В начале нашего века маркетологи столкнулись с интересным фактом — среди музыкальных носителей самый большой процентный рост показали не кассеты, не CD-диски, не DVD-audio, не SACD, а почти списанные со счетов грампластинки.

Если быть честным, то этот кратковременный спрос был спровоцирован модой на танцевальную музыку, которую модные ди-джеи полюбили крутить именно с виниловых дисков. Однако и рынок традиционного винила за последнее время стабилизировался и приобрел довольно специфическую аудиторию, которой все серьезные исполнители отдают должное — практически каждый компакт-диск дублируется на виниле. Исключения не делает ни Стинг, ни Мэрилин Мэнсон, ни Паф Дэдди.

Что слушать

«Винил сейчас моден, как сигары, — говорит страстный поклонник пластинок Дмитрий Марков, начальник отдела Hi-Fi компании A&T Trade. — Когда есть деньги и атмосфера в доме — ее надо поддерживать. В этом смысле винил, как вещь культовая, интересен. Поэтому сейчас и всплеск спроса на такие красивые и дорогие вещи, как проигрыватели ClearAudio. Они свое место в квартире всегда найдут и выделятся». Для современных ценителей винила подчас сам ритуал прослушивания не менее важен, чем нюансы звучания. Есть и просто коллекционеры дисков, которым даже не обязательно их слушать — коллекционный рынок пластинок сейчас ничем не уступает, например, филателистическому.

Что роднит собирателей винила и марок? Выпущенный тираж всегда ограничен, и его никак нельзя допечатать с прежним качеством. Например, диск был выпущен в 1975 году. И коллекционеры и аудиофилы будут искать в первую очередь диски именно этого года, причем тираж с первой матрицы. И цена на него — максимальная.

А какая, скажете, разница, если тираж был допечатан, например, через два года? Для цифрового компакт-диска — никакая. А вот для аналогового винила — существенная. Студийная пленка, с которой и изготавливались матрицы, стареет, как человек — размагничивается и осыпается, происходит выпадение сигнала, особо заметное на высоких частотах. Поэтому диск, допечатанный через два года, звучит немного хуже первотиражного. А через 15 лет без специальной обработки студийной записи — ремастеринга — уже и вовсе не обойтись: в студии пытаются «приподнять» высокие частоты, которых на самом деле уже нет. Звук получается неестественным.

Но и «нулевые» диски не являются идеальным «консервантом» звука: полихлорвинил, из которого начиная с 70-х изготавливают пластинки, со временем высыхает, теряет гибкость, становится более хрупким, и канавки теряют первоначальную геометрию. Поэтому коллекцию уникальных виниловых дисков нужно хранить не менее аккуратно, чем коллекционное вино, тщательно соблюдая режимы температуры и влажности.

С другой стороны, и ремастеринг бывает разный. Одно дело, если частотная характеристика просто исправляется компьютерными программами — дешево и сердито. Другое — если звук пытаются воссоздать аналоговыми методами — это гораздо большие трудозатраты и, соответственно, — лучший результат. Например, недавно именно таким методом японцы попытались воссоздать и переиздать Beatles. Однако, несмотря на то что, по отзывам аудиофилов, «атмосфера студии передана потрясающе», цена восстановленных дисков не идет ни в какое сравнение с подлинными: 35 долларов против 300. Кстати, как и с коллекционированием марок, сильно ошибиться с ценой не получится: для ценителей издаются специальные каталоги, где точно указано, сколько стоит каждый раритетный диск. Причем диск, как и марка в филателии, должен быть «нулевым», то есть ни разу не слушанным.

Возникает вопрос: если весь тираж, например, первых дисков Beatles, разошелся «влет» прямо в год своего выпуска, откуда берутся «нулевые» диски? Разошелся — это значит, что весь тираж был выкуплен оптовиками. У оптовиков же бизнес устроен так, что диски продаются в течение строго определенного срока, после чего уходят за бесценок в специальные компании, специализирующиеся на распродажах. И вот у них в гигантских складах-ангарах можно найти все что угодно. Включая тех же Beatles. Причем самые большие запасы дисков у американских стоковых компаний, куда, как в виниловую Мекку, съезжаются копаться в складских запасах мелкооптовые продавцы со всего мира.

На чем слушать

В принципе, слушать винил можно и на японских вертушках, еще недавно выпускавшихся всеми японскими производителями электроники и все еще производимых Matsushita Electric под брендом Technics. Можно, однако этого почти никто не делает. Точно по той же причине, по которой сейчас никто не носит дешевые механические часы. Чтобы получить удовольствие от винила, требуется высококлассная акустика и усилитель. Все это стоит очень недешево, поэтому дополнять систему дешевой вертушкой не имеет смысла.

Собственно проигрыватель виниловых дисков (люди в «теме» называют его транспортом) представляет собой очень простое устройство, состоящее из привода диска, тонарма и звукоснимателя. Привод должен очень стабильно и без колебаний вращать диск, тонарм — точно и с нужным усилием позиционировать звукосниматель над звуковой дорожкой, а тот, в свою очередь, — преобразовывать механические колебания иглы в электрические сигналы. Правда, каждый из этих элементов можно улучшать до бесконечности. Чем, собственно, и заняты конструкторы.

Диск

Диск-маховик служит основанием для пластинки. Чем он массивнее, тем более стабильна частота вращения и тем меньше уровень вредных биений. Раньше диски изготавливали из металлических сплавов на основе алюминия (эта технология жива до сих пор на ди-джейских вертушках), теперь же чаще можно встретить акрил и лексан, которые имеют собственную резонансную частоту в более безвредном, чем металл, диапазоне. Для того чтобы еще сильнее уменьшить эти частоты, диски иногда выполняют слоеными. Сверху на диск для передачи вращающего момента кладется мат — тонкий диск из резины или ворсистого синтетического материала. Существуют очень дорогие диски из сверхтонкой, почти невидимой металлической проволоки, которые помимо сцепления обеспечивают снятие с пластинки статического электричества. В центре диска располагается шпиндель диаметром 7,24 мм для установки пластинки. В дорогих проигрывателях часто сверху на шпиндель для обеспечения лучшего контакта пластинки с диском надевается специальный груз.

О подшипниках, через которые диск-маховик крепится к основанию, продавцы рассказывают легенды. Большая их часть — неправда: производство прецизионных подшипников невозможно в кустарных условиях. Просто в вертушках применяются действительно очень точные промышленные подшипники, разработанные, как правило, для авиационного двигателестроения.

Мотор

Приводы бывают трех видов — прямой, роликовый и пассиковый. Для стабилизации частоты вращения раньше применялись механические устройства, теперь же почти все производители перешли на электронные кварцевые. Прямой привод (кстати, распространенный среди ди-джейских вертушек), при котором диск-маховик непосредственно крепится к ротору электродвигателя, наименее подходит для борьбы с вибрациями, которые неизбежно передаются от двигателя к диску. Второй тип привода — роликовый, требует безумной точности изготовления роликового механизма, что ведет к сильному удорожанию вертушки. Поэтому на сегодня самым массовым является пассиковый привод. Эластичный пассик — идеальный демпфер, он позволяет максимально развязать диск маховика и источник вибраций — электродвигатель. Кстати, очень похожая схема применяется в стиральных машинах, правда, там ремень служит для обратной цели — демпфирует вибрации барабана, защищая электродвигатель. Вернемся к вертушкам. Для полной развязки электродвигатель иногда выносят даже за пределы основания, как, например, в вертушках TransRotor. Или ставят несколько маломощных электродвигателей, каждый снабжая своим собственным пассиком, «размазывая» таким образом вредные колебания. И все это ради одной цели — заставить пластинку вращаться с точной скоростью 33,3 оборота в минуту!

Тонармы

Различают два вида тонармов — поворотные и тангенциальные. Поворотный тонарм ведет звукосниматель по дуге, образуя так называемую ошибку следования. Она частично компенсируется изгибом тонарма в форме букв S и J, а также смещением тонарма.

Этого недостатка лишены тангенциальные тонармы, ведущие головку звукоснимателя строго по касательной к звуковой дорожке, повторяя путь резца, который наносит дорожки на мастер-пластину в студии. Однако такой тонарм требует сложной системы сервоприводов, которая сама дает собственные ошибки слежения. Дальнейшее развитие тангенциального тонарма привело к полному отказу от сервопривода, а сам тонарм подвешивался на воздушной подушке. Но столь сложное решение — скорее курьез, нежели серьезная техническая разработка.

Поэтому, как правило, на вертушках стоят поворотные тонармы, основными частями которых являются противовес, подвес, трубка и головка звукоснимателя. Подвес должен быть стабильным, жестким и обеспечивать минимальное трение. Решение было позаимствовано у часовщиков, давно столкнувшихся с такими требованиями при креплении часовых осей — подшипниками служат кристаллы сапфира. С противовесами все понятно — грузики, они и в Африке грузики, звучать они уж точно не могут. А вот трубки тонарма знатоки могут различать по звуку. Они должны быть легкими, жесткими и вибропоглощающими. В основном выпускаются алюминиевые и углепластиковые трубки, причем у последних поклонников больше.

Звукосниматель

Звукосниматель, который часто называют картриджем, самый важный, хотя не самый дорогой элемент винилового проигрывателя. Существует два типа звукоснимателей — с подвижным магнитом MM (Moving Magnet) и с подвижной катушкой MC (Moving Coil). Головки MM имеют более высокий выход (2−8 mV против 0,15−2,5 mV), но и большую массу подвижной системы. (Считается, что чем меньше подвижная масса, тем лучше — по аналогии с неподрессоренной массой в автомобиле.) Поэтому аудиофилам приходится выбирать: либо более мощный сигнал, либо меньшая масса.

Однако это еще не все. Очень важной частью звукоснимателя ценители винила считают кантеливр — крохотный рычаг, на котором, собственно, и закреплена игла. Само собой, он также должен быть легким, жестким и не иметь собственных резонансов. Тут уже углепластиком не отделаться — кантеливр делают из бора, алмаза, сапфира, керамики или титана. Да еще умудряются сделать его полым, заполнив изнутри демпфирующим материалом. Причем для того, чтобы кантеливр «зазвучал», его необходимо обкатывать 100−150 часов!

Иглы

Ну вот мы и дошли до основной части проигрывателя — иглы. На первых граммофонах иглы были стальными, и их требовалось менять после проигрывания каждой стороны диска — то есть через три-четыре минуты работы! С тех пор технология сильно продвинулась: на смену стали пришел алмаз, а срок службы продлился до 1000 часов. В идеале игла звукоснимателя должна повторять форму иглы резака, которой и нарезались дорожки на матрице, то есть иметь треугольное сечение. Но тогда она ничем не будет отличаться от резака и мгновенно испортит пластинку.

Наиболее простая и распространенная форма иглы — сферическая, самая износостойкая и дешевая. Эллиптическая заточка обеспечивает в два раза меньшее искажение сигнала и более широкий спектр воспроизводимых частот. Существуют разные патентованные вариации эллиптической заточки, имеющие своих поклонников. Как настоящий самурай должен постоянно проверять остроту клинка, так и ценитель винила обязан через каждые 300 часов прослушивания проверять свою иглу под микроскопом. Малейшие следы износа — и она отправляется на свалку, иначе можно испортить коллекцию грампластинок.

Фонокорректор

И последний термин, который необходимо знать, чтобы иметь возможность хоть слегка поддержать разговор о виниловых проигрывателях, — фонокорректор. Дело в том, что звукосниматель дает слишком слабый сигнал, чтобы подать его на вход современных усилителей. К тому же на «виниле» низкие частоты получаются «заваленными» по сравнению с высокими. Поэтому фонокорректор поднимает «низы» и усиливает весь сигнал до приемлемого уровня для подачи на вход современных усилителей.

Всего лишь дым

Мы сознательно ушли от противопоставления винила и компакт-дисков. Впрочем, можно вспомнить забавную историю. В начале 1960-х годов в США был налажен выпуск интересных устройств — карманных баллонов, в которые вместо углекислого газа закачивался дым. Идея была простая — специальные фабрики сжигали бы табак, очищали дым от вредных смол и примесей, а затем через специальные автоматы заряжали бы им портативные устройства размером с портсигар. Потребители получали бы сразу охлажденный очищенный табачный дым любимых сортов — никаких проблем с противопожарной безопасностью, отсыревшими сигаретами и пересушенными сигарами. Однако где сейчас эти устройства? А архаичные сигары превосходно себя чувствуют в не менее архаичных хьюмидорах.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№10, Октябрь 2004).