Шон Кэррол (слева) — физик, сотрудник Калифорнийского технологического института и научный консультант фантастических фильмов. Режиссеры стремятся сделать картины более правдоподобными, и Кэррол вместе с коллегами с удовольствием помогает им в этом деле. Но всегда ли Голливуд готов слушать советы ученых?
Путешествия по странным землям: SCI-FI

В конце 2009 года в одном из конференц-залов Лос-Анджелеса писатель, продюсер, режиссер и трое ученых обсуждали съемки фильма «Тор», одна из первых сцен которого — грандиозная битва на далекой планете ледяных великанов. Режиссер рассказывал, как видит эту сцену, а физик-теоретик из Калифорнийского технологического института объяснял, почему это никуда не годится. «Они хотели, чтобы поверженные падали с края плоской круглой планеты, — говорит Кэррол, — но ведь это просто бессмысленно. Откуда возьмется сила тяготения, которая будет увлекать вниз великанов? Природу гравитации понимают сейчас многие, фильм просто осмеют».

Продюсер Кевин Фейдж принял сторону физиков, и планету ледяных великанов сделали привычно сферической (но с огромными ущельями, чтоб было куда падать). Фильм от этого выиграл. Кэррол в прошлом уже консультировал съемочные группы фильма «Трон: Наследие» и детективного сериала «Кости». Сферическая планета не единственное, что появилось в «Торе» по совету ученого. По сюжету Тора ссылают из мира богов на Землю. Режиссеру показалось, что предложенная сценаристами в качестве средства межпланетных путешествий «кротовая нора» слишком уж отдает 1990-ми. Кэррол предложил использовать другой научный термин для этого астрофизического эффекта, и в фильме Тор попадает на Землю с помощью «моста Эйнштейна-Розена». Что это за явление, зрителям разъясняет астрофизик Джейн Фостер (Натали Портман). Актриса произносит текст, подготовленный Кэрролом.

Кинобизнес обращался за советами к ученым с момента своего зарождения. Но когда съемки научно-фантастических фильмов стали приносить солидную прибыль, это стало насущной необходимостью. Если в 1990-х в ежегодный тор-50 самых кассовых фильмов попадало в среднем шесть фантастических лент, то в первом десятилетии 2000-х таких фильмов было уже около половины. За новыми идеями кинематографисты все чаще обращаются к специалистам — химикам, физикам, биологам. «Чем глубже фильм связан с реальностью, тем больше он нравится зрителям», — говорит вице-президент компании Inferno Entertainment Д. Гугенхейм. Ученые охотно идут навстречу Голливуду, так как видят в этом возможность лучше ознакомить публику с научными проблемами и поднять в ее глазах авторитет своей профессии. «О том, что представляет собой современная наука, люди узнают из кинофильмов, — говорит

Кэррол, — и я хочу, чтобы эта картина соответствовала действительности».

Для удобства информационного обмена между Голливудом и научным сообществом в 2008 году была создана специальная «биржа» — Science & Entertainment Exchange. За первый год ее работы ученые бесплатно проконсультировали Голливуд по 70 проектам. К сентябрю 2011 года совместных проектов насчитывалось уже 350. Среди них — сериалы «Грань» и «Теория большого взрыва», фильмы «Зеленый фонарь» и «Морской бой».

«Ученые наделены таким воображением, которое и не снилось нам в Голливуде, — говорит Джеффри Сильвер, продюсер фильмов «Терминатор: Да придет спаситель» и «300 спартанцев», — и если еще недавно я говорил, что некоторые вещи случаются только в кино, то теперь говорю, что есть вещи, случающиеся только в науке».

Нынешний кинозритель стал осведомленным и придирчивым. «Если публика видит явный разрыв между логикой сюжета и теми законами, которые действуют в мире, — говорит Гугенхейм, — она этого вам не простит». Интернет разнесет насмешки зрителей по всему миру, а это может сказаться на кассовых сборах.

Ученых больше волнует другое. Они считают, что накладки в сюжете наносят ущерб научной грамотности населения. В фильме «Послезавтра» мы видим, как всего за неделю на Земле наступает новый ледниковый период. На самом деле такое событие должно растянуться по крайней мере на десятилетия. Когда в фильме «К-19» говорится о том, что вот-вот взорвется ядерный реактор, это не вполне точно. На самом деле поврежденный реактор при аварии такого типа, что произошла на К-19, скорее, расплавится.

Ученым также хочется, чтобы образ их коллег в кино больше соответствовал действительности. Пока, по мнению реальных ученых, эти персонажи редко бывают правдоподобными. С ними согласен и Джеймс Кэмерон: «Обычно работников науки изображают как фанатиков, неудачников или просто злодеев, — говорит он. — В «Аватаре» же я хотел восславить интеллект и страсть настоящего ученого». Так появился образ биолога Грейс.

Порой режиссеры игнорируют рекомендации ученых ради художественного эффекта. В «Парке Юрского периода» Спилбергу не понравились «правильные» зубы тираннозавра, и в результате и у чучела, и у компьютерной модели клыки стали намного острее. В фильме «2012» режиссеру Роланду Эммериху потребовалось грандиозное наводнение, затопляющее всю Землю. Он признавал, что это нереально, но предложил геологам пофантазировать: «Все мы понимали, что этого быть не может, но решили расписать, как бы это выглядело, если бы все-таки произошло».

Ученых согревает мысль о том, что фильмы стимулируют у людей интерес к науке. «Я могу написать книгу со строгими объяснениями физических явлений. Ее прочтут несколько тысяч, — говорит Кэррол. — А можно поучаствовать в создании киногероини, которую потом сыграет Натали Портман, и ее увидит 10 млн зрителей».

Сейчас Кэррол консультирует на съемках картины «Доктор Стрэндж». Главный герой — нейрохирург, который не может оперировать из-за поврежденных в автокатастрофе рук и, изучая магию в поисках исцеления, становится величайшим магом Земли. Задача Кэррола — придумать, что же будет сдерживать могущество Стрэнджа. «Скучным получится фильм, если он рассказывает о мире, где может происходить абсолютно все, — говорит он. — Настоящая драма начинается тогда, когда наука ставит пределы возможностям супергероя».

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№2, Февраль 2012).