«Ледниковый период» закончился, наступило «Глобальное потепление». Это не сводка погоды, это фабула анимационного фильма «Ледниковый период-2: Глобальное потепление».

Первая история о приключениях мамонта Мэнни, ленивца Сида и саблезубого тигра Диего появилась на экранах весной 2002 года. Спустя четыре года мы снова встречаем наших героев, а вместе с ними — всеобщую любимицу, саблезубую белку, которая по‑прежнему гонится за неуловимым орехом. Доблестную компанию ждет новая напасть: снег тает и половодье угрожает уничтожить их родную долину со всеми ее обитателями. Фильм четырехлетней давности был примечателен элегантной простотой, которая была результатом отсутствия у студии Blue Sky денег на дорогие эффекты. К началу съемок продолжения ситуация изменилась: появились более эффективные технологии и цифровая анимация окончательно утвердилась в качестве прибыльного и популярного жанра. Кроме того, все помнили, что первая картина собрала в мировом прокате $375 млн. Режиссер Карлос Салдана использовал в два раза больше спецэффектов, чем было в «Ледниковом периоде». Над новой картиной работало 65 аниматоров — почти вдвое больше, чем четыре года назад.

Любопытно, что киностудия Fox планировала выпустить «Ледниковый период-2: Глобальное потепление» как можно раньше, и у создателей картины оставалось мало времени. Они сумели закончить фильм за половину срока, который обычно отводится на подобные проекты. Времени на ошибку не было, все эффекты должны были создаваться максимально быстро и качественно. Сценарий же был отточен настолько, что не осталось никаких «лишних сцен» для последующего выпуска на DVD.

Любовь к двум опоссумам

Облик наших старых знакомых — Мэнни, Сида и Диего — остался почти без изменений: любимцы зрителей должны выглядеть такими же, как четыре года назад. Однако некоторые усовершенствования все-таки были внесены, и репертуар эмоций стал значительно разнообразнее. «Мы слегка изменили внешность тигра Диего, — рассказывает аниматор Дэвид Торрес. — В «Глобальном потеплении» у него более близко поставлены глаза, и манеры больше напоминают кошачьи. Мы сделали его открытым и менее опасным». Что касается саблезубой белки, то она получила дрожащий нос и новый хвост; если в первом фильме он напоминал воздушный шарик, то сейчас больше похож на настоящий беличий хвост.

Для фильма было создано 35 новых персонажей. В поисках вдохновения аниматоры студии Blue Sky посетили зоопарк в Бронксе, а также посмотрели кучу фильмов и ТВ-передач. Самые обаятельные из новичков — мамонтиха Элли, которая убеждена, что на самом деле она опоссум, и ее развеселые спутники, опоссумы Крэш и Эдди. Элли стала любимицей художника Питера Де Сева, который работал и на первой картине. «Элли умна и эксцентрична», — говорит он с восхищением. Чтобы сделать мамонтиху более женственной, аниматоры нарисовали ей округлые, но изящные формы, смешную прическу и шерсть с красным оттенком.

Что касается братцев-опоссумов, то за возможность поработать с ними спорили все аниматоры Blue Sky. «Мы в них просто влюбились», — говорит режиссер фильма Карлос Салдана. Чтобы сделать Крэша и Эдди более достоверными, Питер Де Сев изучал разные виды грызунов, в том числе луговых собачек и сурикат — крохотных полосатых хищников из пустынных районов Южной Африки. Больше всего времени и сил ушло на анимацию хвостов опоссумов, которыми они цеплялись за деревья, вися вниз головой.

Сначала макет каждого из «новичков» лепили из глины, затем сканировали, превращая в трехмерные компьютерные модели. Следующим этапом было оснащение персонажей скелетом и мускулатурой, а также определение контрольных точек для управления челюстями, бровями и веками — всем тем, что выражает эмоции. Конечно же, нельзя было забывать и о глазах. Карлос Салдана настаивал на том, чтобы глаза героев казались живыми, а не механическими. Поэтому работа над глазами одного из зверей могла занимать больше времени, чем работа над многофигурными сценами с несколькими десятками персонажей. Где-то лишний блик, где-то морщинка, где-то чуть расширившийся зрачок — казалось бы, незаметные мелочи, но именно они делают существ из «Ледникового периода» более «живыми».

Волосатость: повышенная

Главным технологическим новшеством «Глобального потепления» стала работа с мехом. «Мех был самой большой нашей проблемой, но и самой большой радостью», — говорит Карлос Салдана. Почти каждый из персонажей получил около двух миллионов отдельных волосков. «Мех становится самостоятельным персонажем, — добавляет основатель Blue Sky Карл Людвиг. — Он выглядит как настоящий и ведет себя как настоящий. В нем есть не только густота и блеск — мы видим, как каждый волосок отбрасывает тень».

В старом фильме мех сначала рисовали в 2D, а затем интегрировали в 3D-картинку — то есть фактически рисовали шерсть прямо на теле персонажа. Теперь мех «выращивали» уже объемным. Система, разработанная под руководством программиста Мориса Ван Свайджа, позволяла рисовать каждый волосок в 3D и раскладывать его на воксели — наименьшие составляющие трехмерных цифровых изображений. Таким образом компьютер рисовал миллионы индивидуальных волосков, разных по текстуре, плотности и волнистости. Аниматоры задавали векторы движения и общий стиль «прически», а затем выделяли отдельные волоски — по одному на несколько тысяч, — которые становились своего рода «агентами влияния». Команды аниматоров применялись к этим волоскам-«агентам», а они, в свою очередь, распространяли их на все остальные волоски.

Распределением света по меху занималась фирменная программа CGI Studio, которая использовалась для создания всех снятых на Blue Sky картин. Эта программа отслеживает световые потоки из множества источников одновременно и просчитывает, каким образом свет взаимодействует с разнообразными поверхностями.

Кругом вода

Чаще всего в «Глобальном потеплении» мех взаимодействует с водой. Персонажи постоянно плещутся в воде, ныряют и плавают. Режиссер больше всего гордится сценой, в которой опоссумы находятся наполовину в воде. Мех поверх воды мокрый и слипшийся, а тот, что остается в воде, — волнистый и развевается по течению. Эта сцена также была сделана в программе CGI Studio.

Вода была важна для фильма не меньше, чем мех. Создатели «Глобального потепления» стояли перед сложной задачей: с одной стороны, вода должна быть водой, то есть выглядеть естественно и не нарушать законов природы. С другой стороны, речь идет о мультфильме, а это значит, что должна присутствовать определенная доля стилизации.

У мультипликационной воды есть свой характер — то игривый, то угрожающий. Для достижения такого эффекта, по мнению сотрудника Blue Sky Роберта Кавалери, требуется большая гибкость в управлении виртуальной водой, чем предлагают традиционные программы.

В первом фильме вода почти не присутствовала, и поэтому технологию пришлось продумывать с нуля. На Blue Sky использовали программу RealFlow испанской студии Next Limit, которая разработала набор приложений для анимации жидких субстанций. Полученные результаты обрабатывались в программе CGI Studio — так добавлялась автоматически сгенерированная компьютерная пена вокруг скал или прыгающих в воде героев. Кроме того, некоторые всплески были анимированы вручную, а для больших волн использовалась процедурная анимация — аниматоры задавали направление, скорость течения, форму и объем волны, а все остальное делал компьютер.

Звуковая дорожка

Звуковыми эффектами занимался Рэнди Том, который раньше работал над фильмом «Война миров» Стивена Спилберга. Его главная задача состояла в том, чтобы поддерживать подспудное ощущение опасности, которое создает звук постепенно подтаивающей толщи льда, присутствующий в кадре почти постоянно. Для достижения этого эффекта Том соединил на компьютере записи звуков ледохода на реке со звуком, который получается, если трясти емкость, наполненную кубиками льда.

По традиции персонажей фильма озвучивали известные американские актеры. Обычно исполнители не пересекаются во время звукозаписи — каждый играет свою роль наедине с микрофоном. Однако для молодых актеров Джоша Пека и Шона Уильяма Скотта режиссер сделал исключение. Они озвучивали двух веселых опоссумов, и ради эксперимента их пустили в студию звукозаписи вдвоем. «Это было как ураган и торнадо в одном флаконе», — рассказывает Джош Пек. Актеры отлично сработались, выдав настоящий фейерверк остроумия. Правда, Карлос Салдана решил эксперимент не повторять.

Другие актеры использовали свои собственные приемы «вхождения в роль». Так, Джон Легуизамо, озвучивший ленивца Сида, специально бегал перед записью тех сцен, в которых его герой должен был казаться запыхавшимся. А Рэй Романо (мамонт Мэнни) обретал боевой настрой перед важными для своего персонажа сценами, перетягивая канат с режиссером. Но к своим заслугам — как спортивным, так и актерским — Романо относится трезво. «Мы, актеры, озвучивающие героев, получаем все похвалы за их «игру», но в реальности заслуга принадлежит аниматорам», — говорит Рэй Романо.

Так или иначе зритель оценил готовый продукт: уже через 10 дней американского проката картина окупила свой 80-миллионный бюджет.

Россиянам симпатичные зверушки из «Ледникового периода» тоже пришлись по душе. В первые же дни триумфального шествия «Глобального потепления» по киноэкранам Россия по кассовым сборам опередила даже таких признанных лидеров кинопроката в Европе, как Великобритания и Испания ($15 млн. за первые 11 дней показа). Старт «Глобального потепления» был признан самым прибыльным в постсоветской истории среди зарубежных фильмов, включая даже такие хиты, как «Матрица. Революция» и «Война миров». Так что за харизматичную белку и других персонажей фильма можно искренне порадоваться: они не только сохранили своих верных поклонников, но и приобрели множество новых.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№6, Июнь 2006).