В номере, выходящем в месяц славного гагаринского юбилея, мы решили вспомнить обо всех разновидностях и  моделях транспортных средств, на которых когда-либо передвигался человек в космосе. Их оказалось не так уж много.

Сподвижник Королёва Борис Черток писал годы спустя в  своих воспоминаниях о том колоссальном риске, которому подвергался первый космонавт планеты, — ведь из пяти состоявшихся испытательных запусков корабля «Восток» штатно прошли лишь три. Но время было такое — ради престижа требовалось рискнуть. Американцы ответили лишь три недели спустя после гагаринского старта — первый астронавт Америки совершил суборбитальный полет 5 мая 1961 года.


Корабль «Восход»

Герой песни Дэвида Боуи Space Oddity — майор Том, сумасшедший астронавт, решивший не возвращаться из космоса — называет свой корабль tin can, то есть, «консервная банка». Наверное, такое определение показалось бы обидным тем, кто летал в космос, но трудно отделаться от мысли, что во всяком случае первые орбитальные аппараты были не столько кораблями, сколько контейнерами для доставки человека в космос. И надо сказать, что на заре космонавтики СССР первенствовал не только хронологически (отправив на орбиту Гагарина), но и по уровню комфорта. Ведь в спускаемом аппарате корабля «Восток», бывшим заодно и единственным обитаемым помещением, было куда просторнее, чем в конической капсуле американского Mercury.


Повторить советский успех пока оказалось нереально: маломощная ракета-носитель Redstone была не в состоянии вытянуть на орбиту даже крошечную капсулу Mercury, которую, по воспоминаниям астронавтов, приходилось чуть ли не надевать на себя. Все-таки королёвская ракета Р7 дала СССР серьезную фору. Американским «гагариным» стал 20 февраля 1962 года астронавт Джон Гленн. Он пилотировал корабль Friendship 7 (проект Mercury), выведенный на околоземную орбиту ракетой-носителем Atlas-D. Американцам оставалось гордиться лишь тем, что на Mercury астронавты осуществляли посадку непосредственно в капсуле, а Гагарин и  его коллеги по «Востоку» катапультировались на высоте 7 км.

Американский корабль Gemini стал первым качественным рывком вперед по сравнению с ранней космонавтикой и проложил дорогу лунной программе.

От катапультного кресла в советском спускаемом аппарате вскоре отказались — Королёв решил вновь утереть американцам нос и запустить в космос первый в мире многоместный аппарат. Поскольку времени на создание принципиально нового корабля не было, трехместный «Восход» был фактически доработанным «Востоком». Мир аплодировал новым советским достижениям: первый многоместный корабль, первый полет без скафандров и,  наконец, март 1965 года — Алексей Леонов покидает «Восход-2» и  становится первым человеком в открытом космосе. Это был, однако, второй и последний пилотируемый полет «Восхода». Умер Королёв, а тем, кто продолжил его дело, стало ясно: «Восход» — это тупик. В том же марте 1965 года в  космос отправилась первая пилотируемая миссия на новом американском двухместном корабле, созданном по программе Gemini (ракета-носитель Titan). Этот космический транспорт давал возможность не только проводить длительные орбитальные полеты и выходить в  открытый космос, но и маневрировать на орбите (чего не могли ни Mercury, ни «Восток», ни «Восход»).


К границе атмосферы

Американская космическая программа всегда была теснее связана с авиацией, в то время как у нас балом изначально правили ракетчики. Подтверждение тому история проводившихся параллельно с запусками кораблей Mercury и Gemini испытания ракетоплана X-15. Этот самолет с ракетными двигателями сбрасывался с бомбардировщика B-52 и на скорости свыше 6000 км/ч уносился к границам плотных слоев атмосферы. Целью испытаний было создание орбитального самолета, и хотя опыты с X-15 были прекращены в 1968-м году, ракетоплан можно считать прародителем Space Shuttle. 13 полетов признаны в США космическими, так как в ходе их выполнения аппарат поднимался выше 50 миль (80 км), что считается границей космоса по стандартам ВВС США. С этим не согласна Международная ассоциация аэронавтики, считающей границей космоса линию Карамана (высота 100 км). По этим более строгим критериям лишь два полета X-15 (оба в 1963 г) официально признаны космическими суборбитальными.


16 марта 1966 года экипаж, состоявший из будущих лунных героев Нила Армстронга и Дэвида Скотта, совершил первую в истории космическую стыковку — Gemini-8 с аппаратом-мишенью Agena VIII. Стало ясно, что американская пилотируемая программа вышла на новый уровень и  в космической гонке впервые произошла смена лидера. В СССР тоже, конечно, думали о новом корабле, и прежде всего в связи с развернувшейся лунной гонкой.

В вопросе о том, на чем лететь к Луне, было два подхода. Первый  - делать новую тяжелую ракету-носитель: ведь даже самые скромные прикидки показывали, что для лунного старта в  космос придется выводить десятки тонн полезного груза при скромных 7 т грузоподъемности у «семерки». Другая идея родилась в королёвском КБ — создать новый корабль под Р7 и дополнительно к нему — три разгонных блока, которые на орбиту тоже выводила бы «семерка». Далее, уже на орбите, корабль и разгонные блоки предполагалось состыковать и всю эту сборку отправить к Луне.

Американцы хоть и научились орбитальным стыковкам раньше советских космонавтов, по такому пути, как известно, не пошли, а стали делать тяжелую ракету, к чему в конечном итоге склонились и в СССР, правда с неудачным исходом. Однако идея лунного корабля не умерла, а трансформировалась в параллельный проект орбитального корабля 7K-ОК, который позднее получил название «Союз». Основным достоинством «Союза» стал больший обитаемый объем. Достигнуто это было не за счет существенного увеличения диаметра корабля (ведь «Союз» делали под модификацию той же ракеты-носителя, что поднимала в космос «Восток» и «Восход»), а за счет добавления к спускаемому аппарату и  приборно-агрегатному отсеку бытового отсека.

«Союз» готовится к стыковке. Самой знаменитой в истории «Союза» стала исполненная политического смысла стыковка с американским «Аполлоном», произошедшая 17 июля 1975 года в ознаменование «разрядки напряженности». Это был последний полет корабля серии Apollo.

Кроме того, «Союз», подобно Gemini, мог маневрировать на орбите (обладая для этого специальными двигателями) и оснащался узлом для стыковки. «Боевое крещение» родоначальника самой массовой и популярной «линейки» космических кораблей обернулось трагедией. Советская космонавтика понесла первую потерю, когда в апреле 1967 года у спускаемого аппарата корабля «Союз-1» не раскрылся парашют и пилотировавший первенца Владимир Комаров погиб.


Apollo и американская лунная программа

Возможно это лишь трагическое совпадение, но первый из серии знаменитых кораблей Apollo, носивший номер 1, так же, как и первый «Союз» потребовал человеческих жертв. «Аполлон-1» даже не успел покинуть Землю — он сгорел на старте, унеся жизни трех членов экипажа. В остальном программа Apollo развивалась на удивление гладко, если не считать неудавшуюся высадку на Луну с «Аполлона-13», что подкинуло хвороста в пламя тридекафобии. Но успех миссии Apollo 11, когда первая попытка высадки на Луну сразу же и получилась, вызывает восторг реалистов и возбуждение у сторонников конспирологических теорий (дескать, все отснято в Голливуде). В лунной компоновке «Аполлон» состоял из командного отсека, служебного отсека и лунного модуля, причем взлетный вес корабля составлял более 40 т, что на порядок больше веса «Союза» (около 7 т). После восьми экспедиций к Луне и шести высадок на поверхность ночного светила, американская лунная программа была закрыта, и судьба «Аполлонов» повисла в воздухе. NASA, конечно же, очень жаль было расставаться с таким роскошным кораблем, а заодно и со сверхмощной ракетой-носителем Saturn. Так появилась программа Apollo Applications, предусматривавшая использование «Аполлонов» в частности для обслуживания долговременной орбитальной станции. В начале 70-х Вернеру фон Брауну пришла в голову гениальная идея — использовать в качестве помещений орбитальной станции опустевшие водородный и кислородный баки верхней ступени ракеты Saturn IB. В результате на околоземной орбите появился Skylab — настоящий космический дворец. Туда слетали три экспедиции на «Аполлонах, потом в 1974-м году Skylab преждевременно сошел с орбиты и упал.


Из катастрофы были сделаны выводы, в конструкцию корабля внесли изменения, а в 1969-м, когда в советской космонавтике ставка была сделана на развитие долговременных обитаемых станций (ДОС), появилась новая модификация «Союза» — 7KT-OK. В ней стыковочный узел оснащался люком-лазом для перелезания из одного состыкованного корабля в другой. До этого такое было возможно только через выход в открытый космос. С  тех пор фактически сменилось пять поколений «Союзов» — последние доработки касались большей интеграции корабля с МКС («Союз-ТМА», «Союз-ТМА-М»). Несмотря на все доработки, «Союз» очевидно морально устарел, однако адекватной замены ему нет пока ни у Америки, ни у России.

Ракета-носитель «Чанчжэн-2F» («Великий поход»). Долгое время на китайские эксперименты в космосе было принято смотреть снисходительно, но растущая экономическая мощь Китая а также методичность, с которой реализует свою программу Великий восточный дракон, позволяет предположить, что выход КНР на передние рубежи освоения космоса — не за горами. Сейчас нашему национальному самосознанию льстит, что китайский корабль «Шэньчжоу» композиционно повторяет «Союз», и, скорее всего имеет в основе российские технологии. Однако с копирования начинали все успешные государства этого региона, начиная с Японии, что не мешало впоследствии создавать собственные качественные оригиналы. К настоящему времени осуществлено 3 пилотируемых полета, запланированы еще 3−4. Кроме того, Китай работает над модулем орбитальной станци «Тянгун-1».

Еще на заре космонавтики, когда пионеры орбитальных полетов страдали от высочайших перегрузок при баллистическом спуске, конструкторы мечтали о крылатой посадке. Мечта осуществилась ровно 20 лет назад. 12 апреля 1981 года (кто поверит, что дата выбрана случайно?) шаттл Columbia отправился в первый полет, открыв эру самых зрелищных в истории космических аппаратов. Никогда ранее нельзя было отправить в космос сразу семь человек экипажа, которым при этом вовсе не приходилось тесниться. С другой стороны, ни одна космическая программа не унесла столько жизней, как Space Shuttle. Да, главным преимуществом шаттлов является возможность снимать с  орбиты и доставлять на Землю тяжелые крупногабаритные грузы, но таких задач никто сейчас не ставит. Вместе с тем челноки сыграли огромную роль в монтаже МКС, доставляя туда модули, не имеющие собственных двигателей для маневрирования.

На станции Skylab было необычайно просторно. Однако аппарат с самого начала преследовали неудачи, пока он наконец не сошел с орбиты из-за уплотнения верхних слоев атмосферы по причине солнечной активности.

Немного ностальгии

Если подводить итоги полувекового соперничества отечественной и американской космонавтики, то можно сказать, что наша страна в каком-то смысле действовала в соответствии с древнекитайской мудростью «сиди на берегу реки и  жди, пока мимо проплывет труп твоего врага» (слова «труп» и «враг» тут, конечно, не стоит понимать буквально).


Советские орбитальные станции

Говоря о пилотируемых аппаратах, отдельно стоит упомянуть орбитальные станции, тем более что до эпохи МКС, лишь наша страна имела уникальный опыт эксплуатации долговременных орбитальных аппаратов, а также опыт исследований воздействия на человека долговременного пребывания в космосе. Единственная американская попытка создать постоянную станцию — имеется в виду Skylab — завершилась неудачно. Как известно, Советский Союз запустил в космос семь «Салютов» и один «Мир». Надо сказать, что из всей «салютной» серии по‑настоящему долго и успешно работали лишь две последние станции «Салют-6» и «Салют-7» (их посетили в общей сложности 26 экипажей). Салюты 2, 3 и 5 — имели также название «Алмаз» и были чисто военными станциями, на которых размещался большой фотоаппарат для съемки территории вероятного противника и даже пушка. Первый «Алмаз» вышел из строя вскоре после запуска, два других посетили в общей сложности 3 экипажа. С «Салютами» связана вторая, и хочется надеяться, последняя катастрофа в нашей космонавтике. После неудачной стыковки с «Салютом-1» во время схода с орбиты погиб экипаж «Сюза-11», состоявший из 3-х человек.


Американская пилотируемая программа, даже если брать лишь реализованные проекты, была, без всякого сомнения, более амбициозной, а наша — более консервативной, скорее всего, вынужденно. Мы вполне могли бы летать на «Буранах», если бы в конце 1980-х было больше денег и  меньше политической неопределенности. Но вот прошли десятилетия, лунные экспедиции остались глубоко в истории, со «Скайлэбом» не сложилось, шаттлы, потеряв 2/5 своего флота, окончательно уходят на покой.

Всего по программе Space Shuttle было выпущено шесть аппаратов. Один из них — Enterprise — применялся только для испытаний в атмосфере. Challenger и первенец программы Columbia были потеряны.

В  космосе работает Международная космическая станция, которая воплотила в себе отечественные наработки, в частности бесценный опыт станции «Мир». Экипажи туда и оттуда возит наш старый (ну пусть несколько обновленный) добрый «Союз». Теперь многие склонны говорить, что мы избежали больших трат, сомнительных проектов и оказались правы. Но все же будем честными: полувековой юбилей гагаринского полета хоть и дает нам законные поводы для национальной гордости, все же имеет горький привкус воспоминаний о  несбывшемся. И хочется спросить: а даст ли нам история еще один шанс хоть когда-нибудь снова быть первыми в  космосе? Ну хоть в чем-нибудь?

Международная космическая станция является совместным проектом 16 стран, в ее строительстве и работе участвуют Бельгия, Бразилия, Великобритания, Германия, Дания, Испания, Италия, Канада, Нидерланды, Норвегия, Россия, США, Франция, Швейцария, Швеция, Япония.

Славная история станции «Мир»

Полтора десятка лет работы станции «Мир» несомненно относятся к пиковым достижениям отечественной пилотируемой космонавтики. И главное в нем — опыт сборки крупного космического объекта непосредственно в космосе. Запустить на орбиту что-то очень большое в 70-е годы СССР было не под силу. У нас не было «Сатурна», а грузоподъемность самой тяжелой отечественной ракеты «Протон» ограничивалась 20 тоннами. Именно поэтому наши «Салюты» — в два раза легче «Аполлонов», которые к орбитальным станциям не относились. Выход был найден в модульной конструкции, выстроенной вокруг базового блока, фактически мало чем отличавшегося от стандартного «Салюта» в гражданском варианте. Всего станция «Мир», строительство которой началось в 1986 году, включала в себя 6 пристыкованных модулей.

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№4, Апрель 2011).