Членство в ранних человеческих группах охотников и собирателей не всегда было «пожизненным». Между взаимодействующими племенами шел обмен намного более гибкий и интенсивный, чем у других животных. Возможно, этот процесс объясняет появление у нас развитого мозга и всех технологических достижений, которыми не могут похвастаться прочие виды.
Неродственные связи: Общественное перемешивание

На протяжении почти всей своей истории, насчитывающей несколько сотен тысяч лет, люди существовали небольшими племенами, перебивавшимися охотой и собирательством. Именно поэтому антрополог Ким Хилл (Kim Hill) полагает современные «примитивные» сообщества охотников и собирателей, сохранившиеся в некоторых далеких уголках планеты, уникальным шансом заглянуть в наше собственное прошлое.

Вместе с коллегами Хилл проводил «перепись» среди 32-х таких племен в разных регионах планеты. Они показали, что и мужчины, и женщины во всех из них имеют возможность не только остаться в той группе, в которой они родились, но и перейти в другую. Для животных такое совершенно нехарактерно; у них подобная возможность распространяется лишь на один пол — к примеру, у шимпанзе это самки.

В результате такого интенсивного обмена в группах растет количество членов, не являющихся друг другу близкими родственниками. По мнению Хилла, это стало причиной весьма развитой у людей способности ко взаимодействию и взаимопомощи с «неродственниками».

Каждый человек за свою жизнь вынужден был встречаться и общаться с бОльшим числом других людей. Те же шимпанзе за жизнь имеют дело, в среднем, с числом особей, на два порядка меньшим, чем люди в группах охотников и собирателей. Сложность социальных отношений, которая, как сегодня полагают, и создала условия для развития у человека крупного мозга, у обезьян оказывается заметно ниже. Больше общаешься — больше умнеешь.

О другом поучительном исследовании «примитивных» сообществ читайте в заметке «По грибы».

По публикации New Scientist Life