Диагностика по крови: как это делается

Диагностика по крови: как это делается

Кровь — удивительное творение природы. Можно без преувеличения сказать, что она является источником жизни. Ведь именно через кровь мы получаем кислород и питательные вещества, именно с кровью уносятся из клеток «отходы производства». Любой недуг обязательно находит свое отражение в крови. На этом построен целый ряд диагностических методик. И шарлатанских тоже.

Кровь была одной из первых жидкостей, которую любознательные медики поместили под только что изобретенный микроскоп. С тех пор прошло более 300 лет, микроскопы стали намного совершеннее, но глаза врачей по‑прежнему смотрят на кровь в окуляры, выискивая признаки патологии.

На стекле

Антони ван Левенгук определенно получил бы несколько Нобелевских премий, живи он в наше время. Но в конце XVII века этой награды не было, поэтому Левенгук довольствуется всемирной известностью конструктора микроскопов и славой основателя научной микроскопии. Добившись в своих приборах 300-кратного увеличения, он сделал множество открытий, в том числе первым описал эритроциты.

Последователи Левенгука довели его детище до совершенства. Современные оптические микроскопы способны давать увеличение до 2000 раз и позволяют рассматривать прозрачные биологические объекты, включая клетки нашего организма.

Другой нидерландец — физик Фриц Цернике — в 1930-х годах заметил, что ускорение прохождения света по прямой делает изображение изучаемой модели более детальным, выделяя отдельные элементы на светлом фоне. Для создания интерференции в образце Цернике придумал систему колец, которые располагались как в объективе, так и в конденсаторе микроскопа. Если правильно настроить (юстировать) микроскоп, то волны, которые идут от источника света, будут попадать в глаз с определенным смещением по фазе. И это позволяет значительно улучшить изображение изучаемого объекта.

Метод получил название фазово-контрастной микроскопии и оказался настолько прогрессивным и перспективным для науки, что в 1953 году Цернике была присуждена Нобелевская премия по физике с формулировкой «За обоснование фазово-контрастного метода, особенно за изобретение фазово-контрастного микроскопа». Почему это открытие так высоко оценили? Раньше, чтобы рассмотреть под микроскопом ткани и микроорганизмы, их приходилось обрабатывать различными реактивами- фиксаторами и красителями. Живые клетки при таком раскладе увидеть не получалось, химикаты просто убивали их. Изобретение Цернике открыло в науке новое направление — прижизненное микроскопирование.

В XXI веке биологические и медицинские микроскопы стали цифровыми, способными работать в разных режимах — как в фазовом контрасте, так и в темном поле (изображение формируется светом, дифрагированным на объекте, и в результате объект выглядит очень светлым на темном фоне), а также в поляризованном свете, который нередко позволяет выявлять структуру объектов, лежащую за пределами обычного оптического разрешения.

Казалось бы, медикам нужно радоваться: в их руки попал мощнейший инструмент изучения тайн и загадок человеческого организма. Но этот высокотехнологичный метод очень заинтересовал не только серьезных ученых, но и шарлатанов и мошенников от медицины, которые посчитали фазово-контрастное и темнопольное микроскопирование очень удачным способом выуживания энных сумм денег у доверчивых граждан.


Жидкая ткань

Кровь относится к соединительным тканям. Да, как бы нелепо это не звучало на первый взгляд, она является ближайшим родственником послеоперационного рубца и двоюродной сестрой большеберцовой кости. Основной признак, характерный для таких тканей — малое количество клеток и большое содержание «наполнителя», который называется межуточным веществом.
Клетки крови называются форменными элементами и делятся на три большие группы:

Красные кровяные клетки (эритроциты). Самые многочисленные представители форменных элементов. Имеют форму двояковогнутого диска диаметром 6−9 мкм и толщиной от 1 (в центре) до 2,2 мкм (по краям). Являются переносчиками кислорода и углекислого газа, для чего содержат в себе гемоглобин. В одном литре крови найдется примерно 4−5 * 1012 эритроцитов.

Белые кровяные клетки (лейкоциты). Разнообразные по форме и функциям, но главное — именно они обеспечивают защиту организма от внешних и внутренних напастей (иммунитет). Размер от 7−8 мкм (лимфоциты) до 21 мкм в диаметре (макрофаги). По форме некоторые лейкоциты напоминают амеб и способны выходить за пределы кровяного русла. А лимфоциты похожи скорее на морскую мину, утыканную шипами рецепторов. В одном литре крови содержится примерно 6−8 * 109 лейкоцитов.

Кровяные пластинки (тромбоциты). Это «осколки» гигантских клеток костного мозга, обеспечивающие свертывающую функцию крови. Форма их может быть разной, размер — от 2 до 5 мкм, то есть в норме — меньше любого другого форменного элемента. Количество — 150−400 * 109 на литр.

Жидкая часть крови называется плазмой, на нее приходится примерно 55−60 процентов объема. В состав плазмы входят самые разнообразные органические и неорганические вещества и соединения: от ионов натрия и хлора до витаминов и гормонов. Из плазмы крови образуются все остальные жидкости организма.

Она живая и шевелится

У пациента, который решится пройти обследование методом «Диагностика по живой капле крови» (варианты названия — «Тестирование на темнопольном микроскопе» или «Гемосканирование»), берут каплю крови, не окрашивают, не фиксируют, наносят на предметное стекло и изучают, просматривая образец на экране монитора. По результатам исследования ставятся диагнозы и назначается лечение.

Гемосканирование можно считать венцом творения мошеннической мысли, шедевром и высшим пилотажем околомедицинского шарлатанства. Во‑первых, используется реально существующее физическое явление (про Нобелевку помните?) и самая настоящая сложная медицинская аппаратура. И действительно дорогостоящая. Стоимость диагностического комплекса обходится не менее чем в 3−4 тысячи долларов, и продают его солидные поставщики серьезной медицинской техники. Аппаратура имеет все необходимые — подлинные и совершенно заслуженные — сертификаты и свидетельства. Во‑вторых, никаких проблем с лицензированием. Лабораторная диагностика — вполне законный вид медицинской деятельности, а микроскоп, позволяющий осуществлять фазово-контрастное или темнопольное микроскопирование, — вполне законная медицинская диагностическая аппаратура. Мало того, она широко применяется в медицине, то есть существуют сертифицированные и дипломированные специалисты. В-третьих, действительно под микроскопом можно обнаружить массу признаков тех или иных заболеваний. Например, изменение формы эритроцитов при серповидноклеточной анемии. А еще можно увидеть внутриклеточных паразитов все в тех же эритроцитах, бартонеллами называются. И даже яйца гельминтов в крови теоретически обнаружить можно.

Арба вижу — арба пою

Так в чем же подвох? В интерпретации. В том, как объясняют «темнопольщики» те или иные изменения в крови, как называют обнаруженные артефакты, какие диагнозы ставят и чем лечат. Разобраться в том, что это обман, сложно даже врачу. Нужна специальная подготовка, опыт работы с образцами крови, сотни просмотренных «стекол» — как крашеных, так и «живых». Как в обычном поле, так и в темном. К счастью, у автора статьи такой опыт имеется, как имеется он и у тех экспертов, с которыми сверялись результаты расследования.

Правильно говорится — лучше один раз увидеть. И своим глазам человек поверит куда быстрее, чем всем устным увещеваниям. На это и рассчитывают «лаборанты». К микроскопу подсоединен монитор, который отображает все, что видно в мазке. Вот вы лично когда последний раз видели собственные эритроциты? Вот то-то и оно. Интересно ведь. А пока завороженный посетитель любуется клетками родной любимой крови, «лаборант» начинает интерпретировать то, что он видит. Причем делает это по принципу акына: «Арба вижу- арба пою». Про какую «арбу» могут напеть шарлатаны, подробно читайте во врезке.


Кровавый ужас

О каких страшных диагнозах вам могут напеть шарлатаны, и почему их слов не надо бояться, лучше пояснять на конкретных примерах. Фото взяты с сайтов, рекламирующих методику гемосканирования. Глистов гемосканеры находят практически у каждого пациента. Действительно, в крови можно обнаружить яйца и личинки некоторых гельминтов. Например, у шистосом есть период гематогенной диссеминации, то есть распространения по организму с током крови. Вот только в периферической крови их обнаружить невозможно, слишком маленький диаметр у капилляров пальца, откуда берут материал для анализа. Яйца имеют размеры 140−240 на 50−85 мкм. Средний размер эритроцита — 7,5 мкм. Вывод: ни яйцо, ни тем более личинка не могут быть размером с эритроцит. И даже с два эритроцита. А знаете, что на фото выделено красным кружком? Это эритроцит, который находится перпендикулярно к плоскости предметного стекла. Ведь каплю крови не размазывают по нему слоем ровно в одну клетку. Поэтому не все красные кровяные тельца смотрят «лицом» на исследователя. Кто-то в анфас, а кто-то и боком. Кстати, мембрана эритроцитов очень гибкая, именно поэтому они умудряются протиснуться даже в самые узкие капилляры. В нашем организме действительно образуются кристаллы. Чаще всего в моче, но иногда встречаются и в крови, например игольчатые кристаллы уратов (солей мочевой кислоты). Подпись к приведенному фото гласила «Кристаллы ортофосфорной кислоты». Вообще-то кристаллы настоящей ортофосфорной кислоты (точнее, ее полугидрата) бесцветны и гексагональны, и добиться такой концентрации в крови, чтобы она начала кристаллизоваться, нереально. Если в организме вдруг и будут образовываться кристаллы фосфорной кислоты, то они будут фосфатом кальция (из него и состоят фосфатные камни в почках и желчном пузыре). А то, что нам пытаются представить здесь под видом кристаллов ортофосфорной кислоты — самая обычная грязь на объективе микроскопа.


После того как пациент будет напуган и сбит с толку непонятными, а иногда и откровенно страшными картинками, ему объявляют «диагнозы». Чаще всего много, и один кошмарнее другого. Например, расскажут, что плазма крови инфицирована грибками или бактериями. Неважно, что увидеть их даже при таком увеличении достаточно проблематично, а уж отличить друг от друга- тем более. Микробиологам приходится сеять возбудителей различных болезней на специальные питательные среды, чтобы потом можно было точно сказать, кто вырос, к каким антибиотикам чувствителен и т. д. Микроскопия в лабораторных исследованиях применяется, но либо со специфичными красителями, либо вообще с флуоресцирующими антителами, которые прикрепляются к бактериям и таким образом делают их видимыми.

Но даже если, чисто теоретически, в крови под микроскопом будет обнаружен такой гигант мира бактерий, как кишечная палочка (1−3 мкм длиной и 0,5−0,8 мкм шириной), это будет означать только одно: у пациента сепсис, заражение крови. И он должен лежать горизонтально с температурой под 40 и прочими признаками тяжелейшего состояния. Потому что в норме кровь стерильна. Это одна из основных биологических констант, которая проверяется достаточно просто- посевом крови на различные питательные среды.


Внутриклеточные паразиты

Опасность может таиться не только в плазме крови, но даже внутри эритроцитов. Это чистая правда. Только в случае с гемосканированием выглядит она достаточно странно. Например, пациенту показывают его эритроциты со светлым пятном внутри каждого и ставят «диагноз»: «Эритроциты инфицированы бактериями». Вспоминается только два паразита, жизненный цикл которых связан с эритроцитом, — бартонелла и 4 вида плазмодиев, вызывающих различные типы малярии. Но они — не бактерии, да и с размерами явная несостыковка. Средний диаметр эритроцита, как уже говорилось, — 7,5 мкм. В случае малярии в нем помещается 10−20 мерозоитов (бесполая стадия размножения плазмодия). Бартонеллы также значительно мельче эритроцита — от 1 до 3 мкм в длину и 0,2−0,3 мкм в ширину — и под микроскопом они выглядят иначе. Так что и они на роль «страшных паразитов» не подходят. Секрет прост. Эритроциты — объемные клетки, центр которых тоньше, чем периферия. А теперь представим, что мы пропускаем свет через такие образования. Что будем видеть? Более толстая периферия будет темной, а более тонкий центр свет будет пропускать лучше. Вот вам и объяснение феномена «круглых бактерий» внутри эритроцита. Вот скажите честно: если бы вам на мониторе показали эту фотографию и сказали, что сия каракатица живет у вас в крови, вы бы последние деньги отдали, чтобы от нее избавиться, не так ли? На такую реакцию и рассчитывают «диагносты». А между тем это фрагмент антенны комара-звонца (семейство Chironomidae). И попал он в образец исследуемой крови из воздуха. Там много чего летает, в том числе и хитиновые ошметки всяких разных насекомых.


А еще могут рассказать, что кровь «закислена». Смещение рН (кислотности) крови, называемое ацидозом, действительно встречается при многих заболеваниях. Вот только измерять кислотность на глаз пока никто не научился, нужен контакт датчика с исследуемой жидкостью. Могут обнаружить «шлаки» и рассказать про степени зашлакованности организма по данным ВОЗ (Всемирная организация здравоохранения). Но если поискать по документам на официальном сайте этой организации, то ни про шлаки, ни про степени зашлакованности там ни слова нет. Среди диагнозов могут встречаться синдром обезвоживания, синдром интоксикации, признаки ферментопатии, признаки дисбактериоза и масса других, не имеющих отношения либо к медицине, либо к данному конкретному больному.

Апофеоз диагностики, конечно же, назначение лечения. Оно, по странному стечению обстоятельств, будет проводиться биологически активными добавками к пище. Которые по сути и по закону лекарствами не являются и лечить не могут в принципе. Тем более такие страшные болезни, как грибковый сепсис. Но гемосканеров это не смущает. Ведь лечить они будут не человека, а те самые диагнозы, которые ему наставлены с потолка. И при повторной диагностике — будьте уверены — показатели улучшатся.

Что нельзя увидеть в микроскоп

Что бы вам ни говорили «специалисты», с помощью микроскопа в капле крови, взятой из пальца, нельзя увидеть pH крови; дефицит ферментов для расщепления белков; уровень водно-солевого обмена; пищевые мутагенные/тератогенные токсины; поражение эритроцитов почечными токсинами / свободными радикалами; паразитов, грибы, бактерии, яйца глистов, цисты; активность, количество и качество иммунных клеток.

Тестирование по «живой капле крови» зародилось в США в 1970-х годах. Постепенно медицинской общественности и регулирующим органам стала ясна истинная сущность и ценность методики. С 2005 года началась кампания по запрету этой диагностики как мошеннической и не имеющей отношения к медицине. «Пациента обманывают трижды. Первый раз- когда диагностируют болезнь, которой нет. Второй раз- когда назначают долгое и дорогостоящее лечение. И третий раз- когда подделывают повторное исследование, которое обязательно будет свидетельствовать либо об улучшении, либо о возврате к норме» (доктор Стивен Баррет, вице-президент Американского национального совета против медицинского мошенничества, научный консультант Американского совета по науке и здоровью).

Взятки гладки?

Доказать, что вас обманули, практически нереально. Во‑первых, как уже говорилось, не всякий врач сможет заподозрить в методике подлог. Во‑вторых, даже если пациент пойдет в обычный диагностический центр и у него там ничего не найдут, можно в крайнем случае свалить все на врача-оператора, проводившего диагностику. И действительно, визуальная оценка сложных изображений целиком и полностью зависит от квалификации и даже физического состояния того, что проводит оценку. То есть метод не является достоверным, поскольку напрямую зависит от человеческого фактора. В-третьих, всегда можно сослаться на некие тонкие материи, которые пациенту понять не дано. Это последний рубеж, на котором обычно насмерть стоят все околомедицинские мошенники.

Что же мы имеем в сухом остатке? Непрофессиональных лаборантов, которые выдают случайные артефакты (а может, и срежиссированные) в капле крови за страшные заболевания. И потом предлагают лечить их пищевыми добавками. Естественно, все это за деньги, и очень немаленькие.

Имеет ли данная методика диагностическую ценность? Имеет. Безусловно. Такую же, как и традиционная микроскопия мазка. Можно увидеть, например, серповидноклеточную анемию. Или перницитозную анемию. Или другие действительно серьезные заболевания. Только вот, к огромному сожалению мошенников, встречаются они редко. Да и не продашь таким пациентам толченый мел с аскорбинкой. Им нужно настоящее лечение.

А так — все очень просто. Обнаруживаем несуществующую болезнь, а потом успешно ее излечиваем. Все довольны, особенно доволен вон тот гражданин, у которого из крови изгнали обломок антенны космической связи комара-звонца… И никому не жалко пущенных на ветер, а точнее, на обогащение мошенников, денег.

Впрочем, не всем. Некоторые отстаивают свои права во всех возможных инстанциях. В распоряжении автора есть копия письма Управления Росздравнадзора по Краснодарскому краю, куда обратились пострадавшие от гемосканирующих «врачей». Пациенту была диагностирована куча болезней, которые предлагалось лечить не меньшей кучей биологически активных добавок к пище. По результатам проверки выяснилось, что медицинское учреждение, проводившее диагностику, нарушает лицензионные требования, не заключает договор на оказание платных услуг (врач берет деньги наличными), нарушаются правила ведения медицинской документации. Были выявлены и другие нарушения.

Цитатой из письма Центрального аппарата Росздравнадзора и хотелось бы закончить статью: «Методика 'Гемосканирование' на рассмотрение и получение разрешения на применение в качестве новой медицинской технологии в Росздравнадзор не представлялась и не разрешена к применению в медицинской практике». Яснее не скажешь.

Статья «Темные поля крови» опубликована в журнале «Популярная механика» (№1, Январь 2010).
Комментарии

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь,
чтобы оставлять комментарии.