Говоря об алмазе, слово «самый» можно повторять снова и снова: самый твердый, самый блестящий, самый износостойкий, самый дорогой, самый редкий, самый теплопроводный…

Обработка алмаза — дело нервное. Изготавливая в начале прошлого века самый крупный бриллиант в мире «Великая звезда Африки» амстердамский мастер Джозеф Ашер упал в обморок, когда алмаз «Куллинан» (3106 каратов, или более 600 г) неожиданно распался при расколке на девять крупных камней и 96 осколков. «Конечно, — объясняли коллеги, — такую ценность в руках держать!»

«Сырые» алмазы мало напоминают сверкающего короля камней. Когда мы прошли через массивные металлические двери московского ПТУ-150 (единственного в стране, готовящего специалистов по огранке алмазов), то были сильно разочарованы. В комнате, где сырые алмазы размечают для обработки специальной смесью из спирта и чернил, грязноватые камешки, вроде очень крупного кварцевого песка с железнодорожной насыпи, ничем не напоминали описание Александра Куприна: «Это свет солнца, сгустившийся в земле и охлажденный временем, он играет всеми цветами радуги, но сам остается прозрачным, словно капля».

Не было никакого намека на роскошь и блеск. Алмазы лежали на столах в надписанных красными чернилами, перемазанных словно сажей бумажных пакетах. Эта въевшаяся пыль лишний раз напоминала, что алмаз, название которого произошло от поэтично звучащего греческого «адамас» («неодолимый», «несокрушимый»), — всего лишь подвергшийся воздействию температуры и давления углерод. И его обработка — дело грязное. Хотя благодарное. После разметки, распиловки, подшлифовки, придания формы (обдирки), огранки и полировки — другими словами, «…после слияния камня с мастерством…» (академик Александр Ферсман) — из рук мастера выходит блистающее чудо.

И о ценности бриллиантов, и о сложности обработки алмазов говорит уже то, что в описании минерала слово «самый» можно повторять снова и снова: самый твердый, самый блестящий, самый износостойкий, самый дорогой, самый редкий, самый теплопроводный… Бриллиантовая огранка придает камню «игру», при которой свет отражается от нижней части и выходит из его верхней части, распадаясь на все цвета спектра.

Для ценителей камня и ювелиров важны, пожалуй, два качества — твердость и оптические свойства. Из всех минералов и синтетических материалов алмаз — самый твердый. В минералогической шкале Мооса ему принадлежит высший балл — десять. В таблице эталонных минералов про кварц, топаз и корунд (семь, восемь и девять баллов, соответственно) в графе «обрабатываемость» сказано, что они «поддаются обработке алмазом, царапают стекло». Про алмаз — только то, что он «режет стекло». Поэтому обрабатывать алмаз можно только алмазом.

В отличие от 1905 года, сегодня Джозеф Ашер вряд ли бы стал закреплять «Куллинан» специальным цементом на оправке, делать на ребре кристалла осколком другого алмаза риску (черту) и, вставив в нее специальный нож, откалывать части. Надежнее распилить алмаз по определенным плоскостям, располагающимся параллельно граням кристалла — куба или додекаэдра (двенадцатигранника). Эти направления наименее износоустойчивы.

Устройство, напоминающее чем-то деревенский колодец-журавль, наклоняется под весом груза над зажатым алмазом, и тонкий подрезной диск из оловянисто-фосфористой бронзы, на край которого нанесен алмазный порошок, начинает микрон за микроном углубляться, вращаясь со скоростью до десяти тысяч оборотов в минуту. На «операцию» над крупным алмазом в четыре карата (0,8 г) уходит три-шесть часов.

Форма будущего бриллианта задается на обдирке, во время которой алмаз теряет наибольшую часть веса. Приклеенный мастикой к торцу оправки камень вращается со скоростью примерно три тысячи оборотов в минуту, зажатый между шпинделями станка, как при токарных работах. Но вместо резца или стамески для грубой обработки огранщик берет в руки «ружье» — державку с деревянной ручкой и захватом, вроде орлиного клюва, с закрепленным в нем другим алмазом. Упершись локтем левой руки в круглый кожаный истертый подлокотник, огранщик устраивает «ружье» в упоре с полукруглым вырезом и подводит неподвижный алмаз к вращающемуся. А потом дорабатывает вращающимся в противоположном направлении со скоростью примерно 100−700 об./мин обдирочным кругом. В его торце «запечены» алмазы общей массой около 300 карат.

Еще в Древней Индии ювелиры знали, что шлифование граней кристалла алмаза позволяет улучшить его блеск и вид. Особый блеск объясняется высоким показателем преломления (изменения направления распространения света при прохождении через границу раздела двух сред) — 2,417. Для сравнения, стекло имеет показатель преломления 1,5.

Вспышки всех цветов радуги на гранях, или «игра», бриллианта вызваны его высокой дисперсией — разложением света в спектр (0,063). Интенсивность «игры» зависит от пропорций — размера и числа граней (фацетов), а также угла их наклона.

Древние индийцы просто шлифовали грани кристалла. Это простейшая огранка — «октаэдр». При более сложной форме кристалла стачивали одну вершину до образования плоской площадки. Изобретение в XIV веке огранки «роза» (плоское основание бриллианта и 12, 24 или 32 грани на верхней, сходящиеся в центре в вершине) позволило значительно улучшить «игру».

«Идеальная» форма огранки бриллианта была рассчитана бельгийским ювелиром Марселем Толковским. В 1919 году он опубликовал трактат об оптимальной геометрии круглого бриллианта, которая при 57 гранях обеспечивает наивысшую степень красоты. При высоте верхней части бриллианта (короны) 0,144 от его диаметра, диаметре плоской части короны (площадки) 0,53 от диаметра, угле наклона основных граней 40,750, общей высоте 0,58 диаметра и высоте рундиста (линии, отделяющей корону от нижней части — павильона) 0,01−0,02 диаметра, свет так преломляется внутри камня, что выходит наружу расширяющимся пучком, вызывая ощущение большей, чем на самом деле, величины бриллианта.

Придав камню во время обдирки предварительную форму, сгладив острые ребра и грани, алмаз шлифуют. Его крепят в «ноге» трехногого приспособления, две другие «ноги» которого опираются о панель станка, а алмаз при этом оказывается на вращающемся со скоростью до четырех тысяч оборотов в минуту чугунном диске, на который напылен алмазный порошок. Казалось бы, чтобы изменить форму самого твердого камня, надо обращаться с ним жестко. Однако алмаз прижимают к диску нежно, а для огранки наиболее ценных камней даже регулируют скорость вращения, чтобы нагревшийся алмаз не поменял цвет. На формирование классических 57 граней на камне весом один карат в среднем уходит два часа: едва приложив алмаз к диску, ювелир тут же осматривает его через лупу.

Готовый бриллиант кипятят в серной кислоте с добавкой азотнокислого калия (10:1) при температуре 150−1600С и снова моют — в дистиллированной кипящей воде и спирте. И он, вложенный в бумажный пакет, снова оказывается в той же комнатке, откуда начинал свой путь «сырым» алмазом. Как вставляют камни в кольца, серьги, браслеты — другая история.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№8, Август 2003).