Археологи исследовали загадочные артефакты из бивня мамонта

Исследователи из Новосибирского государственного университета, Института археологии и этнографии СО РАН и Сибирского федерального университета изучили коллекции позднепалеолитического комплекса Усть-Кова в Северном Приангарье, уделяя особое внимание различным технологиям, задействованным в создании мобильного искусства — портативных предметов, вырезанных из бивня мамонта в период верхнего палеолита.

Российские ученые провели детальный анализ древних фигурок, найденных в Северном Приангарье

В устье реки Кова (Красноярский край, Кежемский район) находилась деревня Усть-Кова, в окрестностях которой располагался один из самых известных археологических памятников в Северном Приангарье. Однако во время строительства Богучанской ГЭС он был затоплен. Работы на нем проводились еще до этого. Тогда, в 1980-е годы, систематические раскопки вела Северо-Ангарская археологическая экспедиция под руководством сотрудника Красноярского государственного педагогического института Николая Ивановича Дроздова. Статья об этом вышла в журнале Archaeological Research in Asia.

Обнаруженные группой исследователей находки из бивня мамонта содержали следы красной и черной краски. «В то время изучать эти фрагменты цветного материала не представлялось возможным. Не было техники и технологий, которые у нас есть на сегодняшний день, — говорит профессор кафедры археологии и этнографии Новосибирского государственного университета доктор исторических наук Людмила Валентиновна Лбова. — Сейчас артефакты из Усть-Ковы могут быть проанализированы с использованием мультидисциплинарного подхода, который объединяет спектральный анализ и реконструкцию технологии производства».

Фото фигурки мамонта (вверху), обработка в DStrech (внизу)
Фото фигурки мамонта (вверху), обработка в DStrech (внизу) Наука в Сибири

Изучая коллекцию, хранящуюся в фондах музея ИАЭТ СО РАН, специалисты выделили две большие группы: «Бусины и их заготовки, предметы личного украшения» и «Скульптуры». Первая представлена тремя подгруппами: мелкими бусинами (диаметром до 3 мм), среднего размера (7—10 мм) и крупными плоскими бусинами (11—15 мм). На поверхности находок этой коллекции ученые обнаружили следы шлифовки, а также в некоторых случаях строгания ножом. Например, для крупных бусин видно, что нож использовался, чтобы сглаживать контуры и нарезать бороздки, а отверстие в центре бусины сделано благодаря двустороннему сверлению без следов расширения отверстия. Также на поверхности предметов исследователи нашли остатки охры. 
 
Чтобы выяснить, какими инструментами и с помощью каких технологий обрабатывались изделия, ученые использовали макроскопический метод, где при большом увеличении видны следы воздействия каменными орудиями. «Параллельно в Красноярском педагогическом университете мы запросили часть коллекции находок, чтобы изучить каменные инструменты и выяснить, есть ли там следы работы по бивню», — поясняет Людмила Лбова.
 
На двух предметах из этой группы (находка в форме восьмерки и бусина квадратной формы) были обнаружены следы красного цветного материала, в составе которого особенно преобладали кальций, железо, кремний и фосфор. Также для них ученые определили общее создание лезвий из призматических (цилиндрических) стержней, а также украшение цветом костяных изделий и небольших предметов искусства. Само изготовление бусинок — общий универсальный метод создания этих предметов на пластине бивня: просверливание в ней отверстий, разметка на равные части, рассекание и придание изделию нужной формы, круглой или квадратной. Это стандартная технология, характерная для того периода времени. 
 
Вторая группа предметов — две зооморфные скульптуры: нерпы и мамонта. Последняя выглядит как приплюснутая, слегка изогнутая заготовка. В фигурке можно отличить большую, наклоненную вперед голову мамонта с крутым затылком, короткие, немного массивные передние и задние ноги. 
 
Поверхность артефакта была окрашена красновато-коричневым пигментом, а затем покрыта черным. В процессе хранения краска потеряла цвет. Увидеть ее невооруженным глазом можно только на определенных участках скульптуры (голова, шея и ноги). Исследуя ее под микроскопом, ученые обнаружили, что следы черной краски покрывают тело животного пятнами, а красная — точнее, красновато-коричневая — сохранилась редкими скоплениями в полостях артефакта.
 
Другая находка имеет несколько интерпретаций. «В 1980-е годы Николай Дроздов совместно с доктором исторических наук Русланом Сергеевичем Василевским определили этот предмет как "птичку, сидящую на гнезде". Позднее к нему возвращались разные исследователи. Мы же поддерживаем точку зрения кандидата исторических наук Елены Васильевной Акимовой: скорее всего, это изображение не птички, а нерпы или тюленя», — говорит Людмила Лбова. Если смотреть на скульптуру под микроскопом, можно обнаружить, что там, где должна быть голова животного, древним мастером выполнены вибриссы (осязательные длинные жесткие волосы). Кроме того у фигурки гладкий профиль спины, напоминающий форму млекопитающего. 

Фото фигурки нерпы (вверху),обработка в DStrech (внизу)
Фото фигурки нерпы (вверху),обработка в DStrech (внизу) Наука в Сибири

Практически вся поверхность находки имеет следы интенсивной полировки, под которой на отдельных участках можно различить следы скребкового ножа (скобеля). На боковых плоскостях скульптуры образовались многочисленные следы ударов острым предметом. Была ли фигурка раскрашена или нет, непонятно. Ученые прибегали к использованию метода обработки программой DStretch полученного под микроскопом изображения. Суть в том, что компьютер автоматически собирает пиксели одного тона или цвета, а в итоге на фотографии видно новые силуэты или распространения краски. На фигурке нерпы видны отдельные следы таких пятен, а на мамонте красная краска была отмечена практически на всей поверхности. 
 
У образцов скульптуры мамонта отмечен схожий состав красного и черного пигментов с преобладанием кальция и примерно одинаковым содержанием железа и кремния, алюмосиликатов. В целом их элементная структура отличается от фрагментов краски, использованных для окрашивания предметов личного украшения. По словам ученого, этому может быть множество объяснений: либо разные группы носителей этих предметов оставили их, и исходная краска могла быть сделана не по одному рецепту, либо эти находки имеют различный возраст. 
 
Ученые искали сходство с культурой близлежащих территорий, например, сравнивая с археологическим памятником Мальтой. Там представлена развитая традиция обработки бивня: из этого материала изготавливались не только предметы искусства, но и бытовые вещи. Сопоставив образцы с разных территорий, специалисты пришли к выводу, что это совершенно разные культурные традиции с точки зрения обработки бивня, декорирования, стиля.
 
«Когда находки только появились в 1980-х годах, то была попытка найти нечто подобное на территории Сибири и в целом в России. В итоге предметов, полностью аналогичных скульптуре мамонта или нерпы, найдено не было. То есть по своей уникальности они выделяются из всех произведений искусства того периода на территории Северной Евразии, — поясняет исследовательница. — С одной стороны, мы видим универсальную технологию производства, а с другой — яркий региональный феномен». Изучение технологий и пигментного состава символических объектов — ценное направление будущих исследований, особенно для решения вопросов культурной и хронологической изменчивости. Однако из-за затопления памятника и недостаточной сохранности полевой документации сейчас возникает много вопросов о точном возрасте артефактов, о тафономии (как находки лежали в культурном слое), и эта дискуссия остается открытой.

Материал предоставлен порталом «Наука в Сибири»