ЖЕРТВЫ СКОРОСТИ: ТАНК НА ПОДВОДНЫХ КРЫЛЬЯХ |
|
Подробностей «проекта 80» вы не узнаете из военно-технических справочников и исторических книг. О танках, обгоняющих на воде быстроходные катера, не травят байки бывалые вояки: несмотря на то что проект был воплощен в металле, машины так и не поступили на вооружение Советской армии. Людей, создавших уникальный аппарат и доводивших его до ума, почти не осталось в живых
 |
Морское скоростное танкодесантное плавсредство «проекта 80»
|
 |
Вид сбоку
На катера «проекта 80» устанавливали малопогруженные подводные крылья конструкции Ростислава Алексеева. Они обеспечивают высокое гидродинамическое качество и малую осадку, а следовательно – высокую скорость движения. Главный недостаток таких крыльев состоит в том, что им противопоказано сильное волнение
|
 |
|
 |
|
 |
В транспортном положении подводные крылья, рулевые колонки, гребной винт и крылья-стяжки поднимались вверх. На суше гидроцилиндры приподнимали катера над землей, позволяя танку двигаться
|
 |
Паром вместо танка
Катера «проекта 80» могли использоваться в конфигурации грузового парома для транспортировки танков, не оборудованных специальной системой крепления, а также других сухопутных транспортных средств. Для этого к их гидроцилиндрам крепился специальный грузовой понтон, на который поперек хода устанавливался танк. Чтобы транспортируемое ТС могло заехать на паром и покинуть его, предусматривались четыре подъемные колеи или две подъемные аппарели. Для подъема грузов паром оснащался двумя кран-балками
|
|
|
Об
устройстве морского скоростного танкодесантного плавсредства «проекта 80» нам рассказали
сотрудники КБ «Вымпел» (в те времена – КБ «Волгобалтсудопроект») и Навашинского
судостроительного завода, ныне заслуженные инженеры, а тогда – молодые
конструкторы и механики. Технические данные мы получили в некогда секретных
архивах КБ «Вымпел». Лишь один вопрос так и остался без ответа: кому и для
каких целей понадобился танк на подводных крыльях, способный обогнать любой
движущийся объект на воде?
Понтон-трансформер
С этим
вопросом можно было бы обратиться к полковнику Мургалеву, который составлял
техническое задание и был первым военным куратором проекта. Павел Михайлович
Мургалев – легендарная личность. Именно он изобрел противоминный трал для танка
Т-34, принятый на вооружение в 1942 году и прошедший всю Вторую мировую войну.
ТЗ для скоростного танкодесантного плавсредства предусматривало способность
быстро принимать на борт танк Т-54 (позже Т-55), скорость движения свыше 50
км/ч и высокую мореходность, в частности способность двигаться при волнении до
пяти баллов. Важным и, пожалуй, сложнейшим требованием была возможность вести
огонь прямо с воды.
Разработка
плавсредства началась в конце 1950-х годов. Танковый понтон, оснащенный
собственным двигателем и подводными крыльями, конструировался на КБ «Волгобалтсудопроект»
под руководством Михаила Щукина. Крылья разрабатывались в ЦКБ по судам на
подводных крыльях завода «Красное Сормово» (ныне ЦКБ по СПК им. Р.Е. Алексеева)
– там же, где родились скоростные теплоходы «Ракета» и «Метеор». Аппарат
получил и двигатель от «Ракеты» – дизель М-50, способный развивать пиковую
мощность 1200 л.с.
Комплект
скоростного танкодесантного плавсредства состоял из двух катеров. Подобно
обычным немоторизированным понтонам, они навешивались по бокам на танк,
оснащенный специальными проушинами. На каждом катере имелось по два
гидроцилиндра, с помощью которых плавсредства приподнимались над землей. В
таком положении танк входил в воду до определенной осадки.
В
транспортном положении подводные крылья на катерах были подняты и напоминали
скорее антикрылья гоночного автомобиля. Подняты и прижаты к борту были и
крылья-стяжки впереди и позади танка. По достижении водоизмещающего положения
половинки стяжек опускались и защелкивались, образуя жесткие поперечные
перекладины на уровне днища плавсредства. Благодаря стяжкам катера могли нести
танк, не расходясь в стороны. В следующее мгновение гидроцилиндры уже поднимали
танк над уровнем воды и понтоны начинали водоизмещать.
Гребной
винт и рулевая колонка катера были совмещены с задним подводным крылом, поэтому
глубину погружения винта можно было регулировать. Плавсредство отходило на
глубину в водоизмещающем положении, затем подводные крылья опускались
полностью. Поперечные стяжки, погруженные в воду даже в водоизмещающем
положении, также имели профиль крыла и помогали катерам подняться над водной
поверхностью.
Важно, что
и навеска катеров на танк, и смыкание крыльев-стяжек происходило с помощью
гидравлики и не требовало ручного труда. Полное комплектование плавсредства
перед выходом на воду занимало 45 минут, а освободиться от понтонов, выйдя на
берег, танк мог всего за 3 минуты.
Жизнь
только миг
К 1966
году на Навашинском судостроительном заводе был изготовлен макет плавсредства
на подводных крыльях в масштабе 1:2, который проходил испытания на скромной
речке Тёше. А уже в следующем году полноразмерный опытный образец отправился на
большую воду – в Севастополь. «Экипаж каждой машины был небольшой, всего два
человека – водитель и моторист, – рассказывает ведущий специалист Навашинского
завода Валентин Борисович Галин, – причем один водитель мог управлять как
собственным катером, так и плавсредством в целом. Управление рулями и
двигателями осуществлялось с помощью электродвигателей и синхронизировалось по
кабелю».
На воде
плавсредство «проекта 80» сразу же превысило проектную скорость, разогнавшись
до 58 км/ч. А вот с прочностью конструкции возникли проблемы. Во время одного
из испытаний лопнула стяжка. Катера разошлись, и танк ушел под воду. К тому
времени аппарат еще не успел уйти на глубину, поэтому ни экипаж, ни сам танк не
пострадали. Для расследования инцидента в Севастополь прислали группу
специалистов из «Волгобалтсудопроекта». «Мы наклеивали на крылья-стяжки
множество датчиков, закрепляли их эпоксидной смолой, подключали к контрольному
оборудованию в специально установленной рубке и выходили в море, – говорит
Павел Семенович Карпов, работавший тогда конструктором 1-й категории в секторе
прочности. – В результате удалось обнаружить, что в зоне максимальной
концентрации напряжения на крыле был пропилен паз, который и стал причиной
разрыва».
Не совсем
гладко все было и с мореходностью. Да, аппарат мог двигаться по воде при
волнении до пяти баллов, но только в водоизмещающем положении, с
соответствующей низкой скоростью. Парить на подводных крыльях плавсредство
могло при волнении не более трех баллов. При попытке штурмовать неспокойное
море полным ходом понтоны буквально ныряли в волну. Вода попадала в
воздухозаборники двигателей, и дизели глохли. Как правило, после остановки
моторы удавалось быстро завести вновь. Во время одного из испытаний жизни
членов экипажа понтона оказались под угрозой: люк воздухозаборника закрылся, и
двигатель стал быстро откачивать воздух из внутренних помещений. К счастью,
моторист вовремя догадался перекрыть подачу топлива и заглушить мотор.
Задача,
которую изначально можно было считать невыполнимой, – это ведение огня с воды.
Танковый прицел на такой характер стрельбы не рассчитан. Стрельба с движущегося
судна по береговым целям требует совершенно иных систем наведения и
стабилизирующих устройств. Ударная волна, образующаяся при выстреле, оказывает
колоссальную динамическую нагрузку и на узлы самих понтонов, и на механизмы
крепления их к танку. Стоит ли говорить об угрозе здоровью экипажей
неукрепленных алюминиевых катеров...
Надо
отметить, что столь впечатляющие выстрелы выплывающих из трюма десантного
корабля танков ПТ-76 – это всего лишь эффектная показуха: стрельба ведется
вхолостую с уменьшенными более чем в половину пороховыми зарядами. Это при том,
что калибр там всего 76 мм (против 100 мм у Т-54/55), а танк изначально
плавающий. И все же испытания стрельбы на ходу в рамках «проекта 80»
проводились. Разумеется, они не увенчались успехом.
Проблемной
оказалась угловая передача ведущего вала – та, что позволяла винту подниматься
из воды вместе с подводным крылом. Сложный узел не выдерживал нагрузок, и его
то и дело приходилось переделывать. И все же конструкторам удалось довести
машину до ума. На судостроительных заводах в Навашино, Рыбинске, Астрахани было
построено 13 комплектов скоростных танкодесантных плавсредств «проекта 80».
Экспериментальный батальон крылатых танков базировался в Севастополе. Ходили
слухи, что часть машин отправилась на Балтику. А в 1971 году проект закрыли.
Почему – не смог ответить ни один из наших сегодняшних консультантов. Правда,
догадаться не сложно.
Летим на
Босфор
Автономность
скоростного плавсредства «проекта 80» составляла 350 км. 350 км по воде – это
вовсе не то же самое, что 350 км по дорогам, как минимум из соображений морской
навигации. Для морских походов жизненно необходим квалифицированный штурман, а
на понтонных катерах помещались лишь водитель да моторист.
На Черном
море дни, когда волнение не превышает трех баллов на удалении 10 км от берега,
случаются от силы три-четыре раза в месяц. Поэтому те же «Ракеты» и «Метеоры»
курсируют там только в прибрежной зоне. Учитывая места базирования
экспериментальных батальонов, плавсредства «проекта 80» предназначались для
оперативного захвата берегов балтийских проливов и Босфора. Причем во главу
угла ставилась не столько скорость, сколько внезапность появления необычного
транспорта. В случае с Босфором танкам пришлось бы преодолевать банки (полосы
мелководья, идущие параллельно берегу на удалении 5–10 км от него) и
высаживаться на каменистый обрывистый берег.
В
технических данных, любезно предоставленных КБ «Вымпел», скромно умалчивается
масса катеров «проекта 80». При автономности 350 км аппарат должен нести запас
топлива минимум на семь часов хода. Двигатель каждого понтона развивает
мощность 1200 л.с., тогда как у теплохода «Комета» «лошадок» всего 900.
Следовательно, расход топлива у «проекта 80» больше, чем 400 кг/ч, – порядка
600 кг/ч. На семь часов требуется 2,8–3 т топлива в каждом катере. Понтон парка
ПМП, перевозимый на Краз-255, весит 8,5 т. Рискнем предположить, что катер «проекта
80» с топливом, двигателем, трансмиссией и крыльями весит не меньше 15 т. Это
косвенно подтверждается тем, что он не грузится на Краз-255, а буксируется на
спецприцепе.
Чтобы танк
мог нести на себе два 15-тонных катера, на него должны быть установлены
крепежные узлы, масса которых, по скромным оценкам, составит 2–5% массы самого
танка. Это около тонны мертвого металла, который, возможно, понадобится танку
один-единственный раз, но который он должен возить с собой всегда.
Подвеска
танка не рассчитана на такие нагрузки: считается, что даже вес ножевого трала
КМТ-6 (800 кг) приводит к быстрому разрушению подшипников передних катков. Если
ходовая часть будет рассчитана на дополнительный вес 30–40 т, то, освободившись
от судов после выхода из воды, танк будет иметь слишком жесткую подвеску, что
приведет к полной потере ее амортизирующих свойств. Танк не сможет нормально
двигаться по суше и вести огонь.
Удельное
давление на грунт гусениц танка Т-54 (Т-55, Т-62) составляет порядка 0,78
кг/см2. С подвешенными понтонами оно возрастет до 1,5–1,8 кг/см2. Танки с самым
большим в мире удельным давлением на грунт (немецкий PzKpfw VI «Тигр») с
давлением всего 1,04 кг/см2 утром 5 июля 1943 года не смогли пойти в атаку и
ждали около 8 часов только потому, что ночью прошел дождь и земля немного
размякла. Если учесть, что грунт дна у берега не отличается плотностью и обычно
выдерживает удельное давление не более 0,5–0,64 кг/см2, то ясно, что,
оказавшись у берега, танк с навешенными катерами выйти из воды не сможет.
Один в
поле не танк
И все же
главные проблемы «проекта 80» – тактические. Десантная операция предполагает
одновременное участие нескольких сотен или хотя бы десятков судов, двигающихся
по строгому графику. На берег в определенном порядке должны высаживаться танки,
пехота, артиллерия, саперы, средства обеспечения. К моменту приближения
батальона «проекта 80» к берегу он должен прикрываться огнем корабельной
артиллерии. Для обычных высадочных средств этот вопрос решается просто – часть
артиллерии находится на самих десантных судах, часть на судах артподдержки,
которые движутся вместе с десантными судами. А как быть с «проектом 80»? Суда
артподдержки сопровождать такой батальон не смогут, поскольку скорость у них
вдвое-втрое ниже. Значит, они должны выдвинуться к месту десантирования раньше.
А в этом случае теряется сам смысл скоростного десантирования танков:
противник, увидев корабли артподдержки, будет готов встретить «крылатые танки»
огнем.
Что такое
танки без пехоты, без артиллерии, без саперов, без боепитания? Боекомплекта
хватит на 30 минут боя, если до этого танки не пожгут гранатометчики
противника. Пожалуй, танк на подводных крыльях мог бы неожиданно подойти к зоне
боевых действий в качестве подкрепления, высадившись чуть поодаль на неохраняемой
части берега. Но, согласитесь, это весьма скромная роль для столь амбициозного
проекта.
Создатели «проекта-80» сосредоточились на решении одной
очень узкой задачи – создании плавсредства, способного транспортировать танк по
воде с высокой скоростью. Они оставили вне поля зрения многие технические и
тактические вопросы, что в конечном счете привело к краху проекта. Безусловно,
у войны свои законы. И все же «проект 80» – это потрясающе изящное и
совершенное произведение советской инженерной мысли, которому, к сожалению,
суждено быть забытым. Вместе с людьми, которым довелось увидеть катера
собственными глазами, умирают и сами машины. Последний «сохранившийся» понтон,
а точнее его корпус, хранится в закрытом фонде Музея бронетанковых войск в
Кубинке. При всем желании сотрудников музея восстановить его не удастся: все
навесное оборудование машины, в том числе крылья и стяжки, безвозвратно
утеряно. Ведь катера «проекта 80» делались из высококачественного и дорогого
алюминия.
Май 2010
Автор: Сергей Апресов, Юрий Веремеев
|
|
Зарегистрируйтесь сейчас и получите 100 баллов себе на счет!
А разместив ссылку на этот материал Вы получите дополнительные баллы за каждый переход по ней.
Подробнее об условиях акции читайте в правилах.
|
|
| ЧИТАЙТЕ ПО ТЕМЕ |
|
|
|
ReadMe
1 2 След. »
|
|
|
|
МАГАЗИН ПМ
4
