маневреннее и опаснее собратьев из других классов.
Бои маленьких самолётов: самый экстремальный моделизм

«Бой закончен» — услышав эту фразу, механики устремляются на поле битвы подбирать останки своих машин. До следующего вылета у них есть всего пара минут. Несмотря на обязательные каски и защитные жилеты, заходить в зону боевых действий участникам соревнований крайне не рекомендуется. Да они туда особо и не рвутся — кому охота получить по лбу кометой, летящей со скоростью более 200 км/ч?

Русский класс

Михаил Дронов, один из основателей RCCR и член оргкомитета Всероссийского первенства по боям на радиоуправляемых моделях в открытом классе, считает, что отечественный вариант этого сурового вида спорта — самый зрелищный. Редакция «ПМ» убедилась в этом лично, приехав в деревню Лыщиково Рузского района поболеть за участников сентябрьского чемпионата RC Combat RUS Open 2016.

Базовые правила боя на авиамоделях одинаковы для всех классов. Бойцы рубят винтами цветные ленты, прикрепленные к хвостам противников, при этом стараясь сохранить собственные. А вот дальше всё у всех по‑своему. Сражаться можно не только на радиоуправляемых моделях, но и на кордовых. Однако в последнем случае бойцы обычно выступают в формате дуэли, то есть один на один, иначе слишком уж трудно не спутать тросы. Этой весной в Жуковском во время празднования 90-летия российского авиамодельного спорта была предпринята попытка устроить рекордную битву с участием семи моделей. Все действо, к большому разочарованию зрителей, продолжалось лишь 12 секунд. «А у нас был случай, когда без единого тарана отлетали целых 17 машин!», — восклицает Дронов.

Сергей Александров — обладатель Кубка России RC Combat Open 2010−2016 годов, чемпион Всероссийского первенства 2016 года, обладатель Кубка России RC Combat Sport 2015 года. Алексей Хаткевич — многократный чемпион России по различным видам авиамодельного спорта, член сборной команды России, конструктор рекордных двигателей для авиамоделей.

Словом, групповые состязания для радиоуправляемых моделей. В различных классах на их конструкцию накладываются разные ограничения, что, в свою очередь, сказывается на самом бое. В Европе популярен класс ACES, где используются полукопии самолетов времен Второй мировой. «По нашим меркам они вообще еле летают, — смеется Михаил. — И конструкторской мысли там развернуться особо негде, ведь это закрытый класс. Похожий на наш открытый класс есть у американцев. Но у них очень строгие ограничения по шуму, так что создать действительно шуструю «бойцовку» они тоже не могут. Они несколько раз приезжали к нам на соревнования, даже неплохо выступали. Но в конце концов сказали — нет, ребята, для нас это слишком быстро».

Модели для RCCR — это истребители в чистом виде. Типичная русская «бойцовка» представляет собой «летающее крыло», где нет ничего лишнего. Хвостовой стабилизатор, два элевона, винт любого размера и шага плюс сколь угодно голосистый (выдающий обычно по 97−110 дБ) мотор. Скорость, маневренность и еще раз скорость — вот залог победы в воздушной мясорубке.

Летите как хотите

«Мы разрабатывали технический регламент для моделей как раз с прицелом на максимально впечатляющую динамику боя. Мы ограничиваем мощность двигателя и общий вес модели. А дальше вы можете строить что угодно, любой формы и размера. Хоть на метле летайте», — поясняет Дронов. Нет ограничений даже на тип двигателя — в этом году, например, в соревнованиях участвовали модели не только с двухтактными ДВС, но и с 500-ваттными электрическими моторами.

Хотя максимальный объем калильных двигателей, работающих на смеси метанола с маслом, ограничен 8,5 см³, большинство конструкторов используют двигатели с объемом 4,2 см³ (как правило, харьковского предприятия Fora) либо «хоббийные» OS-Max объемом 2,5 см³. Использовать что-то более «навороченное» трудновато по двум причинам.

Во-первых, «русский класс» еще пока находится в полуофициальном статусе и развивается исключительно силами энтузиастов. Далеко не каждый авиамодельный кружок может позволить себе покупать дорогие двигатели. Во‑вторых, затраты на соревнования и тренировки даже состоятельным поклонникам этого вида спорта могут показаться неподъемными. Каждому пилоту требуется не один и не два самолета. «За сезон, который обычно длится с апреля по октябрь, на участие в пяти-шести соревнованиях и тренировки у меня разбивается по 15 моделей, — говорит Николай Курбатов из клинского клуба «СТК-СЮТ». — Плюс уходит по 60−70 л топлива. Чтобы чего-то добиться, тренировок требуется очень много. Один пятиминутный полет съедает 200 г топлива. Вот и считайте».

Боевое летающее крыло устроено просто — передняя усиленная кромка, деревянные лонжероны, пластиковое покрытие да пара элевонов. К концу сезона от этой модели, скорее всего, не останется ничего, кроме мотора и механизмов управления.

«Бойцовка» — это расходный материал. После тарана или неудачного падения повторному использованию подлежит разве что управляющая механика. Но и идеально отлетавшая сезон модель тоже требует ремонта. Высокочастотная вибрация и знакопеременные нагрузки очень опасны. Слегка доработанный «фордовский» движок способен выдать до 30 000 об/мин. Кончик стандартного винта в таком режиме движется со сверхзвуковой скоростью, сотрясая самолет до основания. Неудивительно, что развалившийся без видимых причин коленвал или внезапный отказ топливного катетера — обычное дело.

Сделать модель покрепче — верный путь к проигрышу. Конструкторы бьются за каждый грамм, ибо вес — это скорость. Лучшие образцы весят 600−650 г, рекорд — 580 г. Учитывая, что самый легкий «хоббийный» движок весит около 112 г, две управляющие машинки — по 22 г, плюс приемник с батарейкой да топливо, выходит, что сделать еще более легкую модель уже невозможно даже чисто теоретически. Судейская команда состоит из двух арбитров на каждого пилота, одного или двух судей на линии безопасности и главного судьи.

Есть только миг

Качественная «бойцовка» небольшого веса (обычный материал — бальзовое дерево и пластиковые панели) с «допиленным» движком легко развивает 210−215 км/ч по прямой. Широкие элевоны обеспечивают крайне высокую маневренность. Например, типичный радиус разворота для моделей RCCR составляет всего лишь 2,5 м. В результате воздушный бой часто принимает эффектный вид огромного клубка из лент и крыльев.

И тут RCCR превращается из спорта технического в спорт физический. Время человеческой реакции — 200−250 мс. За миг, который уходит на принятие решения пилотом, «бойцовка» пролетает более 10 м. Учитывая, что размер цели — то есть длина ленты противника — всего 15 м, легко представить, как тяжело контролировать бой. «Наши чемпионы показывают реакции на олимпийском уровне», — с гордостью говорит Дронов.

Впрочем, обладатели тяжелых моделей или маломощных «электричек» дерутся на скоростях пониже, в районе 150 км/ч. «Прямые атаки нам просто недоступны, 50 км/ч — это все-таки очень большая разница. Приходится брать мастерством, работать только на контратаках на встречном курсе или когда противник в петле», — вздыхает Альберт Баймурзин из клуба «Тесла». На соревнованиях в подмосковном Абрамцеве, куда допускаются исключительно «электрички», команда Баймурзина неоднократно становилась чемпионом, а вот в RCCR пока не преуспела, хотя стабильно держится в верхней половине рейтинга (обычно в сезоне выступает от 20 до 50 команд).  Спортивный класс – дуэльный, он же «королевский». Участвуют два пилота, правила примерно те же, что и в открытом классе.

Тяжело в учении, еще тяжелее — в бою

В области пилотажа RCCR — просто необозримое поле для творчества. «Наши пилоты летают совершенно иначе, чем в других классах. Для моделей с симметричным профилем нет понятий прямая или обратная фигура пилотажа, вверх и вниз они летают одинаково, — объясняет главный судья соревнований Андрей Макаркин. — А теперь добавьте к этому их дикую тяговооруженность, и вы получите что-то вроде воздушного кунг-фу». Редкому пилоту удается сохранить концентрацию на протяжении всех четырех минут боя. А потому неизбежны аварии и прочие конфликты. Не легче приходится судьям. Макаркин начинал судить RCCR Open в 2006 году, когда создатели только-только зародившегося нового класса еще экспериментировали с количеством участников боя. «Эмпирически мы пришли к выводу, что оптимальное число бойцов — четыре. Это и зрелищно и не слишком запутывает наблюдателей», — рассказывает Макаркин. Атака по правилам. Кодекс воздушного самурая RCCR существует в двух видах: RC Combat Open и RC Combat Sport. В первом, открытом классе в боях принимают участие по четыре самолета.

Однако и за четырьмя бешеными «вжиками», как ласково называют свои боевые машины пилоты, уследить непросто. Внедрить хоть какие-то элементы инструментального контроля до сих пор не удалось — имеющиеся на рынке решения либо недостаточно быстродействующие, либо запредельно дорогие. Поэтому судят по старинке — командой как минимум из девяти человек. Впрочем, поклонники обособившегося от «открытого» RCCR спортивного класса эту проблему решили. «В дуэли, в отличие от местной мясорубки, у тебя есть время подумать над своими действиями. Хотя скорости у нас те же, всего один противник оставляет возможность принимать осознанные решения», — убежденно говорит Сергей Александров из бойцовского клуба в Лыткарино. И пусть дуэль выглядит не столь эффектно, как адреналиновый бой «все против всех», зато она, пожалуй, интереснее с точки зрения спорта. Недаром Александров, несколько лет подряд становившийся чемпионом в спортивном классе, в этом году выиграл RC Combat Open с огромным отрывом от серебряного призера.

Статья «Бойцовский аэроклуб» опубликована в журнале «Популярная механика» (№11, Ноябрь 2016).