Один мальчик учился в школе, а потом вырос и стал работать в журнале «Популярная механика». Для этого ему пришлось много читать, хорошо учиться — да и вообще сильно повзрослеть. Но все начиналось тогда, в школе, с первыми уроками химии, физики — и первыми научными шалостями.
Физические опыты для школы: детские шалости

Огненные деньги

Однажды редактор «Популярной механики» Дмитрий М. был маленьким. И конечно, была у него любимая бабушка, которая, кстати, в итоге его и избаловала. Когда Дима учился в шестом классе, она подарила ему на день рождения три рубля. «С одной стороны, это целых 15 пачек пломбира, — подсчитал смышленый ребенок, — а с другой-то — всего по 50 копеек за целый год в школе». И решил он над бабушкой подшутить.

А у папы его была секретная бутыль медицинского спирта. Дима отлил из нее совсем немного, разбавил водой 50/50 и развел щепотку соли. Потом взял «трешку» пинцетом и как следует смочил в этом растворе, так что на ней сухого места не осталось. На глазах любящей бабушки он поджег ценный подарок.

Когда папа сбегал за валокордином и бабушка немного отошла, она сообразила, что боялась напрасно. Ведь температура горения спирта не так велика, чтобы поджечь качественную денежную бумагу, из которой делают купюры. Соль просто окрашивает пламя: входящий в ее состав натрий делает огонь ярко-желтым. Папа тогда сказал, что Дима далеко пойдет.

Фото

Зеленое пламя

В средней школе будущий главный редактор «Популярной механики» Сергей А. влюбился в девочку по имени Настя. Настя эта была нехорошая, она посматривала на Кирилла из параллельного класса, который ее вообще не любил, а любил Смирнову, которая на год старше. В общем, сложная была ситуация. Особенно сложной она стала, когда в школе устроили дискотеку. Кирилл стал гоняться за Смирновой, Настя — за Кириллом, Смирнова спряталась в гардеробе, а Сережа решил завоевать Настасьино сердце с помощью науки. Открыв кабинет химии ключом, который доверила ему беспечная учительница, Сережа позаимствовал немного борной кислоты и этанола. Разлив спирт в металлические банки из-под консервов — понемногу, на донышке — он растворил в нем пару чайных ложек борной кислоты. Когда бессердечная Настя возвращалась домой темной дорожкой, вдоль нее уже стояли банки с дьявольской смесью.

Вообще спирт горит неярким пламенем, но бор придал огню готичную густо-зеленую окраску. Романтически подсвеченная дорожка и пыхтение спрятавшегося в кустах воздыхателя произвели на Настю неизгладимое впечатление. А после того как она убежала жаловаться Кириллу, Сережа понял: любовь — это тоже какая-то химия.

Фото

Дымящиеся пальцы

В группе продленного дня будущего редактора «Популярной механики» Олега М. считали немного странноватым. По вечерам, когда в живом уголке засыпали земноводные, в темном-темном коридоре вокруг него собирались младшеклассники, а Олег показывал им тайное умение пускать из пальцев белый дым.

Никто не знал, что прямо перед этим он бегал в мальчиковый туалет на втором этаже и химичил со спичками: с бока коробка отрывал «скребок», срезал всю лишнюю бумагу и, сложив ее вдоль, коричневым внутрь, аккуратно пристраивал на кран, из которого лилась ледяная вода. Олег сжигал этот треугольник, а потом осторожно собирал пальцами осевшую на холодном кране гарь. Оставалось донести ее до младшеклассников и слегка потереть пальцами перед их телячьими глазами.

Это было делом непростым, ведь только совсем мелкие малыши думают, что спички делают с «серой». Активным веществом в них выступает красный фосфор: пока бумага горит на кране, он испаряется с поверхности скребка и оседает уже в виде белого фосфора. Эта форма очень активна (и даже ядовита!) — достаточно слегка потереть пальцами, как белый фосфор начнет окисляться на воздухе, создавая дым. А в темноте он еще и светится. Недаром Олега считали странноватым не только в «продленке».

Фото

Секретные буквы

За поведение, которое не лезло ни в какие рамки, географичка рассадила будущего редактора «Популярной механики» Рому Ф. и его лучшего друга за разные парты. На некоторое время это всерьез затруднило подготовку новых шалостей: записки, пересылаемые через класс, неизменно попадали к Светке, известной зубрилке, которая подло сдавала их учительнице.

Первая попытка сделать невидимые симпатические чернила провалилась с треском: молоко, с вечера заряженное в ручки, к первому уроку уже скисло, сбилось и превратилось в творог. Тогда Рома и его школьный друг вспомнили о рецепте, которым пользовался один китайский император. Они стали писать секретные записки отваром из-под риса, который легко можно было выпросить у мамы.

Эта жидкость богата крахмалом и после высыхания не оставляет ни следа, так что ни географичка, ни ее любимица, известная зубрилка Светка, поделать ничего не могли. Но стоило промокнуть бумагу ваткой, смоченной в слабом растворе йода, как на ней проступали сине-фиолетовые буквы. В общем, планирование шалостей возобновилось, и жизнь в классе вернулась в обычную колею.

Таинственная надпись

Раз после уроков пошел дождь, и Настя, в которую был по‑школьному влюблен будущий главный редактор «Популярной механики» Сергей А., вместе с Кириллом, на которого она все равно заглядывалась, и даже с враждебной Смирновой на год старше — в общем, все спрятались под козырьком у входа в школу. Дождь лил, на дорогах рождались лужи, и на мокром асфальте проступала надпись. «Кирюша, я буду жрать тебя всю жизнь», — прочли испуганные дети.

А ведь это Настя, впечатленная Сережиной химией, всерьез занялась изучением этой увлекательной науки и нашла новый способ тайно обратиться к предмету своих девичьих грез. Когда у папы обнаружился баллончик супергидрофобного спрея для автомобиля, Настя выпросила его попользоваться и, вырезав буквенный трафарет, тайно распылила на асфальте у входа в школу — правда, с ошибкой, которая всерьез испортила впечатление.

Такое покрытие образует на поверхности тонкую водоотталкивающую пленку — и хотя весь асфальт вокруг промок, буквы остались совершенно сухими и проступили словно из ничего. А Сергей А., скрытно наблюдавший за происходящим из кустов акации, очень промок и пожалел, что не надел супергидрофобную куртку, как велела мама.

Красная рука

А ведь не зря географичка рассадила подальше будущего редактора «Популярной механики» Рому Ф. и его лучшего друга школьной поры. Розыгрышей она не понимала, в химии не разбиралась, детей не любила, но в остальном как в воду глядела: когда эти двое устроили драку в коридоре, посмотреть сбежалась вся школа, включая физрука, который редко покидал пределы родного спортзала.

Кровь, жидкая и густо-красная, текла с обоих ручьями, летела даже не брызгами, а какими-то ошметками, так что даже сплоченная группа завучей не сразу решилась разнять хулиганов, сперва боялись. Это попахивало исключением — и еще чем-то неприятным. Этим неприятным был запах аммиака, который выделяется при распаде хлорида аммония, побочного продукта при получении искусственной крови. На этом их и поймали.

Ход расследования директриса взяла под личный контроль. Выяснилось, что мальчики использовали классическую реакцию хлорида железа (III) с тиоцианатом (его еще называют роданидом) аммония. Каждый из хулиганов «спрыснул» руки, щеки и шею раствором одного из этих веществ, и во время драки они изрядно перемазали друг друга. Эти соли тут же вступали во взаимодействие с образованием роданида железа — красного, как лицо географички в минуту справедливого гнева.

Фото

Черные цветы

Немного странноватым будущего редактора «Популярной механики» Олега М. считала и классная руководительница, особенно после одного случая. Она даже вызвала в школу его родителей, а ведь было первое июня — День защиты детей. Ее можно понять: в груде торжественных гладиолусов и легкомысленной сирени, подаренной учениками по случаю завершения учебного года, учительница раскопала траурный букет роз — с черными стеблями, черными листьями, черными бутонами.

Напрасно Олег объяснял, что ботаники до сих пор не вывели такого сорта роз, чтобы их бутоны были по‑настоящему черными. Что остается только использовать обычную гуашь, хотя лучше купить в цветочном магазине специальные красители. Такие цветы стоит несколько часов продержать на воздухе, а потом обрезать кончики стеблей и погрузить их в банку, наполненную подкрашенной водой.

Растения всасывают жидкость благодаря работе капиллярных сил — и вместе с водой будут поглощать и краску. Напрасно Олег говорил все это: репутация была испорчена окончательно, и его сочли странноватым навсегда — и классная руководительница, и даже мама, которая тем вечером долго рассматривала черные-черные цветы и о чем-то тревожно думала.

Взрывчатая бумага

Редактор «Популярной механики» Дмитрий М. просит обязательно занести в протокол, что он «пошел далеко» намного раньше и всякой чепухой, о которой мы рассказываем, занимался не позднее, чем в третьем классе, а в шестом уже участвовал в химических олимпиадах. Но вот поссорился с учительницей английского он все-таки именно в шестом. Ей пришлось применить целый набор древнейших учительских заклинаний — от «Если все будут в окошко прыгать, ты тоже прыгнешь?» до «А голову ты дома не забыл?» — и даже стукнуть кулаком по столу. Это Дима запомнил хорошо.

Пришел он вечером домой. В стакан вылил целый пузырек йода, залил таким же количеством раствора аммиака — и накрыл блюдцем, чтобы запах был не таким противным. А когда в стакане появился осадок, отфильтровал через промокашку, осторожно размазал черно-бурые кристаллы и дал высохнуть.

Это был настоящий йодистый азот — очень легко взрывающееся вещество, которое оставалось подсунуть на стол англичанке. На следующем уроке буря учительского гнева быстро закончилась ударом — и взрывом азотистой промокашки. Химия победила иностранный язык известным науке способом.

Статья «Красная рука, черные цветы, дымящиеся пальцы» опубликована в журнале «Популярная механика» (№4, Апрель 2016).