Роман «Ложная слепота», вышедший в 2006 году, неожиданно стал мировым бестселлером. Сложная, перегруженная научной терминологией и одновременно пронзительная книга осенью выйдет в России уже в третий раз, а нам довелось поговорить с ее автором, канадским писателем Питером Уоттсом.
Питер Уоттс: самый сложный писатель XXI века

Ученый-гидробиолог, доктор биологических наук Питер Уоттс — адепт твердой научной фантастики, идеально выверенной, доказательной, сложной. В конце каждой из его книг приведен список использованной литературы. Его дебютный роман «Морские звезды» вышел в 1999 году, с тех пор Питер опубликовал еще четыре романа и сборник рассказов, который, к слову, скоро выйдет в русском переводе, и стал одним из ведущих научных фантастов мира. Мы решили поговорить с писателем о судьбах научной фантастики, технического прогресса и человечества в целом.

Питер, первый вопрос с места в карьер. «Ложная слепота» — очень сложный для чтения роман, практически постмодернистский. Вы полагаете, что научная фантастика действительно должна быть именно такой?

Нет, нет, что вы! Я бы с удовольствием излагал свои идеи более доступным образом, потому что трудность восприятия в целом вредна для книги. Просто я не умею. Мой коллега Скотт Бэккер написал роман «Нейропат», который часто сравнивают с «Ложной слепотой» в плане используемых художественных средств. При этом «Нейропат» — это классический детективный триллер, сделанный по канону. ФБР в этом романе расследует серию преступлений; серийный убийца уверен в том, что мы — куклы, а свобода воли — ничто, и он доказывает это оригинальным образом. Например, отключает у одной жертвы способность узнавать лица. Это сложно, научно подано, но книга, несомненно, является интересным, хорошо написанным литературным произведением.

С помощью «Ложной слепоты» я пытался найти компромисс между наукой и литературой. Бэккер обошелся довольно обыденным приемом, полицейским расследованием, мне же понадобилось забираться в глубокий космос. И мне кажется, что его книга лучше моей — именно потому, что он справился с задачей более простыми средствами. «Нейропат» достиг своей цели, но «выстрелила» именно «Ложная слепота». Я не знаю почему.

«Ложная слепота» стала бестселлером. Но это скорее исключение, нежели правило…

Именно. К сожалению, бестселлерами чаще всего становятся проектные книги, особенно новеллизации компьютерных игр и фильмов. Да и «Ложная слепота» — бестселлер лишь по меркам научной фантастики. Я вряд ли когда-либо достигну таких продаж, как у авторов фэнтезийных саг. Я знаю людей, которые пишут специально для рынка, но считаю, что подобная методика — это дискредитация литературы. Они работают по принципу: если читатель может не понять какое-то слово, мы используем более простое; если кто-то может не понять сюжет, мы его упростим. Я тоже стараюсь писать так, чтобы это было можно читать, но при этом отталкиваюсь от собственного уровня эрудиции.

А зачем нужен список использованной литературы в конце художественного произведения?

Когда вы уходите из науки, чтобы стать писателем, ваши коллеги расценивают это примерно так, будто вы бросили уважаемую работу ради карьеры в детской порнографии. Все начинают смотреть на вас косо, потому что у них есть настоящая работа, а вы пишете НФ.

С одной стороны, список — это такая образовательная фишка. Может, кто-то пойдет по ссылкам, заинтересуется поднятым в книге вопросом на более серьезном уровне. Хотя на самом деле я просто защищался этим списком от лютых технарей из своего университета — я был уверен, что они будут искать в моем романе блох точно так же, как искали их в моих научных публикациях.

Тут еще одна смешная штука. У меня есть две научно-фантастические публикации в журнале Nature. По поводу второго рассказа один критик написал следующее: «Вклад Уоттса в Nature больше, чем вклад его бывших коллег, которые не решились бросить науку и теперь вынуждены проводить остаток своих дней в бесплодных попытках напечататься в Nature!»

Для многих людей искать ляпы в ваших романах — это квест…

Да, и это круто! Был случай, когда я смешно ошибся, сославшись на какую-то работу, о которой думал, что она посвящена восприятию самого себя в зеркале. А потом оказалось, что факт, который я привел, был верным (потому что я его знал), а вот для его объяснения я сослался на книгу по биохимии!

Вернемся к глобальным вопросам. Что вы думаете о будущем научной фантастики? Куда пойдет жанр дальше?

Я полагаю, что любая художественная литература со временем станет интерактивной. Люди все меньше читают и все больше играют в игры. В течение длительного времени технологии просто не позволяли сделать реалистичную интерактивную историю. Сейчас же мой опыт подсказывает, что метафорические описания восходов и закатов уходят в прошлое. Если вы кинематографист или гейм-дизайнер, вы можете просто показать это. Люди ленятся воображать вещи, им проще посмотреть на готовое.

Сейчас игры — лишь имитация интерактивности. В будущем сюжет игры будет целиком зависеть от игрока — чем выше его мастерство, тем лучшую историю он сможет рассказать. Диалоги станут не набором глупых фраз, а действом, влияющим на сюжет. Игры будут все более изощренными, с имплантацией сенсоров прямо в мозг.

Но при этом я не думаю, что чтение станет прерогативой избранных; рассказывание историй останется как вид искусства, потому что человек все равно нуждается в том, чтобы слушать, восхищаться самим языком. Но причина будет уже не в том, что технологии не могут справиться с проблемами, которые способен преодолеть язык, а в том, что мы просто любим сам процесс.

А вы когда-либо задумываетесь о том, что написанное вами через полвека перестанет быть фантастикой? Иногда мы утверждаем, что предсказанное 50 лет назад стало реальностью. Если вы выстрелите дробью в мишень, как минимум одна дробинка попадет в яблочко — люди видят эту дробинку и говорят: смотрите, НФ предсказывает будущее! На каждое сбывшееся предсказание приходится 10?000 несбывшихся. У Уильяма Гибсона, блестящего футуролога, в «Нейроманте» есть сцена, где герой идет вдоль линии таксофонов, и каждый звонит, когда он проходит мимо него. Это очень красиво, но это не нужно, если у каждого есть мобильник! НФ никогда не ставила своей целью предсказать, она лишь помогает нам верить в будущее. Потому что когда дробинка попадает в яблочко, это нас вдохновляет.

В «Морских звездах» и «Ложной слепоте» экспансия человека происходит в морских глубинах и в далеком космосе. Какая из этих версий более перспективна?

Мне кажется, что океан мы покорим быстрее, чем космос. Он ближе и он более или менее ограничен — и при этом менее исследован, чем поверхность Марса. Конечно, мы будем спускаться и изучать его — но в итоге, я уверен, мы обязательно его замусорим и ничего толкового не извлечем. Пару лет назад один океанолог из Бергенского института сказал, что ученые находятся в двух шагах от создания подводных краулеров для добычи полезных ископаемых, и это будет настоящая золотая жила. Океан — это как схватить самый нижний плод на ветке. Отправиться в космос — значительно дороже, но я считаю, что это направление предпочтительнее, потому что у нас не получится загадить астероиды и космос в целом. Чем быстрее мы вынесем тяжелое производство с планеты, тем выше будут шансы ее спасти.

Как вы думаете, наука в итоге погубит человечество или спасет?

Я не писал бы столь мрачных произведений, если бы у меня не было надежды. Я тоже иногда думаю, что все ужасно, что нам остается лишь найти виновных, вытащить их на улицы и загрызть. Но в большей мере я оптимист. Вы не злитесь на человека, если не думаете, что можете его изменить. Вы злитесь, потому что ждете от людей большего.

Вы не вините молоток в том, что он разбил чей-то череп, и не хвалите его за то, что он построил дом. В обоих случаях это просто молоток. Технологии — это ровно то же самое. Я уверен, что наука помогает нам двигаться вперед, а технология — это ее следствие и одновременно инструмент, тот самый молоток. Вопрос в том, в чьи руки он попадет.

Роман «Ложная слепота» насквозь пронизан оригинальными научными идеями из самых разных отраслей знания. Мы решили рассмотреть наиболее запоминающиеся: 1) Маскировка с использованием саккад Фото Инопланетяне долгое время остаются невидимыми для людей. Дело в том, что глазные яблоки человека постоянно подергиваются — эти движения называются саккадами. В результате «картинка» смазывается, мозг не успевает обрабатывать данные, и глаз улавливает только изолированные «стоп-кадры», выключаясь в промежутках. Если предмет движется только во время этих промежутков, мозг его игнорирует. Инопланетяне-«болтуны» умеют подстраиваться, двигаясь только в моменты, когда человек не может их воспринять.

2) Китайская комната Фото Инопланетяне в романе производят впечатление разумных, логично отвечая на вопросы людей. Тем не менее они лишены сознания, и их ответы представляют собой «китайскую комнату». Ее суть в том, что человек заперт в комнате и через щель в стене получает листочки с иероглифами. У него есть база правил и указание порядка, в котором иероглифы должны сочетаться, но нет их перевода. Используя правила, он составляет верные, но не имеющие смысла сочетания, отправляя их в качестве ответов через ту же щель. Именно так функционирует ум инопланетян.

3) «Крестовый глюк» Фото Вампир Сарасти из романа боится креста. Это связано с тем, что у него слиты две сети зрительной коры, разделенные у людей: если сети, ответственные за восприятие горизонтальных и вертикальных линий, стимулируются одновременно, это приводит к противоречию и эпилептическому припадку. Поэтому вампир не может смотреть на прямой угол или крестообразное пересечение линий.

4) Алгоритм разговора Фото Герой романа Сири Китон является киборгом: одно полушарие его мозга заменено компьютером. Из-за этого он не способен к эмпатии и реагирует на поведение человека сугубо логически, анализируя поступки оппонента. Его девушка умирает в больнице, и Сири должен ответить на ее последний телефонный звонок, но он физически не может этого сделать, поскольку в его мозг не заложен алгоритм ответа умирающему человеку. Так Уоттс обыгрывает состояние, в котором мы не можем найти верных слов.

Приключения Питера Уоттса:

1958 Питер Уоттс появился на свет.

1980−1991 Обучение и работа в области морской биологии, степень доктора наук и множество научных публикаций.

1990 Первая художественная публикация.

1999 Выход первого романа «Морские звезды».

2006 Выход романа «Ложная слепота». Первоначально роман был отвергнут всеми издательствами. Снискал популярность после бесплатного размещения Уоттсом на собственном сайте, с тех пор пережил десятки изданий.

2009 Конфликт на границе с США, когда писатель за вопрос «В чем причина задержки?» был обвинен в сопротивлении полиции и попал в американскую тюрьму на четыре месяца (приговорен к двум годам, но освобожден досрочно).

2011 Уоттс умудрился подхватить некротический фасциит, вызываемый бактериями, которые поражают соединительные ткани и подкожную клетчатку; в отличие от большинства заболевших, он не только остался в живых, но и не потерял пораженную конечность. В том же году женился.

В 2014 году Уоттс впервые приехал в Россию, причем его приключения с получением визы достойны описания в отдельной книге.

Статья «Ложная слепота Питера Уоттса» опубликована в журнале «Популярная механика» (№10, Октябрь 2014).