Мы мчимся по Финскому заливу в надувном катамаране. Мы — это сухопарый пилот Владимир и я, выполняющий роль 100-килограммового баланса. Я напряженно жду, когда Володя начнет поворачивать, чтобы стремительно бросить вес тела в сторону поворота для компенсации опрокидывающего момента. Но он лишь ускоряет лодку, и вот наконец, на скорости за 30 узлов, резко поворачивает налево. Только бы не перевернуться!

Во всем были виноваты коллеги из ЮАР, которые в пригороде Кейптауна, в нескольких километрах от побережья Атлантического океана, создают южноафриканский вариант журнала Popular Mechanics. При подготовке материала о фильме «Форсаж» (см. в этом же номере) я поинтересовался у них, проводятся ли в ЮАР уличные гонки, и мне ответили, что нужды в них нет. У них есть свой местный заменитель — гонки на надувных катамаранах особой конструкции ZapCat, придуманных пару десятилетий назад местным изобретателем. Прилетайте, погоняете с нами!

Надвигающаяся сдача номера заставила отказаться от дальней поездки, но выяснилось, что прокатиться на ZapCat можно и в России. И когда энтузиасты из питерской компании «Баджер», одними из первых привезшие такой катамаран в Россию, предложили нам погонять на нем по Финскому заливу, мы с арт-директором Русланом Гусейновым отправились в путь.

Владельцы ZapCat часто говорят, что по удельной мощности стандартный гоночный катамаран сравним с автомобилем Ferrari. Но это не так. Если подсчитать, то у нынешних Ferrari на каждую лошадиную силу приходится 2,5−3 кг, тогда как у 50-сильного ZapCat со 150-килограммовой командой из двух человек — уже 6,5 кг. Но это отнюдь не мало: такой же показатель, например, у 230-сильного спорткара Subaru Impreza WRX. Правда, когда пассажиром становлюсь я, удельная мощность сразу падает до уровня обычной, пусть и тюнинговой «Импрезы». И тем не менее катамаран — настоящий гоночный снаряд!

За пару дней до этого мы с Русланом ходили на 320-сильном катере Regal 2450, но пришли к выводу, что ощущения в ZapCat даже острее. Прежде всего благодаря тому, что сидишь прямо у воды. Впечатлила и отличная остойчивость судна: просто не верится, что на скорости узлов 30 катамаран так уверенно входит в поворот.

«Жаль, что с погодой не повезло, — сокрушается Владимир, глядя на гладкую как стекло воду. — По волнам гонять куда интересней. А когда у тебя еще есть соперники, то адреналин хлещет струей. В следующем году мы надеемся провести первые в России кольцевые гонки на этих катамаранах. Как в Африке». Эх, был бы я лет на 15 младше, килограммов на 30 легче — с радостью записался бы в ZapCat гонщики! Но тогда мне нужно было бы жить в Южной Африке…

От первого лица

«В 1979 году, когда я основал компанию Gemini Marine, — рассказывает мне изобретатель концепции гоночного катамарана ZapCat Джефф Стивенс, — у нас в Южной Африке мало кто интересовался надувными лодками. Однако в начале 1980-х годов уже появились клубы, объединяющие владельцев таких лодок, а в 1983-м энтузиасты начали проводить гонки. Поскольку все мы тогда были гонщиками-новичками, то допускали массу ошибок, приводивших к несчастным случаям». Самым безобидным было опрокидывание в большую волну, а вот в речных состязаниях лодки нередко превращались в лоскутки, разбивались моторы. Но это только подстегивало нас, и в 1984 году количество гоночных команд утроилось.

«До этого момента, — продолжает Джефф, — большинство лодок импортировалось из Европы, но в 1984-м мы сделали свою гоночную лодку, на которой команда Gemini стала выигрывать все гонки, в которых только принимала участие».

Со временем гонки на надувных лодках в Южной Африке превратились в целую индустрию — с профессиональными гонщиками, спонсорами в виде крупных компаний с миллионными бюджетами, с тысячами болельщиков. Теперь гоночные команды путешествовали по стране, собирая в каждом из городов армии фанатов. А уровень мастерства возрос настолько, что когда южноафриканцев пригласили в штат Айдахо принять участие в мировом чемпионате по речным гонкам, то они увезли с собой все призы.

В ЮАР зачастили представители крупнейших европейских лодочных производителей, некоторые из них даже тщательно промеряли рулетками южноафриканские гоночные лодки. «Мы были польщены, — признается Стивенс. — Ведь имитация — самая искренняя форма признания».

Тем не менее не все инновации исходили от южноафриканцев. Например, первыми придали надувной лодке форму катамарана, сформировав посередине тоннель, конструкторы компании Zodiac. Но южноафриканцы довели эту идею до совершенства. Мир спортивных надувных лодок навсегда изменился: на смену тихоходным неуклюжим аппаратам пришли гоночные снаряды.

«Мы жили и дышали гонками, — вспоминает Джефф. — Я помню, как моя жена злилась, когда воскресными вечерами у меня не умолкал телефон. Звонили друзья и рассказывали, как прошли гонки в эти выходные».

«Эврика!»

В один из тех дней Джефф сидел в мастерской и думал над тем, как сделать гоночную лодку еще быстрее и лучше, и тут его осенило. «Я вдруг понял, что улучшением гидродинамики катамарана заниматься не стоит: она и так отточена. Глиссирующая поверхность была минимальна, размером с четыре обувных коробки, — говорит изобретатель, — а вот аэродинамика ни к черту. Бульбообразный нос лодки создавал огромное сопротивление потоку воздуха, нужно было сделать катамаран более обтекаемым и в то же время обеспечить необходимое прижатие к воде, чтобы лодка не взлетела. Кроме того, надо было обеспечить достаточную жесткость для предотвращения скручивания». Неожиданно Джефф понял, как достичь всего и сразу наилучшим образом: в передней части лодки между понтонами нужно установить антикрыло, самим понтонам придать сужающуюся форму с заостренным концом, а настил соединить с задней частью носового обтекателя, придав конструкции необходимую жесткость.

В тот же день Джефф нарисовал эскиз и решил изготовить прототип в тайне от всех. «Даже мои деловые партнеры не знали, чем наша команда из четырех человек занималась за закрытыми дверями. За четыре месяца мы построили четыре экспериментальных прототипа. Работали по ночам, а испытывали наши модели на рассвете, когда берег был безлюдным. Разницу в динамике между стандартной лодкой и нашей экспериментальной моделью невозможно было не заметить. В движении 60% веса ZapCat поддерживалось воздушным потоком, а 40% - гидродинамически, глиссирующая поверхность при этом уменьшилась вдвое».

Разработка держалась в строгом секрете, но слухи все-таки просочились. Дошло до промышленного шпионажа. «Агенту конкурирующей фирмы удалось раскрыть нашу тайну, — вспоминает Стивенс, — в результате спустя четыре дня они запустили разработку своей копии. За ними последовали остальные. Так в одночасье все существовавшие тогда гоночные надувные катамараны стали доисторическими».

С тех пор Gemini ZapСat и его бесчисленные копии распространились по всей стране, а потом и по всему миру. В 1990-х эпидемия ZapСat захлестнула Австралию и Новую Зеландию, где тоже стали проводить безумные гонки, а в 2000 году «заболели» британцы. Теперь — очередь за Россией, где уже наберется десяток фанатов.

Будучи уверенным, что этот спорт не для моей комплекции, я поделился с Джеффом своими переживаниями, но он меня разубедил: «В Южной Африке черные парни меньше и легче белых, но почти все гонщики — белые. Просто лишь немногие черные ребята «болеют» водным спортом. Все, что тебе нужно, — это 50-килограммовый компаньон. Главное здесь — страсть и мастерство. Именно поэтому мой старый друг и компаньон Хенинг Блау выиграл больше национальных чемпионатов, чем все остальные вместе взятые, и продолжает выигрывать в том же темпе, несмотря на свой пожилой возраст».

Статья опубликована в журнале «Популярная механика» (№9, Сентябрь 2006).