Идея заменить реальных актрис и фотомоделей компьютерными красавицами не нова.

Oдним из самых известных в Европе проектов, стартовавших около пяти лет назад, был новостной портал Ananova.com, новости в котором зачитывала компьютерная ведущая. Правда, технология того времени не дотягивала до полного реализма — при всей красоте Анановы было видно, что она ненастоящая.

Второй, гораздо менее известной попыткой потеснить реальных моделей стало появление в 2001 году проекта парижской студии Attitude — Евы Лауры Солал. Двенадцать профессионалов в течение пяти месяцев не отходили от компьютеров, создавая модель Евы и работая над ее «оживлением». Одновременно велась работа над ее «легендой», как у разведчиков. Родилась она в городке Биланкур провинции Болонья в 1978 году, любимый цвет — красный, рост — 167,5 см, домашнее животное — кошка, работает диджеем на Fun Radio, подрабатывает официанткой, живет в маленькой квартире в 11-м аррондисмане Парижа и т. д. Еве были сделаны удостоверения личности и водительские права. На ее персональном сайте можно было совершить тур по ее квартире, посмотреть ее фотографии с друзьями, почитать ее дневники и даже увидеть ее интервью знаменитому французскому журналисту. На это интервью ушло больше всего времени. Снималось оно в реальном баре, где роль Евы играла настоящая актриса с закрепленными на теле датчиками захвата движения: 40 на теле, 25 на лице, плюс две киберперчатки на руках. Объединив все это с компьютерной моделью, работники студии научили Еву двигаться как живую. Но это было только начало. Далее к работе подключились лингвисты — используя видеозапись и специальные программы синхронизации аудио с движением губ, они заставили реалистично двигаться рот Евы в полном соответствии с французской речью. Затем настал час специалистов, отвечающих за работу мышц и костей, — чтобы при повороте головы шея не выглядела как полый цилиндр, а пальцы рук — как сосиски. На конечной фазе специалисты уже вручную покадрово корректировали работу мышц лица, стараясь достичь максимального правдоподобия. Полугодовая работа команды уложилась в 1 минуту 40 секунд интервью. Эффект был ошеломляющим — Ева выглядела действительно как живая.

Студия, вложившая в раскрутку и создание Евы большие средства, начала активные переговоры с телевидением, журналами и модельными агентствами для участия своей красавицы в телешоу, рекламе и съемках. Однако вложения в виртуальную модель не окупились — она не выдержала конкуренции с реальными девушками. Пик карьеры Евы как модели — всего лишь разворот в модном глянцевом журнале Madame Figaro.

Нечеловеческая работа

Неудача Евы крылась в том, что она пыталась конкурировать с реальными девушками. Но снимать настоящую фотомодель оказалось несравнимо дешевле и проще, чем компьютерную. Но несмотря на это, рынок трехмерных красавиц существует и процветает. Где же компьютерные красотки вне конкуренции? Да хотя бы в кино, подменяя героинь в сценах, с которыми не могут справиться даже дублерши.

А видеоигры? В приставку живую актрису не засунешь. Консоли третьего поколения, которые вот-вот выйдут на рынок, будут иметь разрешение в пять раз большее, чем у современных телевизоров. Поэтому и требования к «игровым» моделям даже выше, чем к виртуальным киноактрисам.

Почти боги

Создание качественной модели — процесс нескорый и дорогой. У профессионала на эту работу уходит от 2 до 6 месяцев. В качестве инструментов используют одну из программ: Maya — стандарт Голливуда; 3DS Max — инструмент немного попроще; и Poser — скорее развлечение, чем инструмент профессионала. Текстуры рисуют в Photoshop’е.

Последовательность работ строго не регламентирована. Одни сначала создают «оболочку» модели, так называемую геометрию, потом вставляют в нее скелет, а затем наполняют фактурой. Другие действуют строго по науке: сначала скелет, потом мускулатура, и последнее — кожа. Хотя надо понимать, что скелет и мышцы — это всего лишь программные расширения пакета. Внутри модель полая.

В принципе, можно ограничиться оболочкой, если красотка нужна всего для одного «кадра». Но этого, как правило, никто не делает — слишком много времени уходит на создание модели, чтобы делать ее одноразовой. Поэтому внутри каждой девушки скрывается виртуальный скелет с виртуальными же костями. Дизайнер тщательно выверяет их расположение и прописывает алгоритм каждого сустава — в скольких плоскостях и на какой угол он может гнуться. Далее следуют мускулы. В принципе, к основным пакетам продаются дополнительные, позволяющие моделировать реалистичную мускулатуру. Но модели экстра-класса доводятся вручную. Как советуют профессионалы, лучшая школа — регулярные зарисовки живых натурщиц.

Далее следует кожа. Вооружившись хорошей цифровой камерой, вы снимаете со всех сторон живую натурщицу с хорошей кожей. Эти снимки, обработанные в Photoshop’е, и ложатся в основу текстур кожи модели. Последний писк — полупрозрачная многослойная кожа, сквозь которую немного просвечивают вены и сосуды, как у реальных людей.

Ну и самое сложное — лицо. Ученые утверждают, что алгоритм распознавания лица заложен у нас генетически — даже младенцы отличают родителей от чужих. Модели, даже самые фотореалистичные, не могут ввести в заблуждение: посмотрев на несколько фотографий, люди интуитивно угадывают нереальных персонажей, но объяснить, что же их настораживает, как правило, не могут. Больше всего мороки дизайнерам доставляют глаза. Что и неудивительно — великие живописцы могли месяцами работать над одним-единственным бликом в глазах на портрете.

Статья «» опубликована в журнале «Популярная механика» (№4, Апрель 2006).