Когда юные озорники подпаливают коту усы, мы называем это гадкой шалостью. Когда подобным занимаются ученые, оставив мышке всего одну вибриссу, это уже наука. Так исследуют сенсорную депривацию — отключение мозга от данных, поставляемых органами чувств.

Даже мыши страдают от сенсорной депривации, и это вызывает интерес ученых
«Флотационный бак» Джона Лилли, отключающий до 90% информации, поступающей от органов чувств

Упомянутый эксперимент действительно имел место в 2007 году и проводился в стенах лаборатории американского Университета Карнеги-Меллон. Как известно, вибриссы (в бытовом обиходе — усы) являются у ряда млекопитающих органом чувств, поставляющим тактильную информацию. Вибриссы — очень древний орган, развившийся, скорее всего, еще у предков млекопитающих — звероящеров каменноугольного периода. Усы позволяют «вписываться» в габариты нор и лазов, реагируют на колебания воздуха, которые могут указывать на близость добычи или естественного врага. Американские исследователи лишили несчастную мышку всех вибрисс, кроме одной, и наблюдали, как это скажется на мозговой деятельности грызуна. Выяснилось, что, лишившись важного источника сенсорной информации во всей его полноте, животное компенсировало утрату резким повышением мозговой активности. Теперь для обработки информации, поступающей от единственного усика, включался не только стандартный набор нейронов, но и новые группы нервных клеток.

Для тех, кто в танке

Собственно, подобные, порой весьма жестокие эксперименты природа ставит регулярно с тем же схожим результатом: незрячие учатся извлекать куда больше информации, чем обычный человек, из тактильных ощущений, слуха или обоняния, потерявшие руку обретают невероятную ловкость в пальцах оставшейся невредимой руки — примеров множество. Тем страннее выглядит идея отключить вообще все органы чувств, оставив мозг наедине с самим собой. То есть добиться максимальной сенсорной депривации.

Тем не менее чуть более полувека назад такая идея казалась весьма многообещающей с точки зрения науки, а исследования полной сенсорной депривации, или «изоляции восприятия» (perceptual isolation), оставили глубокий след, причем не только в науке и медицине, но и в поп-культуре, а также в рекреационной индустрии и мистических учениях.

Все началось с попыток ответить на весьма важный для понимания человеческой психики вопрос: насколько работа мозга зависит от постоянного потока сенсорных данных? И что произойдет с человеческим «я», если ощущения враз прекратятся? Заснет ли оно? Угаснет ли? Чтобы найти ответ, ученые стали придумывать, каким образом выключить у человека максимум ощущений. Первые опыты напоминали средневековые пытки. Испытуемого укладывали на кушетку, окружали тело и конечности барьерами, ограничивающими их подвижность, с той же целью подкладывали под голову U-образную подушку. На глаза надевали светонепроницаемую повязку, в комнате выключали свет и устраивали полную тишину.

Одним из самых необычных устройств, которые были использованы для экспериментов по частичной изоляции мозга от сенсорной информации, стали так называемые боксовые, или танковые, респираторы. Эти приборы совсем не похожи на легкие маски, которые мы надеваем, чтобы предохранить дыхательные пути от пыли, и относятся к стационарному медицинскому оборудованию. Одно из тяжелых последствий полиомиелита — паралич мышц, обеспечивающих дыхание. В этом случае больного на время восстановления помещают в цилиндрическую камеру (это и есть боксовый респиратор), где поддерживается газовая среда с переменным давлением. Колебания давления газа приводят в движение грудную клетку и органы дыхания без помощи мышц. При этом голова больного остается снаружи камеры, чтобы иметь доступ к атмосферному воздуху. Находясь в таком положении в течение часов, больной (или испытуемый) оставался фактически без движения, при этом его мозг не получал тактильной информации. Очевидно, что пребывание внутри танкового респиратора для человека также весьма мучительно, однако сама идея помещения человека в некий бак (по-английски tank — отсюда и «танковый» в названии устройства) стала подсказкой для следующего шага.

Превращение в ничто

Американский доктор Джон Лилли придумал, как отключить мозг от сенсорной информации по максимуму, до 90% ее общего объема. Для этого он построил бак со свето- и звуконепроницаемыми стенами и плотно задраиваемым люком. Внутри бак наполнялся водой, имеющей температуру человеческого тела. Оказавшийся внутри такого бака испытуемый ничего не видел, не слышал, не чувствовал ни холода, ни тепла и, плавая в воде, не ощущал даже притяжения матушки-Земли. Оставалась только одна проблема: у человека нет жабр, и для дыхания в воде на испытуемого приходилось надевать маску, куда подавался воздух для дыхания. Кто хоть раз занимался дайвингом или хотя бы сноркелингом, уже понял, что маска, стягивающая голову и лицо, не могла не быть серьезным раздражителем, — и это, конечно же, сказывалось на чистоте эксперимента. Несколько позже Лилли усовершенствовал конструкцию. Вместо воды в бак заливался 30%-ный раствор гептагидрата сульфата магния — вещества, больше известного у нас как английская соль. Плотный раствор не позволял телу тонуть, и человек мог спокойно лежать на спине, вдыхая обычный атмосферный воздух и как бы зависая в темном и беззвучном пространстве.

Другая реальность

Исследования сенсорной депривации дали большую пищу для размышлений и привели к разнообразным, иногда противоречивым и неожиданным выводам. Например, оказалось, что испытуемые способны гораздо дольше выносить ограничение движения на оборудованной кушетке или в танковом респираторе (при том что изоляция ощущений была неполной), нежели гораздо более комфортное для тела погружение в «флотационном баке» Джона Лилли. Стало очевидно, что чем больше сенсорной информации отсечено от мозга и чем дольше это отсечение длится, тем тяжелее реагирует на это сам мозг.

Особое место среди явлений изоляции занимали всевозможные видения и галлюцинации — очевидно, как часть выстраиваемой обделенным информацией сознанием альтернативной реальности. Довольно яркие галлюцинации отмечались даже у тех, кто находился без движения в танковом респираторе. Известны примеры, когда человек, заключенный в эту цилиндрическую камеру, вдруг ощущал, что облетает клинику на вертолете или катается на автомобиле. Причем и вертолет, и автомобиль имели форму танкового респиратора.

Кино заключенного

Галлюциногенные свойства сенсорной депривации были подтверждены и сравнительно недавними исследованиями, которые проводились в безэховой камере лаборатории Стивена Орфилда, расположенной в американском городе Миннеаполисе. Здешняя безэховая камера (обычно такие камеры применяют для тестирования образцов акустического оборудования), значащаяся в Книге рекордов Гиннесса как «тишайшее место на Земле», была использована для опытов, в ходе которых выяснилось, что абсолютная тишина для человека невыносима и дезориентирует мозг. Даже когда мы находимся где-нибудь на природе или в дачной тиши, на наши уши давит «белый шум» (смесь звуков разной высоты и природы), отличный от нулевого порога. В безэховой камере Орфилда, защищенной от звуков мира метровой толщины бетонными стенами и специальной рельефной стекловолоконной обшивкой этих стен, уровень шума составляет 9,4 дБ. После нескольких минут нахождения в такой обстановке человека начинает сводить с ума биение собственного сердца, звуки желудка и легких, а затем появляются галлюцинации, которые могут носить зрительный, слуховой или обонятельный характер. Испытаниям в камере Орфилда подвергались даже астронавты NASA, так как ситуация мертвой тишины (в открытом космосе) вполне может повстречаться и им, и как в таком случае отделить реальность от галлюцинации?

Работа в космосе — лишь один случай, когда явления, сопровождающие сенсорную депривацию, могут встречаться в реальной жизни, а не на экспериментальной площадке. Схожие ощущения испытывали полярники, путешественники-одиночки и… заключенные в одиночных камерах. В последнем случае проблема стоит весьма остро, и правозащитники, отстаивающие гуманизацию пенитенциарной системы, выступают за сокращение или уничтожение практики одиночного заключения, как имеющей разрушительное воздействие на психику приговоренного к сроку. Есть даже устоявшийся термин — «кино заключенного», обозначающий видения, которые возникают порой у обитателей одиночек в условиях полумрака камеры, отсутствия общения и слуховой информации, при ограничении передвижения в пространстве. Это «кино» представляет собой, как правило, некую игру светящихся цветных пятен и вспышек.

Галлюцинации — помеха в работе астронавта и вряд ли сильно обрадуют узника одиночки, зато их ценят любители «духовного самопознания». В 1950—1960-е годы на Западе в моде были попытки проникнуть в тайны сознания с помощью психоактивных веществ типа ЛСД, тогда еще не запрещенных. Осознав, что «флотационный бак» и явления изоляции способны вызвать галлюцинации, то есть имеют отчасти наркотическое действие, Джон Лилли стал использовать погружения в бак с целью получения мистических откровений и достижения видений в духе «околосмертного опыта» (имеются в виду галлюцинации людей, переживших клиническую смерть). Иногда погружения сочетались с приемом ЛСД. Эксперименты с химическими наркотиками (Лилли пытался «угощать» ими даже дельфинов — хотел наладить с ними интеллектуальный контакт) поставили доктора вряд «хипповых» гуру вроде Тимоти Лири и авторитетов у разного рода мистиков и провозвестников «новой эпохи» (new age). Однако в качестве серьезного ученого его воспринимать перестали, лишили федерального финансирования, и доживал свою жизнь доктор Лилли как некий чудаковатый тип, погруженный в наркотический мистицизм.

Однако главное детище Лилли успешно пережило своего создателя. Дело в том, что Джон рассматривал свой «флотационный бак» не только как источник духовных откровений, но и как инструмент психотерапии. Им была создана методика под названием REST (аббревиатура, означающая «техника симулирования ограниченного окружения»), в которой кратковременные погружения в темный бак с раствором английской соли использовались для нормализации давления, релаксации и снятия стрессов, а также разного рода медитативных упражнений. Что, в общем, логично: у кого из нас не возникало желания хоть на время спрятаться сразу от всех внешних раздражителей? Вот потому-то баки конструкции Лилли нашли свое место в спа-салонах и даже специальных «флотационных клубах», где обеспечить себе «полную отключку» минут на 15 может любой желающий.

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№8, Август 2012).