«У вас не получится, — предварил нашу встречу Андрей Мятиев, обладатель самой большой в России коллекции старинных велосипедов. — Ни у кого сразу не получается. Нужна подготовка, тренировки…» Мы немного сомневались в его правоте: неужели это так сложно — проехать сотню метров на легендарном пенни-фартинге, викторианском велосипеде с огромным передним колесом?
Тест-драйв пенни-фартинга

Основная сложность в вождении пенни-фартинга — отсутствие свободного хода педалей и тот факт, что руль, педали и колесо составляют жесткую конструкцию. На обычном велосипеде с цепным приводом вращение педалей не влияет на руление, в пенни-фартинге же нажмешь на левую педаль — управляемое колесо поведет влево, на правую — вправо. Нужно научиться придерживать руль, постоянно контролируя машину, не позволяя ей вилять. И это более чем на полутораметровой высоте над землей, при том что центр тяжести седока находится практически на оси переднего колеса — чуть зазеваешься, перетормозишь и кувыркнешься вперед. Страшно!

Первая в истории велогонка
…прошла 31 мая 1868 года в парке Сен-Клу, Париж, на дистанции 1200 метров. Выиграл ее англичанин Джеймс Мур на классическом костотрясе. Он же стал победителем и в первой длинной, 123-километровой велогонке между Парижем и Руаном, прошедшей 7 ноября 1869 года. Уже в 1870-х годах велогонщики пересели на пенни-фартинги; на снимке — гоночный заезд на велодроме Херн-Хилл в западном Лондоне. Велодром, к слову, функционирует по сей день.

Тем не менее у нас получилось поехать на пенни-фартинге почти сразу. Сначала как на самокате — стоя на подножке, вцепившись в руль и отталкиваясь от земли ногой. Потом уже с педалями, немножко повиливая, но в целом вполне сносно. «Вы третий человек на моей памяти, у кого получилось с первого раза», — сказал Андрей Мятиев нашему главному редактору. Повод для гордости, не иначе!

Очень большие колеса

Термин «пенни-фартинг» связан с размерами колес. Разница между ними примерно такая же, как между этими двумя английскими монетами. Что интересно, в период популярности таких велосипедов их называли ordinary bicycle, то есть «обычный велосипед», в то время как едва появившиеся велосипеды современной конфигурации получили название safety («безопасный»). Пенни-фартингами викторианских гигантов прозвал какой-то ушлый журналист в начале 1890-х — когда их век уже прошел.

Падение с пенни-фартинга
…действо одновременно красивое и страшное. Поза, в которой упавший оказывается после кульбита через голову, порой выглядит очень странно. Это породило целый жанр велосипедной фотографии, достаточно популярный в 1870—1880-х годах: «Упавшие с пенни-фартинга». Фототехника того времени не позволяла качественно поймать момент падения, и потому большинство подобных снимков — постановочные. Велосипедист ложился в диковинную позу, его «накрывали» велосипедом и снимали результат.

В России же подобные велосипеды стали популярны под названием «пауки»; за рубежом этот термин всплывал в начале 1870-х, но распространения не получил. Прямым предком пенни-фартинга был так называемый boneshaker — «костотряс». Его конструкция определялась патентом французского изобретателя Пьера Мишо, который придумал прямой педальный привод на переднем колесе. Костотрясы были невероятно тяжелыми, переднее их колесо чуть-чуть превышало по размерам заднее.

Последний факт был обусловлен необходимостью обеспечить удобную посадку: расстояние между сиденьем и осью переднего колеса диктовалось длиной человеческих ног. В коллекции Андрея Мятиева есть три костотряса 1860-х годов (из всего четырех или пяти сохранившихся в России); мы протестировали экземпляр 1868 года — он весит, наверное, килограммов пятьдесят. Литая рама, тяжеленные деревянные колеса, крайняя сложность при поворотах…

Старт с ходу
Чтобы сесть на пенни-фартинг, следует разогнать его, двигаясь чуть позади велосипеда, затем встать левой ногой на специальную подножку и запрыгнуть на седло. Пока велосипед еще движется по инерции, нужно успеть поставить ноги на педали и стабилизировать движение.

Конец эпохи костотрясов наступил в 1869—1870 годах, когда французский инженер Эжен Мейер придумал новую конструкцию. Перед велопроизводителями стояло несколько задач: во‑первых, организовать нормальное серийное производство, во‑вторых — максимально облегчить машину, в-третьих — увеличить скорость ее движения. Решение последней проблемы возникло само собой: чем больше колесо, тем выше скорость при схожих усилиях ездока.

Фото

Кроме того, при увеличении диаметра снижалась и тряска. Одновременно с Мейером к тому же выводу пришел британский инженер Джеймс Старли. Костотрясы его компания начала производить еще в 1868 году, а с 1870 года перешла на «пауки». Что главное, Старли внес в конструкцию велосипеда множество изменений, позволивших серьезно облегчить и удешевить машину. Снизить массу удалось не сразу — сначала тяжелые деревянные колеса заменили на тонкие металлические с радиальной спицовкой (это придумал еще Мейер), затем упростили раму, превратив ее в тонкостенную трубу переменного сечения (это уже разработка Старли). В принципе, Старли заложил технологические основы современного велостроения.

Первые пенни-фартинги, появившиеся в 1870 году, несли в себе множественные «атавизмы» костотрясов. Например, перед рулем сохранялись подставки для ног, которые использовались, когда велосипедист ехал с горки и вынужден был снимать ноги с педалей. Но если на костотрясах это было в порядке вещей, то подобный эквилибр на пенни-фартинге мог привести разве что к аварии.

Тормозная система
В пенни-фартинге нет свободного хода педалей, поэтому тормоза выполняют лишь страховочную функцию. Изящный рычаг у руля напрямую прижимается к большому колесу, снижая скорость велосипеда.

15 лет превосходства

Велоэволюция шла быстро. Первые пенни-фартинги были еще достаточно тяжелы, но уже к началу 1880-х гоночные велосипеды снизили вес до 9−11 кг (!) — и это при высоте до 1,5 м. С учетом того, что первая в истории велогонка прошла незадолго до появления пенни-фартингов — 31 мая 1868 года в Париже, — именно «пауки» стали первыми массовыми гоночными велосипедами, царившими на скоростных заездах 1870−1880-х годов.

Что интересно, «убил» пенни-фартинги тот же человек, который одним из первых начал производить их серийно, — Джеймс Старли. Именно он в 1884 году запатентовал велосипед типа safety с колесами равного размера и цепным приводом на заднее. А с появлением пневматических шин «безопасные» велосипеды окончательно заняли рынок — и занимают его по сей день.

Но за 15-летнюю историю развития пенни-фартинги претерпели ряд интересных технологических изменений. С каждым годом переднее колесо все увеличивалось, а заднее — уменьшалось, превращаясь просто в подпорку. Рама теряла элемент за элементом, пока не превратилась в трубку переменного сечения, на одном конце которой крепилась сцепка «переднее колесо — руль», а на другом — заднее колесо.

Противовесы
На «американце» 1887 года педали вполне современные, двусторонние, а вот на более старом Eugene Meyer они тяжелые и оборудованы специальными противовесами, чтобы нога велосипедиста сразу попадала на рабочую плоскость.

Педаль для посадки из вполне удобной для ноги эволюционировала в крошечный приваренный к раме штырек. Радиальная спицовка уступила место тангентной, использующейся на велосипедных колесах и сегодня (ее, кстати, тоже изобрел Джеймс Старли).

Интересные технические решения применялись для тормозов и сиденья пенни-фартинга. Ввиду того что у его педалей нет свободного хода, тормозить можно, просто прокручивая педали с меньшей скоростью. Но еще на костотрясах существовала страховочная система: рукояти руля можно было прокрутить на себя, потянув таким образом за тросик, ведущий к обыкновенному механическому тормозу.

Эта система используется и сегодня — только современные тормоза прижимаются к ободу, а в те времена тормоз терся о шину (все равно она была сплошной, твердой и почти не боялась истирания).

Мы учились кататься на американском пенни-фартинге 1887 года.
В коллекции нашего консультанта есть и легендарный Eugene Meyer 1870 года, один из первых пенни-фартингов в истории. У него разница между колесами еще не столь разительна, а перед рулем хорошо заметна странной формы крестовина. Во времена костотрясов на нее клали ноги, скатываясь с горки по инерции. На пенни-фартинге такой эквилибр невозможен, но от атавизма конструкции избавились не сразу.

Сиденье пенни-фартинга обычно крепилось на рессоре, чтобы смягчить посадку. Но такая конструкция не позволяла подогнать велосипед по росту — регулировки руля тоже не было. Единственной возможностью подправить расстояние между седлом и педалями была, собственно, перестановка педалей. Шатуны имели не одно отверстие, а несколько — чем ближе к оси располагалось отверстие, в которое устанавливалась педаль, тем более низкорослый человек мог управлять велосипедом. Интересно, что эта система по инерции, в виде атавизма, перекочевала и на safety-велосипеды, хотя там уже была регулировка седла и руля по высоте.

Как мы катались

Вообще, пенни-фартинг — это страшно интересно. Он не воспринимается как неудобный архаизм. Это просто оригинальный спортивный снаряд, требующий особых навыков и доставляющий массу удовольствия. За рубежом пенни-фартинги производят по сей день, на них проводят гонки и велопрогулки. Известна, например, чешская фирма J. Mesicek & Synove, а также американские Rocky Mountain High Wheels и Rideable Bicycle Replicas.

Фото

Найти пенни-фартинг в Москве оказалось непросто. В итоге мы обратились к коллекционеру Андрею Мятиеву, у которого нашлось целых три «паука» в отличном состоянии: французский велосипед 1870 года фирмы E. Meyer (один из самых первых «пауков» в мире) и два «американца» — 1887 и 1888 годов соответственно. Мейеровский пенни-фартинг гораздо ниже и удобнее, хотя и значительно тяжелее поздних конструкций.

Тест получился занимательным — кататься на пенни-фартинге непросто, но возможно, и захватывает это занятие всерьез. Вид с него — как из кабины грузовика, смотришь на прохожих свысока и чувствуешь себя настоящим викторианским джентльменом. Да, приноровиться к тому, что руль пытается выпрыгнуть из рук при вращении педалей, получается не сразу, но в принципе это не так и сложно.

Фото

Как рассказал Мятиев, на гонках пенни-фартинг получается разогнать до 30 км/ч — очень прилично. А с учетом смещенного центра тяжести резкое торможение чаще всего ведет к опрокидыванию через руль — так что в снижении скорости тоже есть элемент искусства.

Как уже упоминалось, нам довелось прокатиться и на костотрясе 1869 года — он настолько тяжел, что после пары сотен метров мышцы ног начинают порядком ныть. Но это уже другая история. А мы искренне пожелаем Андрею удачи в создании музея велосипедной техники в Москве — это его мечта и цель на протяжении многих лет — и будем надеяться, что пенни-фартинги вернутся на улицы городов. В конце концов, они такие красивые.

Коллекционер
Андрей Мятиев предоставляет свои велосипеды для временных выставок, перформансов, киносъемок, занимается организацией исторических велопробегов, принимает участие в международных конференциях коллекционеров и ценителей. Пожелаем ему удачи в создании веломузея

Все технические решения, использующиеся на современном велосипеде, были применены более ста лет назад если не на костотрясах, то как минимум на пенни-фартингах. Это и штампованные рамы, и ободные тормоза, и многие другие элементы. Изменились лишь материалы.

Причем в Россию все это приходило достаточно быстро. Те же костотрясы завезли к нам в конце 1860-х годов. Известным велоактивистом был воронежский предприниматель Вильгельм Столль. В 1869-м он основал фабрику сельхозмашин и в том же году привез в Воронеж несколько велосипедов — тогда еще костотрясов. Впоследствии Столль основал «Товарищество воронежских велосипедистов», бесплатно обучал катанию желающих и лично принимал участие в первой российской велогонке 1883 года на Ходынском поле. В Москве и Питере процесс шел схожим образом.

Тем не менее Москва на сегодняшний день остается одним из последних городов-гигантов, в которых нет собственного велосипедного музея. В моей коллекции около 400 машин (а мелких экспонатов несколько тысяч), из них более 60 хоть сегодня готовы к экспонированию — они восстановлены, на ходу. Причем есть крайне редкие велосипеды — это и костотрясы, и «пауки», и дореволюционные «Дуксы» (у меня пять из восьми сохранившихся в мире). Не хватает только помещения, а уж экспозицию можно сделать крайне интересную.

Статья «Взгляд свысока» опубликована в журнале «Популярная механика» (№7, Июль 2013).