У парапланеристов есть шуточное выражение «слетать на мясо». Так говорят о пилоте, который совершает первый полет за день, а затем делится с товарищами своими наблюдениями. Воздух ведь прозрачный, и со старта не видно, где расположились желанные восходящие потоки, а где — опасная турбулентность. «На мясо» всегда отправляют наиболее опытного пилота, который в случае чего способен перешагнуть «воздушные подножки».
От редактора

Когда июньский номер журнала поступит в продажу, уже мало кто будет вспоминать о буйстве исландского вулкана с труднопроизносимым названием, который более чем на неделю парализовал авиасообщение в Европе. Я же пишу это письмо, едва вернувшись из командировки в Германию, куда улетал одним из первых рейсов после снятия «воздушной блокады». Собираясь в дорогу, я испытывал это знакомое чувство — «лететь на мясо». Оно щекотало нервы куда больше обычного. Ведь о поведении параплана в неспокойном воздухе написана сотня книг, и ручки управления в полете находятся в руках человека, который прочитал их все, — в моих собственных. Поднимаясь на борт авиалайнера, я доверяю свою жизнь пилоту, авиакомпании, чиновникам из Евроконтроля — людям, средневзвешенный комментарий которых в дни «воздушной блокады» звучал как «мы ничего не знаем».

В решении о закрытии, а потом и открытии европейского неба на одной чаше весов восседали люди из Евроконтроля, согнувшиеся под грузом ответственности за возможные последствия неправильного (и даже правильного) решения. На другую чашу свалились интересы авиакомпаний, большого бизнеса и, конечно же, несостоявшихся пассажиров. Журналисты, в зависимости от принятой позиции, бравировали красноречивыми цифрами многомиллионных убытков или травили технически неграмотные байки про расплавленное стекло, застывшее в топливных каналах двигателя. Единственным мало-мальски весомым аргументом в споре были «результаты» пробных полетов с героическими руководителями авиакомпаний на борту (перед лицом таких убытков я бы и сам рискнул прыгнуть с парашютом). «Результаты» в кавычках, потому что оглашался лишь сам факт взлета и посадки, а детали полета по‑прежнему скрывались.

Стрелка весов вновь качнулась, и мы «полетели на мясо». Консультируясь с авиационными специалистами, я руководствовался не только и не столько рабочим, сколько шкурным интересом. Я задал вопросы людям, которых лично давно знал как профессионалов высочайшего класса. Они убедили меня, что самолет способен справиться с пеплом. Поэтому сейчас я знаю наверняка, что через пару недель о вулкане забудут и ни один летный инцидент не напомнит о грандиозном буйстве стихии. И все же мой вам совет: будьте в курсе. Чтобы не пришлось вспоминать о завещании, когда самолет попадет в обычную воздушную яму.

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№6, Июнь 2010).