Скульптуры в стиле «биомеханический стимпанк» стирают границы между живыми организмами и машинами. Прообразы своих работ французский скульптор видит в реальной жизни.

Бык (Bull) бронза, 2006 г. Длина 5 м, масса 1,5 т. Экспонируется в Шанхайском центре скульптуры
Тесей убивает марафонского быка (Thеsеe tuant le taureau de marathon), бронза
Рыбий глаз (Le poisson oeil), бронза
История мифа (Histoire d’un mythe), 190х60х70 см, медь, бронза, дерево
Поцелуй (Le baiser) 53х38х25 см, бронза
Голова носорога (Rhino's Head), 180х280х90 см, сталь, медь
Рыба-меч из тьмы (Swordfish of darkness), 160х170х35 см, сталь, медь
Скалярия (Scalaire), 204х180х35 см, сталь, медь

Родившись в 1964 году, Пьер Матте имел возможность наблюдать, как техника — от первых цветных телевизоров до глобальной сети Интернет — сначала плавно, а затем все более стремительно отвоевывала себе место в нашей повседневной жизни. Получив образование математика, Пьер довольно скоро решил посвятить себя искусству. Он пробовал свои силы в живописи, коллаже и резьбе по камню, пока, наконец, не отыскал свое призвание в скульптуре. Его работы, гармонично сочетающие виртуозную скульптурную технику с элементами современной механики, отражают неразрывную связь и взаимное проникновение человека и его рукотворных творений.

Пьер Матте:

«Машины интересны мне потому, что они как минимум на три четверти управляют нашей жизнью, при этом очень мало кто из людей это осознает. Я не из тех, кто на каждом шагу кричит, что раньше все было лучше. Я бы хотел сражаться за то, чтобы хорошие стороны любых явлений взяли верх над их блестящими, но опасными гранями, будь то механизмы, генетика, компьютеры. Мы должны не покорно склониться перед ними, а понять их и научиться ими управлять. В конце концов, без машин мы не сможем покорить межгалактическое пространство…

Отношения между человеком и машиной начались, когда Куньо изобрел паровой двигатель, и не прекращались до тех пор, пока они не слились воедино, став абсолютно неотделимыми друг от друга. Современный человек не может существовать без своих механических творений, которые дают ему силу, скорость, благополучие. Мало того, экспоненциальное ускорение технического процесса привело к тому, что люди все хуже видят границу между живым и неживым. Машины начинают все сильнее походить на нас, и все чаще можно наблюдать, как искусственный интеллект подчиняет себе человеческий разум.

На меня производит впечатление технологический переходный период, который мы переживаем в настоящий момент, когда механические компоненты постепенно начинают внедряться в тело человека. Локомотивом этого стремительного прогресса служит медицина. Современная генетика приближает времена, когда граница между реальностью и мифом полностью сотрется. Представьте себе живого кентавра, прогуливающегося по улице!

Жан Кокто писал: «Художник — это тюрьма, а его работы — беглые каторжники». Этой простой фразой поэт от начала до конца раскрыл сущность моего бытия во всей ее глубине».

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№3, Март 2008).