Бесполезные машины механика Ника Ремеджа

Бесполезные машины механика Ника Ремеджа

Ржавые колеса, полиэтиленовые пакеты, стоптанная обувь — сегодня при создании произведений искусства в дело идет все. Британец Ник Ремедж изрядно преуспел на этом поприще.

Его можно назвать типичным представителем художников поколения 1990-х. Искусство Ника Ремеджа полностью самодостаточно и не стремится породниться ни с высокими материями, ни с серьезной наукой. Это тот случай, когда основным наполнением творчества становится отсутствие видимого смысла, а его результативность зачастую оценивается по степени бесполезности. Да и само понятие произведения искусства уступает место более емкому термину «арт-объект».

Имя, фамилия: Ник Ремедж // Год рождения: 1970 // Место жительства: Южный Уэльс, Великобритания // Род занятий: дизайнер, механик, скульптор // Творческое кредо: Если два капитана механического футбола будут выбирать себе машин-игроков, то мои машины — последнее, что они выберут.

Получив образование графического дизайнера, Ник Ремедж с головой погрузился в опыты с визуальной стороной реальности. На протяжении своего карьерного пути (то есть с 1992 года) он, как и многие его коллеги, успел поработать над заказами из самых разных областей — начиная с моделей для телевидения и обложек для музыкальных дисков и заканчивая 3D-иллюстрацией. Сотрудничество с театром заставило Ремеджа вплотную заняться механикой: в 1996 году он разработал автоматизированный комплекс для детского шоу. Заказы на создание необычных машин не заставили себя ждать, и Ремедж окончательно нашел себя в кинетическом искусстве.

«Сейчас здесь» (Now here) — механизм, основанный на игре слов. Когда одна из составляющих поднята, отдельно они читаются как now (сейчас) и here (здесь). Вместе же образуется слово nowhere (нигде).

В своем творчестве Ник отталкивается от того, что обычно механизмы, создаваемые для использования на производстве и в быту, призваны быть максимально эффективными — экономить время, силы и всячески облегчать жизнь. И переворачивает эту идею с ног на голову. В своих машинах он делает ставку на бесполезность и неоднозначность, возводя эти качества в ранг художественного принципа. Материалом для творчества становятся детали механизмов, долго выполнявших свое прямое назначение. В новых воплощениях разнообразные представители бытового и промышленного хлама полностью утрачивают былой рационализм. Слегка попорченные временем или полностью вышедшие из строя, они словно погружаются в старческий маразм — каждый по‑своему.

«Пальцы» (Fingers). Это отличное устройство для того, чтобы пугать родственников. Сидите вы за столом — и вдруг что-то касается вашей ноги. Вы смотрите вниз — а там рука, ползающая отдельно от тела!

Некоторые машины Ника Ремеджа выглядят вполне осмысленными механизмами, способными четко выполнять свои задачи — в большинстве случаев, правда, весьма абсурдные. Другие словно колеблются в нерешительности — они лишь пытаются следовать какому-то стройному алгоритму, но сбиваются и сдаются, не выдерживая собственной тяжести. Сам Ремедж называет это «технологией из мира теней» — царства абсурда и парадоксов. Иногда это выглядит жутковато, иногда — комично, а порой просто вызывает недоумение.


Нестабильная реальность

Кинетические скульптуры Ника Ремеджа, независимо от уровня своей осмысленности, всегда обладают некой внутренней логикой, ведь при их создании приходится мириться как минимум с законами физики. А вот статичные арт-объекты его авторства представляют собой собрание самых смелых парадоксов. Во всех них лейтмотивом сквозит относительность и неустойчивость окружающей реальности. В этом мире опасно даже просто присесть на стул, потому что на месте обычного предмета мебели может оказаться, например, Soap Chair: его ножки подпилены, и в образовавшиеся промежутки вставлены бруски мыла. Spring Chair также вряд ли подарит вам ощущение стабильности, ведь его разболтанная конструкция держится на пружинах. Перемещение в пространстве изобилует парадоксами в не меньшей мере. Так, World Scooter — это самокат с глобусами вместо колёс. А Ladder — просто лестница, распиленная на шесть частей, которые установлены в художественной последовательности, эффектно, но абсолютно нефункционально.


Искусство на колесах

Абсурдизм — главный, но не единственный источник творческих идей Ника Ремеджа. В качестве других вдохновителей он называет Индию и Лондон, кинематограф и кинетику, а также всевозможные «устаревшие» технологии, чуждые современному цифровому миру. Немалое влияние на его работу оказывает и случайно попадающий под руку материал — в основном это всякий мусор или просто неожиданные находки.

Особую любовь Ник Ремедж питает к колесам всех возможных видов и форматов — от огромных велосипедных до лаконичных мебельных. Многие его творения фактически только из них и состоят. Набор разнокалиберных колес соединяется в механизм посредством минимума вспомогательных деталей — для того, чтобы выполнять какое-то одно, как правило, предельно бесхитростное действие. Так, дюжина колес превращается в машину Back & Forth, совершающую монотонные движения вперед-назад. Одно из четырех касающихся земли колес зафиксировано в коротком желобе, ограничивающем амплитуду этих колебаний — едва ли более полуметра.


Философия абсурда

Абсурдизм — направление в философии, без которого не было бы всего современного искусства. Главным постулатом этой системы взглядов является отсутствие смысла человеческого бытия, из чего и вытекают все кажущиеся парадоксы. Символ философии абсурда — древнегреческий Сизиф, приговорённый вечно толкать в гору камень, который всякий раз скатывается обратно, едва достигнув вершины. В программном сочинении Альбера Камю «Миф о Сизифе» этот персонаж поднимается над бессмысленностью своего существования за счёт того, что именно в ней и находит смысл. Человеческая жизнь сама по себе абсурдна, и единственный верный способ обретения внутренней свободы — признание этой абсурдности. А внутренняя свобода, в свою очередь, делает человека личностью, позволяя сформировать свой собственный смысл и своё индивидуальное предназначение.


Вот и все действо. Другая машина с не менее говорящим названием Bumper (четыре колеса и электромотор) также постоянно занята тем, что катается туда-обратно. С той лишь разницей, что у нее ограничителями выступают две симметричные металлические планки спереди и сзади — своеобразные бамперы. Доезжая до стены, машина отталкивается от нее и начинает движение в обратном направлении, к противоположной преграде, — и так бесконечное число раз.

«Самовыдёргиватель» (Unplugger) — машина, которая, будучи включённой в розетку, уезжает от неё и выдёргивает штепсель.

Несмотря на кажущуюся бессмысленность, в движениях этих машин есть стабильность, придающая механизмам некую логику. Это хорошо чувствуется на контрасте — когда смотришь на более иррациональные творения Ника Ремеджа. Они кажутся недоработанными, но в этом и состоит художественный замысел. Например, кинетический объект Unplugger приводится в движение электромотором и питается от розетки. После включения он планомерно отъезжает от стены, в конечном итоге выдергивая штепсель, и, разумеется, останавливается. На этом его рабочий цикл заканчивается — весь смысл движения машины заключается в том, чтобы остановить саму себя.

«Задуватель свечи» (Candle Blower). Устройство, которое раз в полминуты задувает свечу, а та снова разгорается, поскольку в нее встроена зажигалка.

Бег по кругу

В других механизмах все иначе: действие, которое по логике должно быть единократным и завершенным, никак не может завершиться, повторяясь цикл за циклом, но так и не достигая окончательного результата, не в силах сломить некое упрямое сопротивление. Например, конструкция под названием Candle Blower состоит из двух элементов — собственно «задувателя свечи» и свечки на причудливо изогнутой металлической ножке. Механизм постоянно пытается задуть свечу, и это у него то и дело почти получается, но в итоге огонек все равно разгорается снова вопреки всем усилиям, и тщетные попытки потушить его раз за разом возобновляются — естественно, с тем же результатом.

«Куб» (Cube). Типичный образец искусства абсурда, просто куб с колёсиками.

Столь любимое Ником Ремеджем колесо — это еще и олицетворение замкнутого круга. Цикличность, вечный круговорот, движение по орбите легли в основу многих его работ. Где-то они обыгрываются с юмором, а где-то — почти с обреченностью. Так, Circle Cycle — это велосипед с необычным дизайном и не менее оригинальным ограничением практических возможностей. Его переднее колесо зафиксировано таким образом, что кручение педалей приводит лишь к движению на месте, не позволяя хоть сколько-нибудь продвинуться вперед.

«Поток» (Flow) механизм, который перекачивает воду по замкнутому кругу.

Круговорот воды в природе отображен в необычной скульптуре Flow: вода льется из крана и попадает в воронку, из воронки — в чайник, а из чайника — снова в кран по прозрачной трубке. Есть в активе Ремеджа и воспроизведение более масштабных природных явлений: Orbit — это целая астрономическая модель. Механизм из множества колес олицетворяет крупное небесное тело, а более миниатюрный элемент на одном колесе — его спутник. Последний соединен с основной частью длинным металлическим штырем и, когда механизм работает, наматывает круги по своей орбите.

«Ролики» (Skates) — одна из серийных работ Ника Ремеджа. Большая часть его механизмов основана на взаимосвязанном движении многочисленных колёс — бессмысленном, безостановочном и беспощадном. Всего Ник сделал около десятка подобных устройств различной конфигурации.

Все это, конечно, не более чем игра художника со зрителем — используемый творческий метод изначально отрицает всякую разумность и практичность. Но при более близком знакомстве в абсурде Ремеджа неожиданно становится заметно некое рациональное начало. В конце концов, столь любимая им цикличность — это уже сам по себе символ постоянства.

Статья «Бесполезные машины Ника Ремеджа» опубликована в журнале «Популярная механика» (№2, Февраль 2013).
Комментарии

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь,
чтобы оставлять комментарии.