Новую методику, которая позволит жертвам ужасных несчастий обрести лицо, принимают неоднозначно

Мускулы под поверхностью лица питаются сложной системой вен и артерий. Современные методики реконструирования лица опираются на использование тканей из других частей тела. Небольшой эффект они дают, но в результате получается лицо, похожее на маску. Для придания лицу естественности должны быть задействованы все лицевые мышцы
Переломы могут потребовать замены отсутствующих частей костной ткани костями самого пациента или другого донора или трансплантантами (снизу, справа), вокруг которых может нарасти новая кость
Самая трудоемкая часть операции — подсоединение сотен тонких вен (синие), артерий (красные) и нервов (желтые). Все они необходимы для того, чтобы новое лицо функционировало правильно
Надрезы и швы, которые нужны для снятия и установки лица на новое место, будут скрыты естественными складками и линией волос. Структура костей определит, насколько велико сходство донора и реципиента

Ни одно из несчастий, которым может подвергнуться человек, не сравнимо по разрушительной силе с уничтожением лица. Каждый год в результате болезней, аварий и родовых травм тысячи людей теряют такую привычную симметрию носа, глаз, губ и ушей. Симметрию, которая дает нам индивидуальность. Для многих людей, пострадавших от увечий плоти и костей, а также при родах, хирурги могут сотворить чудеса. Но для немногих несчастных потеря тканей так велика, что современная медицина мало что может предложить, кроме сочувствия. «А может, что-то сделать все же можно?» — не сдавались некоторые хирурги. Вопрос резонный. В конце концов, давно стали реальностью сложные операции по пересадке органов — сердца и легких. И если руки мертвых можно пересадить живым, то кто мешает сделать то же с лицевыми тканями?

Доктор Питер Батлер настаивает на том, что препятствий нет. Он работает хирургом в Королевской бесплатной больнице в Лондоне. Примерно год назад он заявил, что его метод радикальной хирургической пересадки лицевых тканей — единственный эффективный способ лечения людей с тяжелыми травмами лица. Заявление вызвало международную дискуссию. Ученый предложил провести операцию по его методу через 18 месяцев, то есть весной 2004 года. Но уже через несколько недель, после визита в Британскую ассоциацию пластических хирургов, Батлер стал центром яростных дискуссий об этичности подобной процедуры. Людей не беспокоит то, что живым трансплантируют органы мертвых. Но многие не могут смириться с мыслью о том, что лицо переживет своего хозяина.

Ситуация резко обострилась, когда британские папарацци пришли домой к молодой женщине, которая должна была стать первой пациенткой Батлера. В детстве в результате аварии она получила ужасные ожоги. А теперь попала в водоворот ненужной славы. Ее семья угрожала судом. Батлер отключил телефон, а в больнице заявили, что планы его неоднозначной операции заморожены и о них будет объявлено дополнительно. Но внутри медицинского сообщества идея никуда не делась. Считается, что по крайней мере две группы в Соединенных Штатах в частном порядке планируют сделать подобные операции. Возможно, уже весной 2004 года.

Ни одна из американских групп не желает обсуждать свои планы до завершения операции. Но до того, как сойти со сцены, Батлер предоставил обширную информацию об операции в медицинских журналах и на конференциях. Самый поразительный аспект планируемой операции заключается в том, что в ней очень мало нового и совсем ничего революционного. Из того, что Батлер писал и рассказывал хирургам, не желающим по понятным причинам, чтобы их называли, журнал Popular Mechanics смог создать картину пути, по которому пойдут американские врачи.

Одно из главных заблуждений относительно пересадки лицевых тканей в том, что в результате можно добиться точной замены лица, как было показано в триллере «Без лица». В фильме 1997 года робот-хирург меняет лица героя и злодея, которых играют Джон Траволта и Николас Кейдж. На конференции по пластической хирургии Батлер указал, что его метод даст эффектный результат, но следы все равно останутся. Скрыть, что у человека были проблемы с лицом, будет невозможно. Просто если сейчас изъяны видны уже с 15 м, то после операции они будут видны не более чем с метра.

Операции

Трансплантация потребует трех отдельных операций. Первая будет проведена на трупе донора. Ее называют «снятие перчатки». Надрезы будут сделаны по линии волос, за глазами или вокруг глаз и по естественным складкам шеи. Просто лицо, без подкожных мускулов и движений глаз, которыми человек выражает эмоции, не даст особого выигрыша по сравнению с нынешними методиками восстановления. Сегодня ткань переносят с другой части тела человека, создавая мертвое лицо — без эмоций оно становится маской. Хирурги говорят, что для того, чтобы пересаженное лицо вело себя как родное, нужно особым образом обработать нервы, управляющие некоторыми движениями лица. Среди них седьмой черепной нерв, отвечающий за выражение лица, шестой — боковые движения глаз, и пятый — восприятие. Особое внимание будет также уделено четвертому и третьему черепным нервам, управляющим движениями глаз вверх и вниз и срединными соответственно.

Когда будет определено, что лицо донора достаточно подходит для пересадки, хирурги выполнят вторую аналогичную операцию — «снятие перчатки» с получателя нового лица. Оно займет больше времени, так как придется зажимать вены и артерии. И снова самое главное — не повредить черепные нервы. Даже малейший порез может вызвать паралич и уничтожить способность лица естественно двигаться. Если этого требует состояние пациента, будут вызваны специалисты для восстановления лицевых костей.

Итак, лицо донора находится в операционной, а лицо получателя удалено. Начинается третья, самая ответственная операция. Микрохирурги присоединяют вены, артерии и нервы. Некоторые из этих элементов так малы, что врачам придется использовать микроскопы. По оценке доктора Батлера, эта операция займет 12−14 часов. И наконец врачи установят временную мини-дренажную систему для удаления жидкостей, которые всегда возникают после сложных операций.

Степень, в которой получатель лица будет напоминать донора, сильно зависит от структуры лицевых костей. К тому же в случае, если между лицами были огромные различия (скажем, в выпуклости щек или подбородка), после снятия кожи пациента ему будут добавлены имплантанты. В момент выхода из операционной он будет выглядеть лучше, чем на протяжении ближайших месяцев после нее. Опыт людей, которым делали серьезные лицевые операции, показывает, что даже при наличии мини-дренажной системы опухоль будет очень серьезной. Начиная с этого момента пациенту будут скармливать коктейль из трех иммунодепрессивных медикаментов, предотвращающих отторжение тканей. Через два месяца лицо пациента вернется к нормальным размерам. До восстановления мимики пройдет от нескольких месяцев до года, в зависимости от степени поражения, существовавшей до пересадки, и успеха подсоединения нервов. Самое сложное не сама хирургическая операция, а нахождение донорского лица. После того как Батлер понял, что пересадка лица технически осуществима, он предпринял следующий логический шаг: спросил, не желает ли кто-нибудь пожертвовать свое лицо. Все 120 человек, которых он опросил, ответили отрицательно. Ответ тем более удивителен, что 80 из 120 человек были врачами и медсестрами, то есть людьми, по роду деятельности прекрасно понимающими, какие выгоды дала бы такая пересадка.

К счастью, потребность в донорах очень невелика. Хирурги считают, что в тех частях света, где медицина достаточно развита для того, чтобы проводить подобные операции, в год не более 100 человек смогли бы выиграть от такой пересадки. Врачи думают, что из-за высокого риска повреждения органов и увеличенной опасности заражения, связанной с потреблением иммунодепрессивных препаратов, пересадка лица никогда не станет косметической. Что же касается террористов и других беглецов: пластические имплантанты в щеки и челюсти — гораздо более простой и безопасный способ изменить свой внешний вид.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№1, Январь 2004).