Человек в черном: крылатый костюм

Человек в черном: крылатый костюм

Человек отличается от прочего животного мира тем, что в процессе развития меняет не тело, а разум, считает Джеб Корлисс. Для него очень важно быть оригинальным, чтобы «толкать прогресс вперед». Этой же цели служат аппараты, позволяющие свободно летать и приземляться.

Высоко в небе черная точка — как крупинка молотого перца на белой скатерти. Я устремляюсь вниз со скоростью более 160 км/ч. В ушах стоит рев рассекаемого воздуха, но загадочная черная точка мчится по моим следам, как самонаводящаяся ракета. Я дергаю кольцо парашюта и вижу, как точка обретает очертания человека с крыльями. У него совершенно человеческое лицо, и когда он проносится буквально в десяти метрах от меня, я могу разглядеть даже миндалины в его разинутом рту. Мимо меня пролетает его отчаянный крик: «Йа-а-а-а-а-а-а!» Порыжевшие луга южной Калифорнии устремляются навстречу и уже готовы расплющить в блин свою жертву. Но буквально за минуту до удара над человеком в черном распускается парашют.

Среди десятков парашютистов у ангаров парашютного клуба Перрис-Вэлли легко приметить известного бэйсджампера Джеба Корлисса. Это человек-птица — высокий, бритоголовый, одетый наподобие белки-летяги. «Круто!» — это все, что я могу выдавить из себя в данный момент. Мой напарник по тандемному прыжку Джим Уоллес, тоже парень не промах, чемпион и рекордсмен мира по скайдайвингу, явно разделяет мои чувства, только меньше их демонстрирует. «Просто не верится, что ты так четко управляешь своим телом», — говорит он. Корлисс пожимает плечами: «Я ж говорил тебе, что постараюсь подлететь поближе».


Джеб Корлисс прыгал с самых высоких зданий мира, бросался в самые глубокие пещеры и плавал в обнимку с самыми опасными хищниками. Впрочем, все это была только разминка.

Среди бэйсеров — а это люди, прыгавшие с крыш зданий, телевышек, постовых пролетов и просто с обрывов — Корлисс слывет и несравненным супергероем, и отпетым хулиганом. Супергерой — потому что уже совершил более тысячи прыжков на пяти континентах. Здесь и Маттерхорн, и мост «Золотые Ворота», и прыжок в Китае с 600-метровой высоты в жерло карстовой пещеры. А хулиган — потому что всегда оказывается в центре внимания. Скандальная слава пришла к нему, когда в 2006 году его арестовала полиция при попытке спрыгнуть с Эмпайр-стейт-билдинг. Корлисс уверен, что славы просто не избежать, если «ты ставишь своей целью делать то, что в людских глазах представляется невозможным». Скажем поточнее — делать то, что представляется неподобающим, поскольку слишком уж опасно и бессмысленно. «Простые люди смотрят на скайдайверов как на психов, — говорит Корлисс. — Скайдайверы смотрят на бэйсджамперов как на психов. А среди бэйсджамперов почти все смотрят на меня как на психа».

Сегодняшнее событие Корлисс считает самым дерзким поступком в своей жизни. Наряд белки-летяги, по сути, представляет собой костюм-крыло, то есть самолет, который можно надеть на себя как одежду. Его крылья — это нейлоновые перепонки между ногами и между рукавами и туловищем. Обладатель такого костюма в воздухе будет не просто падать — ему удастся управлять своим полетом и выйти на режим планирования, когда на каждый метр снижения он будет продвигаться вперед на целых три метра. Такие костюмы используются по всему миру. Круг любителей этой забавы весьма узок, но постоянно растет. В момент приземления, разумеется, всегда используется парашют.

Джеб Корлисс (на этом фото фоном служит японская гора Фудзи) собирается приземлиться без помощи парашюта на специально сконструированный посадочный пандус. На посадку он зайдет на скорости 160 км/ч. «Обычные люди смотрят на скайдайверов как на психов, — говорит Корлисс. — Обычные скайдайверы смотрят на бэйсджамперов как на психов. А обычные бэйсджамперы смотрят на меня как на психа».

Корлисс выдвинул дерзкое предложение — обойтись вовсе без парашюта и реализовать древнейшую и самую заманчивую мечту человечества — свободный полет без каких-либо дополнительных приспособлений.

Для реализации его проекта Wingsuit Landing Project («Приземление в костюме-крыле») необходима посадочная полоса со значительным уклоном. Для строительства такого пандуса Корлисс обратился к одной инженерной фирме, работающей на NASA. Бюджет составил $3 млн. Джеб надеется собрать эти деньги с корпораций, желающих поучаствовать в праздновании победы… Или поражения? «Есть на свете талантливые профессионалы — певцы, танцоры, да кто угодно, — говорит Корлисс.- А вот моя профессия — это страх».

За месяц до встречи с Корлиссом в поднебесье я открыл дверь двухэтажного таунхауса в калифорнийском городке Венис-Бич. За дверью стояла фигура, одетая в черное с головы до ног. Корлисс провел меня в затемненную гостиную и усадил на один из двух черных диванов. На журнальном столике были расставлены тарелки, украшенные черепами. В углу стояла высокая хрустальная скульптура Икара. Для чего это? Для вдохновения? Или для предостережения?


Воздушный эпос

Извечная мечта человека — попытать свои силы в воздухе. Здесь рассказано о пятерых бесстрашных пилотах, которые отличились особо выдающимися воздушными приключениями.

Самый длинный перелет на мотопараплане — с 15 мая 2009 года по 5 сентября 2009 года

Болтаясь под куполом своего параплана с двухсоткубовым движком и углепластиковым пропеллером за спиной, Бен Джордан пролетел над Канадой около 10000 км. Он летел на скорости 40−50 км/ч, иногда совершая остановки для дозаправки. В ходе этого путешествия, которое продлилось 114 дней, он пролетел от Тихоокеанского побережья до Ньюфаундленда. Он летел над необъятными безлюдными просторами, куда не отваживаются залетать другие парапланеристы. «Понятно, почему до меня никто такого не делал, — говорит пилот. — Не всякий захочет летать на такой штуковине в 60 километрах от любых проявлений цивилизации».

Прыжок с парашютом с самой высокой постройки мира — 6 января 2010 года

Омар Алхегелан совершил 16000 затяжных прыжков, прыгал с таких объектов, как башни Петронас в Малайзии, и все равно перед каждым прыжком он испытывает определенный страх. Когда он прыгал с крыши Бурдж Халифа — самого высокого в мире здания — все было как всегда. Стоя над пропастью глубиной в 660 метров, он почувствовал, что у него дрожат коленки. «Но я приветствую этот страх», — говорит он. Для тех, кто любовался этим прыжком, страх был совсем не заметен. Герой оттолкнулся от карниза, сделал грациозный кульбит, устремился в свободное падение на целых 10 секунд, и лишь потом раскрыл парашют и мягко приземлился.

Первый перелет над Ламаншем с жестким крылом и реактивной тягой — 26 сентября 2008 года

Люди пересекали этот пролив на лодках, самолетах, по подводному туннелю и просто вплавь на спине, а вот Ив Росси выбрал более нетривиальный метод — реактивный двигатель. Росси спрыгнул с самолета над побережьем Франции и развернул трехметровое углепластиковое крыло, закрепленное на спине. Четыре реактивных двигателя, закрепленных на крыле, донесли его до Англии, где он приземлился с помощью парашюта.

Затяжной прыжок с максимальной высоты — 16 августа 1960 года

Джо Киттингер готовился к прыжку в кабине гелиевого стратостата почти у самой кромки земной атмосферы. «Я произнес короткую молитву, — рассказывает он, — и сразу же прыгнул». Он устремился к земле на скорости в тысячу километров в час — это впятеро быстрее, чем падают обычные скайдайверы. Он поставил рекорд высоты, с которой совершен прыжок (30 км), и самого длительного свободного падения (4 минуты 36 секунд).

Самый длинный беспосадочный перелет на дельтаплане — 19 июня 2002 года

Для того, чтобы пролететь почти 700 км над Техасом, Майку Барберу потребовался опыт, упорство и хорошая погода. «Наши аппараты летают на солнечной энергии, — говорит он. — Солнце нагревает землю, а она порождает термические потоки». Барбер так ловко обращался с теплыми воздушными потоками, что однажды продержался в воздухе целых 11 часов.

Корлисс с самого рождения любил играть с чувством страха. Его мать рассказывает, что, когда ее сын еще только «носил подгузники и сосал палец», он уже заглядывался на самую высокую вышку в местном бассейне. Мать попросила тренера по плаванию поднять ребенка на вышку, надеясь, что он испугается и больше не будет смотреть на нее с таким вожделением, но на площадке Джеб вырвался из рук тренера и восторженно верещал, пока не плюхнулся в воду. Потом по‑собачьи догреб до бортика и сказал только одно слово: «Еще!»

Родители Корлисса занимались продажей антиквариата, и большую часть года семья проводила в разъездах по таким странам, как Индия или Афганистан. Возвращаясь из поездок, они жили в Нью-Мексико, где Джеб сменил множество школ. В детском коллективе он всегда был новичком. Тогда-то он и понял, что главное — это обуздать страх. Победа над страхом — хоть своим, хоть чужим — это путь к силе и власти. Джеб приносил домой тарантулов, скорпионов и гремучих змей, объявляя их своими любимцами. Обидчикам давал сдачи с такой яростью, что некоторые из них оказывались в больнице. Однако депрессивное состояние только усугублялось.

Странно было надеяться, что его психика окрепнет в компании бэйс-джамперов, однако именно здесь Джеб нашел счастье и цель в жизни. Он открыл для себя этот вид спорта, когда ему было едва за двадцать, и уже после шести относительно несложных прыжков вздумал спрыгнуть со стометровой радиоантенны. Бэйсджампинг- дело опасное. Опоздай на полсекунды с раскрытием парашюта- шлеп, и ты покойник. Открой его чуть раньше, чем надо, когда твое тело еще не прошло нужный этап траектории, и ты врежешься в объект, с которого только что спрыгнул. Когда Корлисс рассказал инструкторам о своих планах, они в один голос заявили, что он еще не готов. Мать умоляла его отказаться от этой затеи. Друзья сказали, что не хотят быть свидетелями самоубийства. Тогда Корлисс ночью в одиночестве забрался на антенну и, стоя в лунном свете на ее верхушке, сказал сам себе: «Нет, я не дурак, чтобы это сделать». И прыгнул.

Парашют раскрылся с запозданием. Приземление было очень жестким. «Лежу на земле, все тело трясется, каждый волосок на нем стоит дыбом, — вспоминает Корлисс. — Чувствую, как воздух ласкает мою кожу, слышу, как насекомые копошатся в траве». Изрядно помятый, но без серьезных травм, Корлисс почувствовал себя заново родившимся. Теперь перед ним четко вырисовался жизненный путь- противостоять страху, плевать на скептиков и делать именно то, что тебе надо.

Вот еще одна история. Вскоре после прыжка с антенны Джеб ужинал со своим приятелем, бэйсджампером Франсуа, и прямо в ресторане им пришла в голову идея спрыгнуть с водопада Анхель. Они расплатились с официантом, поехали в Париж, сели на самолет до Венесуэлы и уже через двое суток втискивались в маленькую «Сессну» для прогулочного полета над знаменитым водопадом. В полете Корлисс наклонился к пилоту и помахал перед его носом стодолларовой бумажкой. Пилот вытаращил глаза, а Корлисс тем временем распахнул самолетную дверь, и с криком «Пока!» они с Франсуа вывалились за борт.

Приземлившись рядом с верхней точкой водопада, они снова уложили свои парашюты и прыгнули в раскрывшуюся перед ними километровую пропасть. Вполне успешно, хотя потом пришлось двое суток блуждать по тропическому лесу. У них не было еды, их донимал изнуряющий дождь. Они делили ночлег в пещерах с какими-то липкими пестрыми насекомыми, но в конце концов вышли к цивилизации.


Приземление лицом вниз

Каждый способен летать как птица, а потом вернуться на землю — хотя бы один раз. Однако Джеб Корлисс не захотел рассматривать себя как одноразовое изделие. «Приземление в летном костюме можно считать успешным, если ты сможешь сделать это 10 раз подряд без единой травмы, — говорит Корлисс. — Не должно идти речи даже о сломанном пальце». Корлисс не афиширует свой план — ему не нужны конкуренты, ворующие чужие идеи. Тем не менее, он допустил некоторую утечку информации. Здесь мы по этапам восстанавливаем, как он, видимо, собирается исполнить свой проект.

Посадочная эстакада

Одна строительная бригада занимается сейчас сборкой эстакады длиной 600 м и стоимостью 3 миллиона долларов. Пока что она временно прилажена к какому-то зданию в Лас Вегасе. Скорее всего, эта эстакада изготовлена из гибкой и прочной ткани наподобие той, из которой сделана крыша международного аэропорта в Денвере. Тросы удерживают эстакаду и натягивают ткань.

Полет

Корлисс прыгает с вертолета, зависшего в нескольких сотнях метров над главной улицей Лас Вегаса. Его пошитый на заказ костюм имеет легкие прочные нейлоновые вставки — от рукавов к туловищу и между ногами. Воздухозаборники на передних кромках крыльев надувают их и поддерживают жесткость конструкции в ходе полета. Аэродинамическое качество около 3 (3 метра планирования на 1 метр спуска) представляет собой вполне достижимый параметр, однако Корлисс предпочитает лететь под углом 45 градусов к горизонту. Такой режим дает большую управляемость по углу снижения.

Наведение на цель

Неправильно подлететь к эстакаде — это как врезаться на машине в барьер, не имея ремня или подушки безопасности. Корлисс будет целиться в небольшое окно размером 6 х 6 м в самой верхней точке посадочной полосы. Таким образом, самым важным является соблюдение правильной траектории. Его «система управления траекторией» включает в себя метеорологические воздушные шары, которые будут парить на снижающихся высотах, играя роль наглядных визиров. С их помощью он надеется корректировать направление и угол атаки.

Выход из игры

Если Корлисс почувствует, что идет мимо цели, у него есть возможность отрулить от цепочки воздушных шаров и воспользоваться своим парашютом. Двести метров над землей — не слишком-то высоко для того, чтобы успеть с раскрытием парашюта, но для такого опытного бэйсджампера, как Корлисс, это не составит проблемы. Он раскрывал парашют и на втрое меньших высотах.

Успешное приземление

Корлисс предполагает приземлиться примерно так, как это делает лыжник в прыжке с трамплина, когда в полете следует как можно точнее повторять изгиб посадочной эстакады. Правда, лыжники летят на скорости около 100 км/ч, а у Корлисса скорость будет не меньше 160 км/ч. Кроме того, приземляться он будет не на ноги, а на собственную грудную клетку. Ткань, из которой сделана эстакада, должна самортизировать энергию удара и затормозить его силой трения, но эти возможности недостаточны, чтобы исправить серьезные ошибки. Для того, чтобы не получить увечий, Корлисс должен приземлиться на эстакаду, идущую под уклоном в 45 градусов, с ошибкой не более 5 градусов.

Включаем тормоза

Но это еще не финиш. Не имея никакого колесного шасси, Корлисс будет скользить вниз по пандусу (возможно, его поверхность будет чем-то смазана для того, чтобы облегчить скольжение). Один из специалистов предложил костюм с керамическими вставками для того, чтобы рассеивать возникающее от трения тепло. По мере приближения к земле пандус будет становиться все более пологим, скорость Корлисса будет снижаться. И, наконец, Корлисс полностью гасит свою скорость и встает на ноги.

«Бэйсджампинг для меня — что-то вроде изгнания бесов, — говорит Корлисс.- Жуткое дело, но, пройдя сквозь него до конца, выбираешься на свет счастливым человеком».

Некоторые считают, что все фанаты экстремальных видов спорта обладают несколько дефектной психикой, постоянно требующей острых ощущений. Но Корлисс заявляет, что чувство страха перед прыжком и ликование после него привлекали его лишь на самых первых порах, а в дальнейшем заняли в списке его ценностей далеко не самое первое место. Ему не нравятся никакие формы интоксикации, он презирает и наркотики, и алкоголь. «Балуясь с этой отравой, — говорит он, — теряешь ощущение власти и сам становишься рабом».

Короче, складывается ощущение, что Корлисс не столько адреналиновый маньяк, сколько фанат власти. Суть его работы — точность. Успех возможен только при щепетильном внимании к каждой детали — укладке парашюта, погодным условиям, положению тела. Корлисс ловит кайф, разрабатывая подробные планы действий. Что бы вы ни говорили о психопатичности его увлечений, трудно оспорить, что он достиг высших уровней власти — власти над собственной жизнью и смертью.

Wingsuit Landing Project базируется на прецизионном пилотировании. Монт Хаббард, профессор механики и аэронавтики в Калифорнийском университете в Дэвисе, подтверждает, что, если угол траектории Корлисса по отношению к горизонтали совпадет с наклоном посадочного пандуса, а силу трения удастся довести до минимума, удар при касании посадочной полосы будет почти незаметен. При ошибке всего в шесть градусов тело шлепнется о посадочную полосу с такой же силой, как если бы его плашмя уронили на асфальт с метровой высоты. А при расхождении в 11, 16 и 23 градуса мы получаем силу удара, равноценную падению с высоты 4, 10 и 16 м.

Бывало, люди выживали и в худших переделках. В 2007 году мойщик окон Алсидес Морено упал с крыши одного из небоскребов на Манхэттене и выжил. Правда, в статье доктора Кристофера Кеплера «Ортопедические последствия, связанные с падением с 47-го этажа» утверждается, что подобные случаи следует трактовать как исключения. Даже падения с четвертого-пятого этажей (с высоты 12−15 м) в половине случаев приводят к летальным последствиям, и шансы выжить с ростом высоты круто падают.

Обсуждая опасность травмы в момент приземления (и это еще не рассматривая такого варианта, что Корлисс на скорости 160 км/ч начнет кувыркаться вдоль посадочной полосы), специалисты, ознакомившиеся с проектом, не выказывают особого оптимизма. Даже Рой Хаггард, бывший голливудский каскадер, переквалифицировавшийся в аэрокосмического эксперта, который лично консультировал Корлисса при конструировании посадочного пандуса, сомневается в успехе. Корлисс предполагает использовать цепочку из воздушных шаров типа метеорологических в качестве ориентиров, которые должны направить его прямо к началу пандуса. Хаггард сомневается, что положение этих шаров будет достаточно устойчивым, чтобы обеспечить точный подход к пандусу. Как он выразился, «это похоже на стрельбу из снайперской винтовки, когда в ней вместо прицела и мушки используются привязанные к стволу воздушные шарики».

Честно говоря, почти все подвиги, которые Корлисс свершил на ниве бэйс-джампинга (вспомним хотя бы двойное сальто назад при пролете сквозь осевой колодец Эйфелевой башни), никогда не получали одобрения экспертов, оценивающих риск предприятия. Но по-настоящему слабое место в этом проекте — вопросы не безопасности, а бухгалтерии. Хаггард думал, что пандус для приземления будет несложно и рассчитать, и построить, однако уже сейчас вся эта затея обходится в $3 млн. Вполне возможно, что такую сумму не удастся собрать даже среди продюсеров различных реалити-шоу, хоть они и рвутся выпустить на экраны столь яркое зрелище.

Очевидной альтернативой было бы создание посадочной полосы на достаточно крутом горном склоне. А можно и вовсе отказаться от полосы и попробовать приземлиться на снег. Правда, в варианте со снежным склоном трудно гарантировать достаточную гладкость площадки для приземления, а это абсолютно необходимо из соображений безопасности. К тому же при таком раскладе у Джеба не будет шанса в последний момент выйти из игры и воспользоваться своим парашютом, в то время как при использовании пандуса такая возможность остается до последней секунды.

Есть в мире и другие потенциальные рекордсмены, придумывающие свои способы приземлиться без парашюта. Один южноафриканский производитель «крылатых костюмов» разрабатывает конструкцию, которая позволила бы пилоту без помощи парашюта приземляться прямо на ноги, не нуждаясь ни в какой посадочной полосе. Совмещенная система планирования и посадки (Integrated Glide and Landing System, IGALS) компании Jii-Wing предполагает использование несколько более просторного костюма, который позволил бы планировать с аэродинамическим качеством около 4. Тогда прямо перед приземлением пилот смог бы выполнить маневр, обычно называемый в парапланерной практике «подушкой», когда у самой земли угол атаки резко увеличивают, аппарат буквально зависает в воздухе и пилот просто встает ногами на землю.

Правда, концепция IGALS еще ни разу не была испытана пилотом, спрыгнувшим с самолета. Но Корлисса не устраивает то, что это, по сути, общепринятый принцип посадки дельтапланериста. Для Джеба очень важно быть оригинальным, или, как говорит он сам, «толкать прогресс вперед».

Страх никогда бы не остановил этого человека-птицу, а вот система правопорядка может это сделать легко. На территории США бэйс-джампинг отнюдь не поощряется, поэтому актуальными становятся путешествия за границу. Но и здесь не все гладко. Полицейский, присматривающий за Корлиссом после его попытки спрыгнуть с крыши Эмпайр-стейт-билдинг, сказал, что для любой поездки он должен получить разрешение от судьи.

Невзирая на все эти сложности, Корлисс смотрит на жизнь оптимистично. Он уверен, что судья даст ему «зеленый свет» и что он сможет и дальше зарабатывать себе на жизнь излюбленными занятиями типа посадки без парашюта или телепрограмм о плавании в одном водоеме с крупными хищниками. «Я 16 лет нырял вместе с акулами, — говорит Корлисс, — просто играл с хищниками, которые повергают всех в дрожь. Щекотал их, гладил, буквально обнимался».

Увидав недоверчивую мину на моем лице, Корлисс нашел в своем iPhone фотографию и протянул мне аппарат: «Вот, посмотри». На фотографии было изображено именно то, о чем он говорил.

Накануне Корлисс отмечал свой день рождения. Для него это было важное достижение — поважнее, чем для многих. Ему стукнуло 33.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№7, Июль 2010).
Комментарии

Авторизуйтесь или зарегистрируйтесь,
чтобы оставлять комментарии.