Потрясающие стеклянные скульптуры Джека Стормса

Потрясающие стеклянные скульптуры Джека Стормса

Безупречное стекло, которое используется для телескопов и других оптических приборов. Математическая стройность многоцветного узора. Скульптуры Джека Стормса похожи на застывшие в стекле фейерверки, но их мимолетные вспышки — результат точного расчета и кропотливой работы.

До нас дошли редкие образцы старинных изделий из дихроичного стекла, цвет которого меняется в зависимости от угла наблюдения или освещения. Сегодня разработаны современные технологии его производства для фильтров телескопов и других оптических приборов. Для этого на поверхности стекла конденсируют сверхтонкую пленку золота, серебра, оксида алюминия или других металлов. Количество таких слоев может доходить до нескольких десятков, хотя их общая толщина не превышает пары сотен нанометров. Свет различной длины волны по‑разному поглощается и отражается ими, преломляется на границах, что и придает дихроичному стеклу необычные оптические свойства.

Spectrum Cube Spectrum Cube Шесть линз, внедренных в сложную структуру куба, заставляют его стекла вспыхивать яркими огнями. Джек Стормс: «Мне нравится небо перед фейерверком. В нем есть напряжение, которое создаст такой контраст в момент взрыва огней».

Светлый цвет

Переливаются разными цветами и скульптурные работы Джека Стормса, сложенные из множества фрагментов хрусталя и дихроичных стекол. Десятки, а то и сотни деталей невидимо соединяет прозрачный эпоксидный клей, позволяя со всех сторон открываться совершенно особой игре красок и огней. Эти вспышки не случайны: они показывают то скрытый внутри узор, то геометрическую фигуру. «Всегда есть точное уравнение для количества цветов и форм, которые видны с разных сторон, — рассказывает Стормс. — Поэтому каждый раз, когда вы поворачиваете объект или меняете освещение, вы видите что-то новое».

Приступая к работе, художник рассчитывает размеры, цвет и положение каждого стеклянного фрагмента. Как правило, внутренним ядром скульптуры становится форма, вырезанная из цельного хрустального кристалла. Ее Стормс тщательно полирует и покрывает зеркальным напылением, после чего слой за слоем приклеивает фрагменты дихроичного стекла, каждый — на свое место. Свет, отраженный хрустальным центром, проходит через эти фильтры, меняя окраску и переливаясь под разными углами наблюдения. Наконец, снаружи все снова покрывается прозрачным хрусталем, которому придается нужная форма. «Я разрезаю и полирую, склеиваю и снова полирую. А потом опять разрезаю и полирую, — объясняет художник. — Все это требует времени и еще раз времени».

ViviOvo ViviOvo «Для меня любимой скульптурой остается ViviOvo. С самого начала работа над ней шла особенно тяжело, я почти бросил этим заниматься. А потом я готовился к выставке и встретил прекрасную девушку, которая впоследствии стала моей женой. Чтобы произвести впечатление, я показал ей 15−20 работ, которые были приготовлены к экспозиции, и спросил, что понравилось больше всего. Тогда она ответила, что ей нравится вон та, в стороне, незаконченная… Я и назвал готовую работу ViviOvo, в честь Вивиан».

Точность и сложность — важные составляющие творческого метода Джека Стормса. Одно лишнее движение, чересчур сильное нажатие, трещина, несовершенная полировка или неточная склейка способны испортить недели кропотливых расчетов и ручной работы. Исправить ничего не получится, а ведь некоторые скульптуры могут потребовать и трех-четырех месяцев труда: художник использует особенно сложную и неторопливую технику обработки, при которой стекло не нагревается и не плавится. «Если бы работать с холодным стеклом было легко, этим занималось бы гораздо больше людей, — замечает он. — Для ошибки здесь места не остается, зато результат получается визуально безупречным… Каждая деталь — это продукт долгой погони за совершенством».

Холодная обработка

Стеклянные лабиринты Стормса лучше видеть собственными глазами, медленно обходя по кругу, а если удастся — крутя в руках. Внутри скульптурной винной бутылки открывается пестрая разноцветная лента: используя абстрактный, холодный материал, в форме своих работ художник избегает абстракций. В этом ему помогает математика, точнее говоря — последовательность чисел Фибоначчи, каждое следующее из которых равно сумме двух предыдущих: 0, 1, 1, 2, 3, 5, 8 и т. д. Эта последовательность лежит в основе золотого сечения, а на него Стормс ориентируется во многих своих работах. В соответствии с последовательностью Фибоначчи увеличиваются и размеры фрагментов цветного стекла, которые слой за слоем покрывают ядро скульптуры.

«Я использую прямые, отполированные линии, но в природе не существует ничего прямого и ровного, — объясняет художник. — Числа Фибоначчи дают возможность перекинуть мостик между тем и другим, между искусственным и натуральным». Похоже, ему это вполне удается: холодные стеклянные формы приобретают оттенок чего-то близкого и хорошо знакомого.

Ледяная высокомерная абстракция вообще не в характере Стормса, он даже выглядит человеком спокойным, твердо стоящим на земле. Родом из далекого от столичных амбиций Нью-Гэмпшира, он окончил провинциальный университет и еще студентом около года обучался работе со стеклом у местного мастера. Его талант, увлеченность в сочетании с необычной, сложной техникой довольно быстро дали отличные результаты. «Материал заговорил со мной, и я нырнул в него — вниз головой, — вспоминал Джек Стормс в одном из интервью. — Прежде еще ничто не увлекало меня так сильно». Уже несколько лет спустя, в 2004-м, он смог открыть собственную студию в Калифорнии. Техники, перенятые у анонимного учителя — удивительно, но Стормс никогда не называет его имени, — художник усовершенствовал, научившись получать скульптуры сложной формы и сложного внутреннего строения. По его словам, так обращаться с холодным стеклом сегодня не способен ни один другой мастер в мире.

Rose Aerial Rose Aerial Заостренные вершины и стороны хрустального ядра скульптуры расположены так, чтобы отражать свет выгнутой нижней поверхности.

Художественный характер

Стормс с легкостью выполнил ряд очень необычных коммерческих заказов, включая большой стеклянный пожарный колокол для центра искусств в Плезантоне и стеклянную биту в честь звезды бейсбола Дерека Джитера. Художника не слишком заботит высокий смысл, который часто пытаются найти в любом произведении искусства. «Меня часто спрашивают, что я хотел сказать той или другой своей работой, — говорит Стормс, — но мне это неважно. Важно то, что увидит человек, который принесет эту скульптуру домой. То, что будут думать люди, которые будут видеть ее каждый день. Поэтому, когда меня спрашивают, что же именно я вкладываю в эту вещь, я обычно переадресую вопрос: «А что вкладываете в нее вы?»»

Ответ на него на самом деле очень прост — это красота. То, из-за чего работы Стормса пользуются неизменным успехом и у зрителей, и у покупателей. На его произведения можно смотреть каждый день, не переставая любоваться. В понятном всем стремлении к красоте художник находит мотивацию для творчества и всей своей жизни. «Конечно, я этим зарабатываю на хлеб, — признается он. — Но каждый раз готовый предмет заставляет меня взять паузу, просто сесть и посмотреть со всех сторон, как он прекрасен. Иногда я даже не могу поверить, что сам это создал». Похоже, что скромность тоже не в характере Стормса: впрочем, мастера можно понять.

Джек Стормс Джек Стормс Город: Ньюхолл (Калифорния, США); Образование: Плимутский государственный университет

Статья «Холодный расчет Джека Стормса» опубликована в журнале «Популярная механика» (№7, Июль 2017).
Комментарии

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь,
чтобы оставлять комментарии.