Когда режиссер Гэри Уиник рассказал друзьям, что собирается снимать фильм «Паутина Шарлотты», в ответ он услышал: «Как здорово! Только смотри ничего не испорти».

Тревогу друзей легко понять: «Паутина Шарлотты» — классика американской детской литературы. Написал эту книжку американский писатель Элвин Брукс Уайт, и с момента выхода в свет в 1952 году она разошлась по всему миру общим тиражом 45 миллионов экземпляров.

Книга рассказывает о поросенке Вилбуре и его дружбе с паучихой Шарлоттой и другими животными на ферме. При всей обманчивой простоте сюжета перенести его на экран оказалось не так просто — особенно если участь, что создателям картины пришлось иметь дело с непредсказуемыми домашними животными и многочисленными компьютерными эффектами.

Лучший сарай — мышиный рай

Фильм снимался в австралийском штате Виктория, неподалеку от Мельбурна. Продюсеры надеялись, что изменчивая местная погода позволит показать необходимые по сюжету все времена года. Надежды, однако, не оправдались: ветры и дожди неоднократно срывали съемки, и деревья потеряли листву раньше, чем ожидалось. Пришлось ободрать все оставшиеся вокруг места съемок листья и привязать к деревьям — вручную! — искусственные листочки из зеленого шелка. Для осенних кадров привязывали разноцветные листья — красные с желтым. А растущие вокруг многочисленные эвкалипты пришлось убирать после съемок, во время компьютерной обработки материала.

Все декорации строились в двух экземплярах: один на свежем воздухе, а второй — под крышей студии в Мельбурне. Сарай, в котором поселился поросенок Вилбур, получился настолько правдоподобным, что там обосновались полевые мыши и змеи. Чтобы их выгонять, каждое утро на площадку приходил специально нанятый местный знаток змеиных обычаев. После того как кинематографисты уехали, семья, на земле которой стояли постройки, захотела их сохранить и использовать для своих хозяйственных дел. Но не тут-то было: завистливые соседи подали в суд, заявив, что теперь-то не избежать паломничества туристов — и прощайте, тишина и покой.

Ключевую для фильма сцену деревенской ярмарки с аттракционами снимали на поле для крикета в соседнем городке Гейдельберг. С деревьями здесь обошлись проще: выкрасили листья краской — говорят, не токсичной. И вместо того чтобы нанимать статистов дубль за дублем развлекаться на аттракционах, пока им не станет плохо, создатели картины пошли другим путем. Художники-декораторы сделали несколько десятков манекенов из полистирола. Их раскрасили, нарядили и распределили по «американским горкам» и подобным аттракционам, где они провели около недели, не сходя на землю и ни на что не жалуясь. Статистов, впрочем, пришлось все-таки нанять, чтобы показать живую и шумную ярмарочную толпу.

Смотри сюда, овечка

Однако ключом к успеху фильма должны были стать не люди, а животные. «Разумеется, я знал, что животные будут играть очень большую роль в картине, но не ожидал, что это окажется так трудно, — признается режиссер Гэри Уиник. — Работать с животными очень мило первые пятнадцать минут, а потом это становится невероятно тяжело».

Собрать всех животных вместе в одном кадре было невозможно: начинался хаос. Лошадям не нравилось слишком близкое соседство коров. Гуси ненавидели всех животных вообще. Коровы настолько возбуждались в предвкушении награды за выполненный трюк, что у них начинали течь слюни, которые приходилось убирать при последующей компьютерной обработке материала. Овцы категорически отказывались смотреть в одну точку — из нескольких овец хотя бы одна непременно отвлекалась. Впрочем, дефицитом внимания страдали все четвероногие участники фильма. «Каждый день на площадке была толпа народа, и все кричали, хлопали в ладоши и размахивали плюшевыми игрушками — только чтобы корова, или коза, или овца посмотрела в нужном направлении. Мы снимали часами, чтобы получить несколько секунд пленки, которую можно было бы использовать, — рассказывает Гэри Уиник. — Мы отсняли 150 с лишним тысяч метров пленки для фильма, в котором в результате нет даже трех тысяч метров! Можно подумать, мы снимали ‘Апокалипсис сегодня'!».

Четвероногой и крылатой актерской братией руководил Лэрри Мадрид из компании Birds and Animals Unlimited. Он работает с животными в Голливуде уже больше двадцати лет, и среди его предыдущих проектов фильмы «Гарфильд» и «101 долматинец». Он утверждает, что секрет успешной работы с животными — терпение, обязательное вознаграждение и тщательное планирование.

Сорок шесть поросят на одного Вилбура

Главный герой фильма — поросенок Вилбур. Он присутствует практически в каждом эпизоде и по ходу сюжета растет и взрослеет. В этой роли пришлось задействовать 46 австралийских поросят весом от 3 до 40 кг. Привезти хрюшек из Америки не получилось: по австралийским законам ввозимые животные должны полгода провести в карантине. Однако за эти полгода трогательные розовые поросята превратились бы в полноценных свиней, так что дрессировщикам пришлось смириться с использованием местных «актеров».

Каждый занятый в фильме поросенок, как правило, «специализировался» на каком-то одном действии. Некоторые учились бегать, некоторые — проходить определенное расстояние и останавливаться, некоторые — поднимать мордочку. Учить всему этому одного поросенка было бы непрактично: поросята растут быстрее, чем учатся, прибавляя почти полкило в день. Вчерашний способный ученик завтра может уже не годиться для своей роли. Ежедневно на площадке присутствовало двадцать с лишним поросят, и съемочная группа одновременно работала над десятком эпизодов.

За месяцы совместной работы поросята завоевали искреннее уважение режиссера. «Они действительно очень умные, — признает Гэри Уиник. — Очень дружелюбные. Они не гадят там, где живут, и видят тебя насквозь». Продюсеры фильма даже наняли человека, обязанностью которого было найти всем поросятам новых хозяев после окончания съемок. И теперь режиссер время от времени получает из Австралии фотографии своих бывших актеров: когда-то эти поросята помещались в ладони, а теперь весят по триста с лишним килограммов.

Однако как бы ни были талантливы живые поросята, их способности не безграничны. Студия Digital Pictures Iloura сделала для картины цифрового двойника Вилбура, который мог запутаться в паутине или удариться на бегу об забор. (Кроме того, студия сделала цифрового двойника для лошади Айка, которая по сюжету должна была упасть в обморок. Настоящая лошадь на такое не способна — даже ради искусства.) В некоторых сценах живых поросят подменяли механизированные макеты, созданные на студии SWS. Для каждого из четырех возрастов Вилбура существовали свои макеты, изображавшие сидящих, стоящих и лежащих поросят.

В дополнение к этому на студии сделали большой механический пятачок для крупных планов, в которых паучиха Шарлотта приземляется на нос главного героя.

Говорящие животные

После завершения съемок в Австралии наступил второй этап работы. Нужно было синхронизировать движения ртов, пастей и клювов с заранее записанными диалогами. Занималась этим студия Rhythm & Hues, которая получила «Оскара» за аналогичную работу в картине «Бэйб. Четвероногий малыш» 1995 года. С тех пор говорящие животные стали своего рода фирменным знаком студии.

Как правило, создание говорящих животных на Rhythm & Hues начинается со стандартных измерений на съемочной площадке и стереоскопической съемки — героев снимают сверху, с боков и в анфас. На основе этого материала конструируются трехмерные виртуальные модели животных и их окружения. Однако для «Паутины Шарлотты» привычную схему пришлось пересмотреть: студия приступила к работе над фильмом уже после того, как основные съемки были закончены. Аниматоры были вынуждены просмотреть все отснятые, но вырезанные при монтаже эпизоды, чтобы найти фрагменты, снятые в один и тот же момент с разных ракурсов.

Чтобы зрителям казалось, что поросенок, овца или лошадь разговаривает, аниматоры заменяют нижнюю часть морды животного трехмерной моделью, в которой движения челюсти соответствуют произносимым словам. Иногда аниматоры работают также с глазами и носом — чтобы выделить или подчеркнуть определенные эмоции.

Другой важный аспект создания говорящих животных — это замена фона. Это нужно в тех случаях, когда животное показано в профиль и в просвет открывающейся пасти должен быть виден окружающий пейзаж. Заменив настоящую пасть на цифровую, аниматоры должны «вклеить» новый фон — так, чтобы он был неотличим от старого. Говорящие наперебой овцы были самыми трудными клиентами в этом отношении: в этой сцене они толпятся вместе, и поэтому фоном должен был стать кудрявый овечий мех, у которого довольно сложная для цифровой анимации текстура.

По-матерински заботливый паук

«'Паутина Шарлотты' использует лучшее, что могут дать спецэффекты, — говорит режиссер Гэри Уиник. — Мы бы никогда не смогли сделать этот фильм без компьютерных эффектов». Прежде всего, без компьютерных эффектов не было бы Шарлотты, заботливой и предприимчивой паучихи, которая берет Вилбура под свою опеку. Этот персонаж был целиком и полностью сгенерирован на компьютере.

«Это просто мечта — получить заглавного персонажа в таком фильме», — говорит Джон Дитц, аниматор студии Rising Sun Pictures, которая отвечала за создание Шарлотты. Шестьдесят аниматоров студии трудились над паучихой почти полтора года. На них лежала огромная ответственность, ведь образ Шарлотты — ключ ко всей истории. И это достаточно сложный образ. У Шарлотты целых 23 минуты экранного времени и много важных реплик; она переживает целый ряд физических трансформаций и, кроме того, появляется на экране в кругу настоящих животных.

Многие ли люди любят пауков? Даже Джон Дитц, который провел с Шарлоттой все полтора года, признался в одном из интервью, что страдает арахнофобией. Шарлотта должна была вызывать теплые чувства, оставаясь при этом пауком, — задачи практически взаимоисключающие.

В поисках идеального баланса реалистичности и симпатичности художники Rising Sun Pictures нарисовали множество эскизов. Секрет успеха обнаружился в глазах — единственной антропоморфной черте в облике паука. Вместо обычных для паука шаровидных глаз героиня фильма получила удлиненные миндалевидные глаза с намеком на радужку и зрачок, придающие ее облику мягкость и даже женственность. Поскольку у пауков восемь глаз, «лишние» шесть использовались в качестве замены бровям, что тоже прибавило облику Шарлотты выразительности.

Художникам и аниматорам пришлось поломать голову и над другой проблемой — как Шарлотта будет говорить, если у пауков нет рта? Нарисовать рот — значит попрощаться с последними остатками правдоподобия. Выход нашелся в использовании хелицер — так называется первая пара головных конечностей у паука, которая служит для размельчения пищи. На студии решили сделать вид, что рот у Шарлотты есть, но он невидим. Его закрывают хелицеры, которые двигаются в такт произносимым паучихой словам.

Еще один традиционно малопривлекательный аспект паучьей природы — это резкие и угловатые движения. На общих планах эти угловатые движения помогали Шарлотте не потеряться среди других животных, сильно превосходящих ее по размеру. На крупных планах аниматоры старательно приглушали резкость движений, делая основной акцент на ее эмоциях и выражении глаз, — и из паука Шарлотта становилась актрисой.

Искусаны ради искусства

Во всякой сказке должен быть свой циник, и в «Паутине Шарлотты» он, конечно, тоже есть. Это крыса Темплтон, которую озвучивал Стив Бушеми и оживила на экране Tippett Studio. Аниматоры студии работали над бесчисленными собаками, кошками и кроликами для кино, телевидения и рекламы, так что они знали, как справиться с крысой. «Мы могли сконцентрироваться на творчестве и не беспокоиться о технологической стороне дела», — говорит художник-аниматор Джоэль Фриш.

Чтобы лучше изучить поведение и повадки крыс, аниматоры купили настоящую крысу и поставили клетку прямо в студии. Крысу они назвали Мастер Сплинтер. Его кормили через прутья клетки, чтобы понаблюдать, как он хватает пищу зубами и передними лапками. Каждый из аниматоров студии в свой черед пострадал от укусов Мастера Сплинтера, однако именно благодаря его непосредственным манерам в фильме появились такие сцены, где Темплтон пробегает через амбар, проваливается в свою норку и барахтается в кефире.

Фильм «Паутина Шарлотты» собрал в американском прокате больше 80 миллионов долларов и с начала апреля с успехом продается на DVD. А режиссер Гэри Уиник с радостью готовится к новым проектам и очень надеется, что ни в одном из них ему не придется больше работать с животными.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№6, Июнь 2007).