В парусном спорте не существует слов «право» и «лево», а говорить приходится преимущественно по‑голландски. И все же яхтенная школа «Академия капитанов» пообещала за пару дней обучить 12 главных редакторов российских СМИ азам парусного мастерства и провести гонку Trophy-in-Chief

У себя в редакциях они, быть может, и главные, на яхте же участникам регаты была отведена роль шкотовых матросов, беспрекословно выполняющих указания опытного шкипера. Каждый экипаж состоял из двух-трех новичков и профессионального яхтсмена. Тренерский костяк «Академии капитанов» составляют участники ведущей российской парусной команды «Синергия», среди которых чемпион Европы Екатерина Скудина и серебряный призер Олимпийских игр Родион Лука.

За пару дней нам предлагалось освоить спортивную яхту класса Laser SB3. Простота управления в сочетании с серьезными динамическими характеристиками делают SB3 одним из самых популярных гоночных моноклассов в мире. Главная особенность шестиметровой яхты — металлические поручни, которые не дают спортсменам вывешиваться далеко за борт. Благодаря этому ограничению результат в гонке в меньшей степени зависит от массы и физической силы спортсменов и в большей — от точного управления и мудрой тактики. После тренировок нам предстояло поучаствовать в самой настоящей гонке.

Учите голландский

Первая задача начинающего яхтсмена — освоить иностранный язык и сориентироваться в совершенно незнакомой системе координат. Моряки не используют понятия «право» или «лево». Их точка отсчета в пространстве — направление ветра. Борт яхты, в который в данный момент дует ветер, называется наветренным, а противоположный — подветренным.

Привычная система координат в море бесполезна. На яхте и рассадка команды, и назначение органов управления меняются в зависимости от направления ветра. А во время гонки мы увидели, что опытный шкипер редко ведет яхту напрямую к пункту назначения. Вместо этого он выставляет судно под нужным углом к ветру, чтобы добиться максимальной скорости. Когда яхта движется под острым углом к ветру (против ветра), говорят, что она приводится, если же судно идет по ветру, говорят, что оно уваливается.

Вот и приходится, чтобы быть полезным на яхте, поскорее привыкать к командам вроде «перейти на наветренный борт» или «подобрать подветренный шкот». Кстати, определить направление ветра в движении весьма непросто. Ветер на яхте складывается из реального ветра и мнимого — потока воздуха, обдувающего судно за счет движения на высокой скорости. Флажки и «колдунчики» (ленточки, привязанные к мачте) в этом деле плохие помощники. Новичку проще всего ориентироваться на положение главного паруса: им управляет опытный шкипер, который чувствует ветер почти что сердцем. К тому же шкипер получает дополнительную информацию о ветре по реакции паруса на управляющие действия, то есть чувствует воздух руками.

Следующая ступень мастерства — овладение терминологией. Англоговорящие яхтсмены называют детали лодки простыми и прямолинейными терминами. К примеру, Mainsail- это главный парус в буквальном переводе. Однако благодаря государю Петру Великому, набиравшемуся уму-разуму в Нидерландах, в русской мореходной традиции укоренились голландские названия — очень благозвучные и совершенно непонятные.

Поднять паруса!

Итак, главный парус называется грот. Он создает основную тягу в широком диапазоне курсов. Горизонтальная балка под гротом — это гик. Положение гика определяет угол установки паруса к ветру. По принципу работы косой парус напоминает крыло самолета. Если, согласно обывательской логике, выставить парус перпендикулярно ветру, его лобовое сопротивление сведет на нет добрую часть тяги. Если же воздух плавно обтекает грот, установленный под углом, за парусом создается разрежение, которое помогает толкать яхту вперед.

Задача шкипера — поддерживать оптимальный угол установки и форму грота для ламинарного (непрерывного, без срыва потока) обтекания его воздухом. На парус приходится колоссальная нагрузка, поэтому шкипер управляет положением гика через систему многочисленных блоков. Важнейшая задача матроса в части обращения с гротом — беречь собственный лоб от столкновения с гиком, который в поворотах свистит над головой почище вражеских пуль.

Перед гротом располагается парус по имени стаксель — он выполняет двойную функцию: во‑первых, сам по себе создает тягу, во‑вторых, направляет набегающий поток воздуха вдоль грота, усиливая разрежение перед главным парусом. Таким образом стаксель улучшает работу грота.

Управление стакселем — дело шкотового матроса. В его распоряжении находятся управляющие тросы — шкоты и фал. Фал крепится к фаловому (верхнему) углу паруса. С помощью фала мы поднимаем парус или майнаем (опускаем) его. С помощью двух шкотов (оба подсоединены к шкотовому углу) осуществляется управление поднятым парусом. Выбирая или потравливая подветренный шкот, матрос изменяет натяжение и форму паруса. Его задача — впустить как можно больше воздуха в парус, но не допустить срыва воздушного потока. В общем случае мы уплощаем парус на высокой скорости и позволяем ему надуться — на низкой.

Этот капризный генакер

Наиболее специфический парус генакер большую часть времени прячется в сумке под мачтой. Его имя образовано от двух слов: генуя и спинакер. Генуя — это другое название стакселя. Спинакер — большой парус из воздухонепроницаемой парашютной ткани, который выставляется перпендикулярно ветру на попутных курсах. Генакер унаследовал от спинакера материал, назначение и внушительную площадь (46 м2 против 18 у грота и 9,3 у стакселя). От генуи парус получил способ установки на яхту: его галсовый (передний) угол крепится к носу яхты или к выдвижной штанге под названием бушприт.

Чтобы поднять генакер, шкотовый матрос должен по очереди выбирать управляющие тросы, последовательно выдвигая бушприт, подтягивая к нему галсовый угол и поднимая парус с помощью фала. Управляющие тросы, идущие к шкотовому углу генакера, в порядке исключения называются брасами. Во время движения матрос удерживает в руке подветренный брас и старается как можно сильнее расслабить его, максимально наполнив парус ветром. Загибание передней шкаторины (края) паруса служит сигналом, что брас следует подобрать к себе.

Уборка генакера — чуть более сложная процедура. Матрос должен поймать шкотовый угол паруса за брас (они находятся на некотором расстоянии за бортом) и, преодолев сопротивление ветра, подтянуть парус к себе. Сняв со стопора фал, матрос быстро убирает опускающийся генакер в сумку.

Скоро сказка сказывается, да не скоро команда срабатывается. В гонке от слаженности и качества действий членов экипажа напрямую зависит результат. К примеру, для новичков типична ситуация, когда при уборке генакера ветер оказывается сильнее матроса и парус падает в воду. Мокрая ткань мгновенно тяжелеет настолько, что вытаскивать ее, поминая всех святых, приходится всей командой. Болтающийся в воде парус — это все равно что гигантский тормоз для небольшой обтекаемой яхты. Неразбериха с генакером стоила нам нескольких позиций в гонке.

Пока один матрос возится с генакером, второй должен по‑прежнему контролировать стаксель и быть готовым при необходимости принять брас. Работать они должны в любом положении, ибо их собственный вес — большое подспорье шкиперу в борьбе за победу. Существует оптимальный крен яхты, при котором парус работает наиболее эффективно. Действуя на парус, ветер стремится положить яхту на подветренный борт, команда же противодействует ему, рассаживаясь на наветренной стороне. Синхронно перемещаясь от борта к борту, можно заставить яхту энергичнее выполнять поворот. Загрузка наветренного борта уваливает яхту, а подветренного — приводит к ветру.

Гамбургский счет

В назначенный день в акваторию водного стадиона «Динамо» вышло пять яхт. На расстоянии пары километров друг от друга установили три ярких буя. Соревнование состояло из четырех гонок. За пять минут до гонок главный судья объявлял задание и начало стартовой процедуры. К примеру, задание «треугольник-петля-прямая» означает, что яхта должна последовательно пройти все буи и вернуться на старт, затем сходить к первому бую и вновь вернуться на старт, после чего вновь отправиться к первому бую и финишировать между ним и судейским катером.

Процедура старта с хода — очень зрелищный момент. За пять минут до старта судья объявляет начало процедуры. Шкиперы выставляют секундомеры на наручных часах. После стартового свистка яхта должна пересечь стартовую прямую (между стартовым буем и судейским катером) и отправиться на гонку. В течение пяти минут яхты кружатся на пятачке перед стартом, стараясь оказаться ближе всех к стартовой линии, когда прозвучит свисток. Тактическая борьба начинается еще до начала гонки.

В парусной гонке заложена чрезвычайно драматичная интрига. Перейдя стартовую прямую, яхты расходятся в разные стороны в поисках порывов ветра и высоких скоростей. А ближе к буйкам, напротив, начинается почти что контактная борьба. В одной из гонок мокрый генакер догоняющей нас яхты нежно приземлился мне на голову.

На скорость влияет каждая мелочь: расторопность при поднятии и уборке парусов, раскачка корпуса от беготни команды, даже водоросли, зацепившиеся за киль. Чтобы уменьшить гидродинамическое сопротивление, перед гонкой мы два часа отмывали днище яхты до блеска. В почти сорокаградусную жару. Сейчас я с восторгом рассказываю об этом товарищам, однако мой тон был бы куда менее оптимистичным, если бы наша команда не победила в регате.

За эту победу надо благодарить нашего гениального шкипера Александра Григорина-Рябова. Моих познаний было недостаточно, чтобы понять, какими мыслями и чувствами руководствовался Александр при выборе курса. Я лишь с удивлением наблюдал, как опытный яхтсмен выбирает длинные и запутанные водные пути, чтобы как можно скорее привести нашу команду на подиум.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№9, Сентябрь 2010).