В нынешнем году Россия встала на танковом перепутье. Военное руководство устами своих представителей самого высокого ранга объявило о том, что не только ставит крест на существующем проекте танка нового поколения, но и прекращает закупку машин существующих моделей. Новый танк, конечно же, будет. Но не сейчас

Проект основного боевого танка Т-95 создавался в Уральском КБ транспортного машиностроения под покровом высокой секретности, так что информация о его предполагаемом внешнем виде поступала скудная и противоречивая. На основе этих данных 3D-дизайнер Дмитрий Саяпин создал компьютерную модель Т-95, изображениями которой мы проиллюстрировали эту статью
Новый танк Т-99, или унифицированную тяжелую платформу «Армата», «Уралвагонзавод» собирается выпустить к 2015 году. Эта новая версия российского танка 4-го поколения, как заявляют, унаследует лучшие наработки проектов «Черный орел» и Т-95, но будет при этом проще и дешевле.
Черный Орел (Россия) Ранее надежды на создание перспективного танка в России связывались с разработкой Омского КБ транспортного машиностроения «Объект 640» (в прессе он чаще упоминался как танк «Черный орел»). Концепция этой машины в чем-то сходна с идеей Т-95, во всяком случае орудийная башня там тоже мыслилась необитаемой (в боевом положении). Экипаж помещался внутри корпуса, поделенного на три продольных герметичных отсека, причем крайние отдавались под топливные баки, а в центральном располагалось отделение управления. Проект разрабатывался в 1990-х, сейчас о нем вспомнили в связи с перспективной «Арматой»
FV4034 Challenger 2 (Великобритания) Основной британский боевой танк Challenger 2 поступил на вооружение в 1998 году. В 2000-х в рамках программы повышения живучести (CLIP) на всех танках заменили нарезное орудие L30A1 на 120 мм на гладкоствольную пушку Rheinmetall L55. За всю историю в бою были потеряны лишь два «Челленджера», еще один был подбит «дружественным огнем».
Abrams (США) Последняя модификация основного боевого танка армии США носит название M1A2SEP (2000 год). Недавно для «Абрамсов» разработан так называемый Городской комплект выживания танка (TUSK), что связано с необходимостью защитить боевую машину в условиях городских операций; в частности, добавлены дополнительные противокумулятивные экраны
Leopard 2 (Германия) Последняя модификация носит название Leopard 2A7+, ее представили публике год назад на Eurosatory-2010. Танк был усилен модульной броней, круговой защитой от РПГ, также предприняты меры повышения ситуационной осведомленности экипажа. Новая модификация может участвовать в конфликтах высокой интенсивности, но приспособлена и к бою в городе.
Leclerc (Франция) Французский основной боевой танк Leclerc (на вооружении с 1992 года) снискал славу очень высокотехнологичной машины благодаря компьютеризованной системе управления огнем. Вотличие от большинства западных танков ипо примеру российских, Leclerc оснащен автоматом заряжания
БМПТ — боевая машина поддержки танков — еще один проект «Уралвагонзавода». БМПТ предназначена для эффективного подавления живой силы противника, оснащенной гранатометами, противотанковыми комплексами, стрелковым оружием. На вооружение ВС РФ машина так и не была принята

Мотивы Министерства обороны обозначены весьма лаконично, но в целом понятны. 1 июля нынешнего года министр обороны Российской Федерации Анатолий Сердюков заявил: «Мы встречались с конструкторами, которые представили нам свои проекты. Шестьдесят процентов из этого — старые наработки, поэтому мы пока отказались от этих предложений». Сегодня армия хочет тратить деньги на продукцию современного уровня — вплоть до отказа от отечественного вооружения и закупки иностранного. Покупка УДК «Мистраль» и даже выдвинутые (как потом было сказано, в полемическом задоре) идеи о закупке немецких «Леопардов» вместо Т-90 вполне ложатся в эту канву. Также военных не устраивает высокая цена на новые образцы бронетехники, предлагаемые российским ВПК.

Тесно в старых рамках

Прокомментировать сложившуюся ситуацию мы попросили Василия Кирилловича Копытко, генерал-майора запаса, д.в.н., профессора, главного научного сотрудника НИЦ Военной академии Генерального штаба МО РФ. «Новый танк, конечно, нужен, — объясняет он, — но надо понимать, что его создание потребует огромных средств. Если же говорить о курсе на модернизацию существующего парка, то проблема заключается в том, что модернизационный потенциал танка Т-72 практически исчерпан. Существующие модификации Т-90 — это фактически и есть тот предел, до которого можно было развить «семьдесят второй». Какие-то важные доработки, конечно, можно сделать: например, усовершенствовать систему управления огнем, оборудовать машины системой опознавания «свой-чужой», чего на наших танках пока нет. Нужна хорошая система ночного видения — и сейчас на последних модификациях Т-90 установлены тепловизоры французского производства. Можно улучшить аппаратуру связи, поставить устройство ГЛОНАСС… Но есть базовые недостатки, которые в рамках существующих моделей устранить не удастся. Один из них, например, заключается в том, что экипаж находится в боевом отделении вместе с боекомплектом, что резко понижает шанс выживания при поражении машины. Другой недостаток наших танков — их небольшой размер. С одной стороны, это хорошо — меньше вес, меньше вероятность попадания. Но обратной стороной этих преимуществ стали очень тяжелые условия для экипажа, особенно ощущающиеся в долгих маршах и длительных боевых действиях».

Нынешнее противостояние Минобороны и ВПК уходит корнями в советские времена, когда ВПК выступал во многом в качестве самостоятельной силы и армия вынуждена была принимать на вооружение не ту технику, которая была ей заказана, а ту, что предлагал ВПК. Сегодня военные хотели бы изменить ситуацию и сделать так, чтобы оборонная промышленность выполняла их заказы, а не пыталась продать им нечто, созданное по своему разумению и зачастую на основе устаревших технологий. Борьба между армией и ВПК привела, в частности, к тому, что вызывавший столь большой интерес у публики секретный объект «195», он же танк Т-95, вероятно, навсегда останется в виде чертежей и опытных образцов.

Каким он мог бы быть

Проект «Совершенствование-88», он же «Объект-195», он же основной боевой танк Т-95, разрабатывался под покровом высокой секретности в нижнетагильском УКБТМ, и даже после закрытия темы представители нашей главной танковой кузницы — «Уралвагонзавода» — категорически отказываются обсуждать детали этого проекта, да и вообще все, что связано с танковой тематикой. Возможно, потому, что в 2015 году планируется появление нового танка на универсальной гусеничной платформе «Армата» и в ней будут, как предполагается, использованы лучшие наработки как по Т-95, так и по другому секретному проекту перспективного танка «Черный орел». Вместе с тем какие-то сведения и даже не очень качественные фотографии опытных образцов стали доступны широкой публике.

Главным новшеством перспективного танка была модульность конструкции, при которой башня оказывалась необитаемой и свободной от боекомплекта, боекомплект же целиком помещался внутри корпуса. Чтобы защитить состоящий из трех человек экипаж от опасного соседства с боекомплектом и герметизированной топливной емкостью, танкистов предполагалось поместить внутрь бронированной капсулы, установленной в носовой части корпуса. В качестве основного вооружения танка было решено использовать гладкоствольную пушку калибра 152 мм, также предусматривалась установка дополнительной автоматической 30-мм пушки.

Стремительность и маневренность танку должен был обеспечить Х-образный дизельный двигатель мощностью 1500 л.с., соединенный с гидромеханической трансмиссией. Новая адаптивная подвеска улучшала плавность хода боевой машины.

Систему управления огнем предполагалось построить на основе мультиканальности — информация должна была поступать одновременно по оптическим, тепловизионным, радиолокационным каналам и синтезироваться. Отдавая дань насущной в наши дни «сетецентричности», машину намеревались встроить в АСУ тактического звена управления, что могло бы существенно улучшить взаимодействие бронетехники, пехоты и авиации в составе сухопутных группировок.

Проект Т-95 пошел значительно дальше чертежей. 15 июля 2010 года на выставке «Оборона и защита» состоялся показ опытного образца перспективного ОБТ Т-95 для особо отобранного круга лиц. Насколько были впечатлены присутствовавшие, история умалчивает, но, как выяснилось, Т-95 — это не то, на что армия готова тратить деньги.

Хорошо, дорого, немного

«Хоть проект и закрыт, — говорит Василий Копытко, — но основные идеи, заложенные в нем, правильные. Наверняка в перспективном танке следующего поколения — будет он называться «Армата» или как-то иначе — эти идеи найдут свое воплощение. В прошлые времена — времена огромных танковых армий, требовалось, чтобы танк был простым, но зато неприхотливым в ремонте и обслуживании и годным для массового тиражирования. Лучший пример такого танка — наш Т-34. Сейчас мы сталкиваемся с иными реалиями, в которых правильнее создавать не «что попроще», а очень хорошие танки. Пусть они будут дорогими, пусть их будет немного, но пусть они будут. В таких танках важно оптимальное сочетание боевой эффективности со средствами защиты от ПТУР, противотанковых гранатометов и ударов со стороны верхней полусферы, что особенно важно в связи с развитием противотанковых средств воздушного базирования».

Дойти до переднего края

Нынешнее танковое перепутье некоторые склонны связывать не только с экономической и технологической конъюнктурой, но и с некоторым кризисом в понимании роли танков в будущих сражениях. В эпоху «бесконтактной войны» многим рисуется картина боевых действий, при которых танки будут уничтожены эффективными противотанковыми средствами с земли и с воздуха еще до момента выхода на передний край. В качестве одного из подтверждений этим рассуждениям приводится большое количество бронетехники советского производства, потерянной иракскими войсками в ходе второй американо-иракской войны. В преддверии окончательного закрытия проекта Т-95 в печати появились статьи экспертов, которые предсказывали перспективному российскому танку несладкое будущее на современном поле боя. Перечислялись виды современных боеприпасов, которые, как считается, легко справятся с броней и динамической защитой Т-95. Неужели снаряд окончательно победил броню?

С тем, что в современной войне роль танка понижается до удобной мишени, Василий Копытко категорически не согласен: «Что такое «бесконтактная война»? Это не очень корректный термин, обозначающий ситуацию, когда один противник наносит удары, не входя в зону противодействия другого. Так было в Ираке, когда, например, ударные вертолеты могли наносить удары ПТУР по танкам с расстояния 5000−6000 м, оставаясь неуязвимыми. Но это не вина танков: причина такого легкого расстрела — недостаток или отсутствие ПВО. Какими бы средствами защиты танк ни обладал, его нельзя рассматривать как автономное средство ведения боя — он обязательно должен действовать совместно с пехотой, средствами ПВО, фронтовой авиацией. Существует, например, известная разработка «Уралвагонзавода» — БМПТ (боевая машина поддержки танков). Можно вспомнить злосчастный штурм Грозного, когда федеральные войска потеряли много танков на улицах города. Но эти машины оставили без поддержки пехоты, и они стали легкой добычей боевиков, прятавшихся в окружающих зданиях. Виноваты в сложившейся ситуации опять же не танки, а люди, которые применяли их неграмотно и неумело. А вот другой пример — боевые действия многонациональной коалиции в Афганистане. Казалось бы, маленькая война без сплошной линии фронта. Здесь раздолье легковооруженному спецназу. Однако недавно канадский контингент запросил в поддержку танки. Как бы то ни было, при современном вооружении нет средств, которые обеспечили бы более надежную защиту людей, чем танки. Основные задачи танков в современных условиях во многом останутся прежними: поражение противника, бронеобъектов, укрепленных позиций, оборонительных сооружений. Сейчас в печати бытует распространенное мнение, что современный танк должен только обороняться. Я с этим категорически не согласен — он должен быть хорош и в обороне, и в наступлении, и, если надо, во встречном сражении».

Не надейся на слабых

На самом деле судьба развития танкостроения в России зависит во многом от того, к каким именно конфликтам мы готовимся. Нужен ли нам высокотехнологичный танк на уровне лучших мировых образцов, если иметь в виду, например, российско-грузинскую войну августа 2008 года? Ведь для победы в конфликте такого уровня и масштаба российской армии вполне хватило существующего танкового парка. «Мы не должны рассчитывать, что всегда будем воевать со слабым противником, — отвечает Василий Копытко. — Техника и вооружения должны развиваться с расчетом на то, что придется воевать по крайней мере с равными. Сейчас часто приходится слышать мнения о высоких боевых возможностях американской армии, которую сравнивают с нашей и, естественно, не в нашу пользу. Но надо понимать, что и Америка демонстрирует свою мощь на слабых, на тех, кого можно обстреливать, как на полигоне, практически без риска получить ответный удар. Как будет действовать та же техника при серьезном сопротивлении — большой вопрос».

Пусть будущее рассудит, правы или неправы были те, кто «забраковал» Т-95. Но по-настоящему тревожит то, что история перспективной машины, разработанной в Нижнем Тагиле, до боли напоминает другие истории, столь характерные для постсоветской России. Вспоминается и танк «Черный орел», сконструированный в Омском КБ транспортного машиностроения и подававшийся в свое время как достижение мирового уровня, и космический корабль «Клипер», макет которого несколько лет возили по авиасалонам, прежде чем объявили, что он никогда никуда не полетит, и обещания сделать «с нуля» пассажирский самолет, который — раз! — и заткнет за пояс творения мировых авиаграндов. Почти всегда очередной мегапроект, который рекламируется как отечественный прорыв в будущее, имеет на выходе либо ноль, либо нечто более скромное по сравнению с обещанным. И это вновь наводит на грустную мысль: воплощать в жизнь масштабные и новаторские инженерные проекты в новой России, увы, пока так и не научились.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№9, Сентябрь 2011).